Тёмный Хогвартс. Первый курс - ВеенРок

— Ребята, пожалуйста! Вам заплатят двести, нет, пятьсот галеонов! — крикнула плачущая Дафна. Никто на её мольбы не откликнулся.

Майкл хмуро смотрел на своих однофакультетчиков, что отводили свой взгляд. Меган натурально ревела, и ей вторила практически вся женская часть учеников.

— Время вышло. Теперь…

— Я вызываюсь! Вызываюсь добро…добровольцем, — пискнул с ряда барсуков мальчишка, после чего заплетающимися ногами дошёл до стола профессора. Лицо его выражало решительность, но вот тело била крупная дрожь.

— Джерри Пафф, отлично. Быть может, мой факультет имеет ещё желающих?

Примеру храброго барсука так никто и не последовал.

— Желающих больше нет. Теперь черёд наказания.

В такой ответственный момент я почему-то размышлял о том, пострадает ли Джерри, пусть он и вызвался в одиночку из Пуффендуя. Может, он лишится двух пальцев, а Меган трёх? Или его отправят обратно? Дурные мысли, однако, приходят в голову в самое неподходящее время.

Тем временем профессор Спраут не торопилась использовать свои ножницы по их очерствлённому назначению. А у парт оставшихся на местах учеников начало что-то происходить.

Лианы на полу ожили, зашевелились и стали оплетать ноги сидевших первокурсников. Растения джунглей стали спускаться и с потолка, затягивая удавки на шеях паникующих детей.

— В этом полном испытаний замке, — начала внезапно говорить Спраут, — Во время самого сложного для вас года обучения. Находясь без знаний, без помощи от взрослых, подвергаясь разным опасностям… У вас есть только вы сами, и такие же, как вы, однокурсники. И своей трусливостью, своим эгоизмом, вы, бросившие своих товарищей, подвели прежде всего самих себя, — с каждым словом профессора создания зелёного ада опутывали учеников все сильнее, удушая их и поднимая в воздух. Дети барахтались на весу, старались отодвинуть лианы от горла для вздоха, но все их попытки были тщетны.

Это была… Проверка!? Вот ЭТО была проверка!? На преданность своим товарищам? На жертвенность? Что вообще происходит в голове у этой старухи!?

— Я не потерплю впредь подобного. Ваш курс — это одна общая команда. Ваш факультет этого курса — это семья. В одиночку вы здесь погибнете, знайте это. Минус пять баллов с каждого, кто испугался и не решился стать добровольцем! — с этой фразой лианы моментально ослабли и вернулись на свои места, а первокурсники попадали вниз, больно ударяясь о парты, стулья и пол. Каждый из учеников громко и прерывисто глотал ртом воздух, а на их шеях виднелись тёмные следы удушения.

— Теперь к вам пятерым, что не испугались боли и лишений, — обратилась Спраут к нашей гриффиндорской компании и одинокому смельчаку Джерри, — Знайте, что я горжусь такими учениками. Каждый из вас получает по двадцать баллов, за проявленную храбрость и защиту своих однокурсников. Садитесь по местам, вы тоже, — показала она на провинившихся за опоздание, — никакого наказания не будет.

Внутри бушевал целый коктейль эмоций, и я даже не знал, как мне относиться к подобным методам профессора. Но то, что «добрая старушка» Спраут такая же чокнутая, как и все остальные преподаватели Хогвартса, я усвоил навсегда.

Глава 7. Спасение

Но что я могу взять то с детей?

Настанут те дни, эх, настанут те дни,

И не избежать мне потерь!

* * *

Тёмные искусства

Последствия от мандража и переизбытка эмоций преследовали нас весь обед. Не спасла гриффиндорцев от угрюмой задумчивости и схороненная еда в виде тостов и прочих вкусностей.

Хотя, стоит признать, что нам было куда легче, чем остальным факультетам. Мы то, благодаря мне, кстати, прошли эту изуверскую проверку от Спраут, в отличие от остальных.

Пуффендуй вот сгорал от глубочайшей вины и стыда перед Меган Джонс, которая теперь неизменно сидела рядом с Джек Спинкс, что находилась в момент проверки в больничном крыле, и со смельчаком-Джерри, как мы стали называть маленького мальчика ростом с Салли-Энн и с её же комплекцией.

В Когтевране Майкл Корнер ополчился против своих приятелей, и стал сидеть отдельно от остальных, прекратив любое общение с воронами.

Слизеринцам же, в особенности девочкам, Дафна Гринграсс обещала всевозможные кары, и её поддерживала верная подруга Трейси Дэвис, которая всегда сидела с ней за одной партой, и тоже пропустила Травологию, вылечивая травмы.

Из-за всего этого на новый урок Чар мы отправлялись в немного подавленном состоянии. Ситуацию здорово выправлял Симус, который, казалось, легче всех перенёс Травологию, хоть и был на самом острие созданной профессором постановки.

— Да поймите вы, мы же справились! Вы нашли в себе силы вызваться, Дин, — он показал рукой на своего друга, — если бы присутствовал на уроке, я уверен, тоже не остался бы в стороне. И остальным не нужно развешивать сопли — думайте, что хотите, а я знаю, что если бы потребовалось не четыре добровольца, а пять или шесть, то кто-нибудь из вас бы обязательно присоединился. Так что я ни на кого не держу зла, наоборот, я вам всем благодарен и просто счастлив.

— Счастлив? Что же тут счастливого — тебе полтора часа назад грозились руку отрезать, — подала голос Салли-Энн.

— Но ведь не отрезали же! А благодаря всему произошедшему я убедился, какая мы верная и бесстрашная команда. Да мы, ребят, крутые! Просто ещё не все знают об этом. Даже ты, Невилл, я ведь видел, как ты порывался встать, когда Гарри с Роном вызвались. Гермиона тебя просто опередила.

Невилл покраснел и ничего не ответил, а я так и не понял, правду ли Симус про него говорил, или просто поддержал однокурсника выдумкой, чтобы тот не раскисал и не корил себя за трусость слишком сильно.

Урок Чар прошёл… Неординарно, а как он ещё мог пройти? В этот раз каждая книга в кабинете оказалась зачарована, и нашей задачей было их просто не трогать — так сказать, закрепление материала после случая с сундуком.

Только вот узнали мы об этом, когда Майкл Корнер, пожелав сесть как можно дальше от своего факультета, выбрал себе место совсем рядом с лежащими повсюду опасными фолиантами. И угораздило же его в тот момент провести своим любопытным пальцем по корешкам целой стопки книг!

Они ожили, и стали низенькими прыжками перемещаться по всему классу, норовя покусать ноги нерадивых первокурсников. Так что весь урок мы провели на скамьях с поднятыми ногами, что было довольно неудобной позой, в которой мышцы на ногах быстро затекали.

Ну а Флитвик в своём стиле перемешивал подачу материала с насмешками над учениками. И если кто-то не проникался всей глубиной юмора полугоблина, или вовсе,