Шеф Хаоса. Книга 2 - Юрий Розин

class="p1">Но этого оказалось вполне достаточно, чтобы Витька добрался до него и врезал кулаком в челюсть. Кулак в Кровавой Броне, тяжелый, как кувалда. Витька объяснял мне, что, хотя силы Кровавая Броня не давала, она позволяла отпустить внутренние стопоры и бить, не беспокоясь о повреждениях собственного тела, так что в итоге выходило крайне мощно.

Хрустнуло. Гемомант упал плашмя, не сгибаясь, как мешок с песком.

— Пошли, — выдохнул Витька.

Мы выскочили из палатки.

Снаружи все было также, как и в палатке. Купол Флио давил на всех. Солдаты бродили у блоков — вялые, рассеянные, с опущенными автоматами. Один сидел, прислонившись к БТРу, курил и смотрел в небо. Очередь гражданских за блоками молчала — все, и гражданские, и военные, выпали из реальности.

Мы вышли за кордон. Шли быстро, но не бежали. Витька — на полшага впереди, я — за ним, с раскрытым зонтиком, поддерживая купол на полном потоке маны.

Еще двести метров я держал зонтик раскрытым. Потом свернули в ближайший двор — тесный, с покосившимся грибком на детской площадке, с мусорными баками у стены. Сложил зонтик, сунул в рюкзак. Истечение маны истощало, к тому же сейчас моя кровь была напрямую связана с маной, так что использование зонтика еще и обескровливало меня, пусть и незначительно.

Прислонились к стене.

Витька согнулся пополам, уперся руками в колени. Не от усталости, скорее от злости. Потом выпрямился. Ударил кулаком по стене. В кирпиче осталась вмятина — глубокая, сантиметра на два, с выкрошенными краями.

— Суки. — Голос — низкий, хриплый. — Суки! Суки гребаные. Пришли, значит. С протянутой рукой. С эликсиром, с информацией, с благими намерениями. А они, бляха, «реквизиция», «добровольно», «задержание для разбирательства». Страна продает своих за один день. За один гребаный день.

Сплюнул на асфальт.

— Всё. — Посмотрел на меня. — Всё, Серег. С правительством — всё. Мы будем сами по себе. Выдюжим, не вопрос.

Я молчал, глядя на него, понимая, что такая импульсивность не приведет ни к чему хорошему.

Контакт с властью был необходим. Даже после всего этого. Как минимум для того, чтобы впоследствии, когда Век Крови будет принят, и все более-менее устаканится, на основании связей с правительством и «официального» статуса получить доверие обычных людей, в массе своей, как бы там ни было, привыкших, что страна и то, что она поддерживает — это хорошо.

Но подход мы выбрали неправильный. Переговоры со слабой позиции — «я пришел поделиться» — не сработали и, вероятно, не работали никогда.

Все работало с позиции силы. Когда ты не просишь. Когда ты — тот, с кем приходится считаться, потому что альтернативы нет.

— Идем, — сказал я. — Длинной дорогой. Через дворы.

Витька кивнул. Молча.

Шли обратно к ресторану через проулки, через тесные дворики с мусорными контейнерами, через проходные арки. Я прокручивал в голове перспективы.

У военных было мое имя. Адрес «Семнадцати вкусов» они получат очень быстро, даже при том что сети накрылись. Не знаю, был ли подполковник в курсе того, что его секретарь — маг, и не знаю, расскажет ли он им о произошедшем.

Но в любом случае они пришлют группу захвата, в которой вполне может оказаться даже не один маг. Купол Флио их не остановит. Времени у нас — часы. Может, полдня. Не больше.

К ресторану мы подошли ко второму часу. Я постучал условным стуком, Олег с Надей еще не должны были уйти. Засов лязгнул. Дверь приоткрылась.

Олег стоял на пороге — собранный, с рюкзаком за спиной, в плотной куртке. За ним — Надя, тоже готовая, с лямкой рюкзака на плече.

Олег посмотрел на меня. На Витьку. На порез рубахи у Витьки на груди, слегка пропитавшийся кровью от пореза лезвием.

— Как?

— Плохо, — сказал я, заходя внутрь. — Переговоры провалились. Пришлось валить. У военных образовался маг-гемомант, но мы его вырубили.

Олег кивнул тяжело, без удивления. Будто ждал именно этого.

— Уходим?

— Вы уходите, — поправил я. — Прямо сейчас. Не в три — сейчас. Аномалию в Лосином Острове никто не отменял. Дождитесь ее лучше на месте. Получите Орб — и сразу назад, не дожидайтесь, когда периметры пропадут.

Надя подошла. Посмотрела на меня — пристально, долго.

— А вы?

— Мы с Витькой останемся. Готовиться к обороне. Оксана — под нашей ответственностью. Идите. И вернитесь поскорее.

Она хотела что-то сказать. Не сказала, просто кивнула. Они с Олегом ушли.

Витька стоял в центре зала. Повернулся ко мне.

— С чего начинаем?

Я оглядел ресторан. Стальные ставни, лишние мешки с песком в одном из углов, запасы всякой всячины в другом. Четыре стены — которые станут либо крепостью, либо гробом.

— Со всего.

Мешки мы разложили вокруг выхода из тамбура, чтобы, если маги военных прорвутся внутрь, они не смогли быстро занять пространство ресторана, а также расставили вдоль окон столы, и на них тоже взгромоздили мешки в три ряда, чтобы, если по ставням будут стрелять из чего-то бронебойного, пули застряли хотя бы песке.

Когда закончили, Витька отдышался, провел рукой по лбу, и полез в одну из сумок, что притащил с собой Олег. Выложил на один из оставленных пустыми столов оружие: пистолеты, винтовки, обрезы.

Я покрутил пальцем у виска.

— Ты идиот? Мы обороняться собираемся, а не воевать. Если убьем кого-то из военных, даже пускай это будет самооборона, никакой мирной жизни нам точно не будет. Они ведь и танк нам под окна пригнать могут. К тому же в любом случае убийства — это не наш метод. Солдаты, которых пошлют по нам стрелять, просто выполняют приказы.

— Что, будем просто сидеть, как черепахи? — со злостью спросил Витька. Похоже, его еще не до конца отпустило после переговоров.

— Если придется. Будем сидеть и тренироваться. Еды, воды и прочего у нас достаточно. Можем хоть месяц просидеть. А за это время, я почти не сомневаюсь, выбросы наделают столько дел, что от нас либо отстанут, чтобы использовать бойцов в других местах, либо все-таки попытаются договориться.

— А если не отстанут и не сдадутся?

— Сдадимся, — пожал я плечами. Умереть красиво — не тот план, за который я голосую.

Витька хмыкнул. Невесело.

— Ну и ладно.

Дверь жилой зоны приоткрылась. Оксана вышла — медленно, держась рукой за косяк, вторая на животе. Посмотрела на мешки. На оружие. На Витькино лицо, на мое. Побледнела.

— У нас возможны гости, — сказал я как можно более спокойно. — Если появятся, я скажу и вы спуститесь в подвал. Там безопасно. Не волнуйтесь, ни с вами, ни с вашим ребенком ничего не случится. Это я