Наследник $$$ уровня - Андрей Еслер

— Допустим, здесь, в Валентии.

— Валентия не позволяет сохранять анонимность в ряде случаев. Если компания занимается промышленностью связанной с природными ресурсами, политической деятельностью, а также деятельностью в сфере здравоохранения. Ограничений много, так что нужны детали.

— Интернет коммуникации и сфера электронных устройств.

— С первым легче, это вообще не регулируемая отрасль в виду её малого влияния.

Знакомо, подумалось мне. Юридическая аспекты этого мира и моего прошлого очень похожи.

— Как обстоит вопрос с хранением информации? Государство может потребовать локализовать хранение персональных данных граждан страны внутри страны, а также потребовать обеспечить беспрепятственный доступ к ним?

— Никогда не слышала о таком… Зачем? — искренне недоумевала Мария.

Отлично. Я был готов потереть руки с мерзким хихиканьем. В моём мире эта буферная зона в эпоху развития интернета называлась «цифровой Дикий Запад». Когда компании не привлекали внимания государства, так как гос-аппарат был не готов к развитию интернета.

А может…

— Мария, а есть ли какие-то льготы для фирм в сфере интернет коммуникаций?

— Да, конечно, они облагаются по пониженному тарифу. Из-за того, что сфера небольшая, но развивающаяся.

— Отлично, просто замечательно, — промурлыкал я себе под нос и не сдержавшись, отсалютовал бокалом. — Мария, мы изменим этот мир!

Эпоха дот-комов, цифровизация, интернет дистрибуция, тысячи сервисов развлечения, этому миру предстояло то ещё дерби, но когда прожекторы над полем погаснут, я планирую остаться на нём единственным уцелевшим игроком.

Планируя функционал операционной системы, я занял излюбленную позу на террасе виллы. Сидел с ежедневником и выписывал то, что может пригодится.

Безусловно термин смартфон появился не просто так, устройство должно быть не просто звонилкой, а неким компьютером в кармане. В моём мире телефоны поумнели не сразу. Этот мир не исключение.

Социальная сеть первый кирпичик, рабочая лошадка, которая позволит столкнуть снежный ком интернет дистрибуции. Но вот смартфон, это уже задача со звёздочкой.

Нужна фишка закрывающая потребности людей. В случае с сетью я сам создаю потребность, а во всем остальном план зияет космическими дырами.

Думая над этим, я начал составлять список. Начал с утилитарных программ: калькулятор, фонарик, камера… И тут же закончил этот короткий список.

Камера — сильное торговое преимущество, но её на рынке просто нет. Здесь есть отдельные устройства и если я смогу сделать камеру внутри смартфона, это сделает его уникальным.

Этот вопрос я даже не изучал, но в макете телефона камере было отведено место, чисто технически, осталось только понять, как её туда засунуть.

Мозг вскипел, но я решил отложить эту задачу до разговора с Рафаэлем. Начал искать информацию про компактные устройства, видеокамеры и фотоаппараты, но ничего не нашёл на свалке из кучи интернет площадок, где сам чёрт ногу сломит.

Допустим я выпущу первую серию смартфонов без камеры, экая невидаль, такое уже бывало, но хотелось то всего и сразу.

Вздохнув, пошёл отвлекать Рафаэля.

— Послушай, старина, — подсел к нему я.

Инженер тут же скорбно вздохнул и с надеждой посмотрел на дверь. Видимо искал пути отхода, всерьез планировал бежать.

— Да, сеньор, что на этот раз? — спросил он.

— Ничего необычного, расскажи мне про самую маленькую камеру… Как устроена, где используется, а самое главное, где мы можем такие достать.

Рафаэль говорил, а я принялся записывать.

Фото-контент, как и видео, здесь был. Это уже радовало. На порталах посвященных цифровому творчеству хранились тысячи фото и видео. Но все это было снято на фотоаппараты и видеокамеры. Вот только культуры потребления контента не было, значит не было и мотивации для его создания. С другой стороны рынок требовал перемен.

Послушав Рафаэля добрый час, я приуныл. Смартфон был вторым этапом плана, ибо я хотел всеми силами реализовать мощности завода, но вот раньше чем социальную сеть его не выпустишь. Нужно сначала создать основу.

Самая маленькая камера здесь была военной разработкой, как и в моём мире. Все технологии идут от военных, как и сам интернет. Нет лучше мотивации, чем истребление себе подобных.

Купить такие камеры в промышленных масштабах почти невозможно, а значит нужно достать образец и прогнать его через метод обратной инженерии. Разобрать, понять как работает, а затем сделать процесс потоковым.

Но… Всё упирается в лично мои возможности. Точнее, в невозможность выполнить эту задачу моими силами. Я отстал от Рафаэля и переместился к компьютеру, где решил посмотреть на социальную сеть, что уже развернулась на собственных серверах осторожно использовалась завсегдатаями компьютерного клуба.

Количество трафика было минимальным, ленивым, вялым, как эрекция старика. Хотелось ругаться.

Что-то не давало моему гениальному стартапу взлететь, хоть и цели такой сейчас не стояло. Но вот интерес… И это что-то надо было найти и исправить.

Пришла запоздалая мысль о том, что разработка уже открыта и уязвима, если мы дали доступ команде бета-тестеров. Надо ускориться, пока кто-то ушлый не опередил меня. В код подростки из клуба не заберутся, но вот сама идея, она просто в воздухе, как и всё гениальное. О какой секретности идёт речь? Секрет полишинеля какой-то вышел.

Короля играет свита, я срочно должен укомплектовать свой штат, чтобы таких промахов не было.

Задумчиво покручивая бокал с вином, я пускал дымные колечки, закинув ногу на ногу и анализировал собранные цифры. Сообщений между пользователями компьютерного клуба проходит мало, сессий мало, активности мало… Почему? Волнообразного скачка заинтересованности нет.

Пригубив чудесное вино, я замер.

Через несколько секунд все услышали мой крик с террасы, больше похожий на корабельный гудок.

— Матео!

Глава 12

Фавора, деловой квартал

Эмануэль дэ Фуэго любил этот час, когда солнце уже опускалось за башни, а город ещё не зажигал полное освещение. В кабинете на двадцать втором этаже держался мягкий полумрак, пахло сигарами и нагретой за день кожей кресла. На углу столешницы потела пузатая рюмка бренди с одиноким, медленно тающим кубиком льда.

Спешку он презирал. Торопятся те, кто не уверен в исходе.

В дверь коротко постучали.

— Заходи, — обронил Эмануэль, не оборачиваясь.

Вошёл Сесар, его человек для деликатных поручений. Неприметный, жилистый, такого забываешь через минуту после знакомства. В руках он держал плоскую кожаную папку.

— Готово, дон, — он опустил папку на край стола и отступил на шаг.

Эмануэль не торопился. Сделал глоток, покатал алкоголь на языке и только после этого подтянул папку к себе.

Внутри лежали листы, чуть смятые по краям, и с легким ароматом дешевого табака. Такое курил только Габино. Толстяк до последнего пропитывал собой всё, к чему прикасался.

Документы он перебрал неспешно. Платёжки, выписки, копии переводов. «Косталь