Ты обязательно выживешь. Том 1 - Николай Николаевич Новиков

Тут, увы, в Городе, снова нужна удача — желательно бы сюда попасть будучи сильной и крутой расой.

Да впрочем…

— На, лови аптечку.

И я кидаю в него Бенджамина.

Маленький пятнистый комок влетел здоровяку прямо в лицо, инстинктивно цапнул его за нос крошечными копытами…

И УВЕЛИЧИЛСЯ НАХЕР В РАЗМЕРАХ!

— Уи-и-и!

БАХ! Двести килограмм свиньи обрушились сверху на громилу! Он не удерживается, падает, и свинья заваливается сверху, приземляясь копытами прямо на глазницы! Трещит череп, хлыщет кровь, а мозг превращается в кашу!

Все смотрели на это секунду. Секунду просто молча охеревали.

И ровно столько мне было и нужно.

Кинжал вышел из штанин раньше, чем ближайший враг успел дёрнуться. Кручу в обратный хват и не глядя провожу два удара: живот, и он согнулся — шея, и он обвалился!

*Ту-дум* , — в клинке снова бьётся сердце.

Скафандр попятился, облако внутри резко почернело и сжалось в угол шлема. Наёмники застыли — кто смотрел на два тела, кто на Бенджамина, кто на меня.

А потом сорвались.

Ближайший, чешуйчатый, широкий, с дубинкой, налетел первым! Я ухожу в сторону, и дубинка свистит мимо уха. Но тут же подбегает кошкоподобное существо с длинными когтями, замахивается… но в эту же секунду Бенджамин с рёвом подбивает его под задницу, откидывая к стене, и резко встаёт между нами, начиная яростно черпать землю копытом!

Чешуйчатый бьёт снова. На этот раз очень быстро, чем вынуждает вскинуть кинжал для блока. Блямц! И клинок вылетает из моих рук — я оказался слабеньким на фоне иной расы.

Хорошо.

У меня ведь ещё катана во второй руке.

Бах! Пробиваю навершием ему прямо в носяру словно трость! Короткий вскрик, он зажимает лицо ладонью, и снова даёт мне столь нужный миг.

Верёвки падают с оружия — я делаю шаг. Враг убирает руку от носа — я прокручиваюсь на месте. Враг замахивается — и катана уже вошла в его живот.

Остриё входит в его живот с сопротивлением, но я рывком веду поперёк, от края до края!

— Ыа! — невольно вырывается вскрик напряжения.

И слышится мокрый тяжёлый звук. Чешуйчатый смотрит вниз с таким видом, будто не понимает, что видит… а потом машинально хватает свои внутренности, делает шаг и падает на них же сверху.

Три тела… три трупа… кровь на моих руках…

Как же колотится сердце. Как же тяжело дышать! Но при этом… несмотря на всё…

«Какой же я живой», — я медленно выдыхаю, ощущая адреналин опасности

Земля была безопасной. Тренировки, режим, мамины лекции, правильное питание. Всё размеренно, всё под контролем. Хорошая жизнь! Правда хорошая. Но сейчас… пережив Посмертие… вкусив этот вкус, ощутив кровь, опасность, адреналин до звона в ушах…

Я понимаю, как же всё там скучно.

Я встряхиваю катану, кровь летит на камень, и перевожу взгляд на троицу у стены. Бенджамин теснит их, но устал — бока ходят ходуном, дышит тяжело. Всё же, свободно менять массу и размер с котёнка на двести килограмм — требует усилий. Его наверняка прибьют.

Поэтому либо сейчас всё решать, либо бежать.

Я оборачиваюсь. Скафандр стоит в двух метрах всё так же за прилавком, но теперь в вытянутых руках у него гудящее, готовое к бою энергокопьё.

— Ох! Стой, стой! — невинно хлопаю глазками, очень резко суя руку в карман, — Я же не сделал ничего плохого!

Зря он не стрельнул, хех.

Ведь я достаю гранату, сжимаю запускающий механизм и большим пальцем выдёргиваю чеку.

— У-у-упс! — снова хлопаю ресничками, — Получается, все умрём! Как жаль…

И в этот момент даже вертухаи за спиной остановились, перестав переть на свинью. Видимо, земные гранаты тут известны.

Что-ж, мне же лучше.

И пока Скафандр не понимает, что делать, и за какие грехи я появился в его жизни, я решаю брать быка за рога.

— Так… сто тридцать на каждого, говоришь? — я кручу гранату в руке, — Давай сойдёмся на том, что я оставляю трёх твоих сотрудников в живых — итого триста девяносто оболов. Соглашайся, это крайне выгодно!

Облако внутри шлема почернело окончательно, сжалось, замерцало.

— Ты… что… творишь! — шипит скафандр, и вокруг начало пахнуть озоном, — Ты понимаешь, что я не один⁈ Ты понимаешь, на что себя подписываешь? Моя смерть — это только начало того кошмара, что начнётся в твоей жизни! — говорил он высокопарно.

— Ох… п-проблемы? — я распахнул глаза и похлопал ресничками, — Ты… ты обещаешь мне ещё больше жертв⁈ ДАВАЙ! Кто твой союзник? Имена, Скафандр, имена!

— Ты… ты просто поехавший! Ты в своём уме⁈ Что у тебя в башке⁈

— Ты сам не захотел слушать невинного человека, которого подставили. Это ТЫ начал, — пожимаю плечами, — А я предлагал варианты!

Троица у стены не двигается. Бенджамин тоже замер, переводя взгляд с них на меня.

Я поднимаю гранату чуть выше.

— Смотри, как оно выходит. Либо мы сейчас останавливаемся, и думаем вместе как разойтись без новых потерь, либо продолжаем, — обвожу взглядом двор, лавку, товар под синим навесом, — И тогда твоё имущество продолжит исчезать вместе с твоим персоналом. Как тебе перспектива? Вероятнее всего — и вместе с тобой.

Скафандр молчит.

И тут я включаю внутреннюю наглую ехидную скотину.

— «Поверь, ты этого не хочешь», — цитирую я ровно его же слова, — «Если не хочешь крови, конечно. Но оно того не стоит»

Скафандр молчит. Он смотрит на трёх мертвецов, на троицу охранников, готовых броситься, но не гарантирующих выживание. На Бенджамина, который переминается с копыта на копыто и так же готов затоптать всех насмерть.

Потом снова на меня.

Потом снова на трупы.

Протяжный выдох — из шлема тонкой струйкой вышел дымок, облако внутри чуть разжалось, посветлело. Плечи опустились.

— Ты прав, — говорит он наконец, — Суй чеку обратно, отзывай свинью, обсудим нашу непростую ситуа…

— Твою, — перебиваю, — Твою непростую ситуацию. Я, похоже, здесь выживаю. А вот ты… ты магического кабана никак не ожидал.

Скафандр медленно переводит «взгляд» на Бенджамина. Бенджамин смотрит в ответ и злобно хрюкает.

— Ты прав, — вздыхает облако, — Не ожидал.

И он опускает энергокопьё.

Вот так, друзья… вложение одного шприца с уровнем сейчас стоило мне кучи пальцев и, скорее всего, жизни.

Победа…

Вроде.

Я вставляю чеку обратно и убираю гранату. Бенджамин по приказу отходит от стены, деловито отряхивается и встаёт рядом