СМЕРШ-1944. Книга вторая. - Павел Барчук

Забавно выходит. Крестовский рвался из нашего времени сюда, чтобы переписать историю. Борисов рвётся отсюда туда, чтобы от истории спрятаться.

Всё это — пока догадки, мои предположения. Правду вытрясу из бывшего подполковника, когда встретимся с ним лоб в лоб.

Вот я и организовал эту встречу, но на моих условиях. Рискованно — да. Ошибись я в одной детали, в точке или во времени, и Мишка сейчас лежал бы с пулей в голове. Меня Борисов не тронет. Мишку — сто процентов убьет.

После того как я ответил гниде, повисла тишина. Предатель переваривал сказанное мной.

— Ты совсем охренел, Соколов? — прошипел из-за Ратцеля Карась. — Это что, твоюбогадушумать, за номера? Что значит, ты ждал встречи?

— Миша, все объясню. Потом. Конкретно сейчас не до разговоров.

— Потом? Потом⁈ — У капитана аж дыхание перехватило.

Он обернулся, схватил Гостя за шею, пригнул его башку ниже, чтобы видеть мое лицо.

— Ты, Соколов, вообще берега попутал. Это что, шутки тебе? Под трибунал захотел?

— Да твою мать, Карась, я тебе клянусь: когда все закончится, расскажу в мельчайших подробностях. Все расскажу. Сейчас у нас одна задача — взять Борисова. Как только он будет в наших руках, ты услышишь много интересного.

Я реально решил допрашивать подполковника при Мишке. Причем решил в последний момент, когда мы уже стояли у сарая и ждали Ратцеля. Честно говоря, устал от всех этих кошек-мышек. Так устал, что с души воротит. Если сам расскажу Карасю о будущем, о Крестовском, о перемещении во времени — он мне не поверит. Решит, что я издеваюсь. Но если услышит все то же самое из уст Борисова, человека, которого хорошо знает, пусть даже как начальника, есть шанс, что Мишка отнесется ко всему серьезно.

В конце концов, после смерти шизика у меня была только одна цель — найти долбаные схемы «Колокола» и Борисова, уничтожить их обоих. Стереть все следы присутствия Крестовского в прошлом, убедиться, что приблуда шизика не останется у немцев, и все. Потом можно выдохнуть.

Другой вопрос, что помирать мне уже сильно не хочется. Прижился я в этом времени. Хочется дойти до Берлина, потом разыскать Синеглазку и создать с ней ячейку общества. Серьезно. Много об этом думал. Решил — пошло оно все. Раз получил второй шанс, надо им воспользоваться.

И вот я на финишной прямой. Борисов рядом, чертежи хрен его знает где, наверное, в Берлине, но через бывшего подполковника можно узнать, где именно они находятся, кто о них знает, потом добраться до схем и уничтожить. Ну и «Колокол», конечно, тоже.

Но одному мне уже не справиться. Это факт. Да и Мишка далеко не идиот. Он однозначно засомневался во мне еще после того, как узнал от Гуревича, что бумаги попали к немцам. Когда мы говорили с ним на заднем дворе управления. Потому и был немногословен. Я знаю Карася очень хорошо.

— Ну ладно, Соколов… — протянул капитан. — В последний раз поверю тебе. Взять Борисова? Не вопрос. Возьмем. Жопу порву, но эта гнида будет в наших руках. А потом, если ты хоть в одном слове соврешь или утаишь что-то, не обессудь.

Только капитан высказался, снова активизировался Борисов. Ровно две минуты ему потребовалось, чтобы переварить сказанное мной.

— Карасёв! Ты вообще в курсе, кто рядом с тобой сидит? Соколов не тот, за кого себя выдаёт. Совсем не тот.

Я напрягся. Подполковник решил действовать по старой схеме «разделяй и властвуй». Пытается вывести Карася из игры сначала морально.

Мишка на меня даже не глянул. Ответил в темноту глухо, коротко:

— С Соколовым я без тебя разберусь, гнида. Ты о себе лучше побеспокойся.

Всё. Точка.

Отлично, не ошибся я в товарище. Он меня сейчас с Борисовым обсуждать не будет — не то время, не то место. Разберёмся потом, наедине. Мишкин ответ прозвучал именно так, как требовалось. Честно говоря, даже стало как-то спокойнее.

Борисов заткнулся, ответ капитана его не порадовал. Я, не тратя времени зря, начал анализировать, какой у нас расклад вырисовывается.

Первый выстрел, тот, что был в лобовое стекло, — не Борисов. Точный, одиночный, с большой дистанции. Целились в голову Мишке. Значит, снайпер. Оптика, винтовка, верхняя точка. Где-то на склоне каменоломни сидит.

Вторая пальба — очередь автомата из зарослей. Пули ушли в землю. Стреляли для острастки. Автоматчик даже не пытался достать нас через машину. Значит, задача — прижать, отвлечь, дать снайперу перезарядить и найти новый угол. Тактика правильная. Думаю, в акациях сидят максимум двое.

Сам Борисов — за грядой, дальше по ходу дороги, метрах в сорока. По линейке засады он должен сидеть в самом конце, а не спереди своих стрелков. Так грамотнее и так безопаснее — управляй боем с тыла, забирай добычу, когда всё стихнет.

Итого максимум четверо. Снайпер сверху, двое в акациях, Борисов в глубине справа. Все три точки — на одной стороне от дороги, вытянуты в линию по ходу движения.

Я посмотрел на Гостя. Ратцель сидел между мной и Мишкой с вытаращенными глазами. Значит, точно понимает, о чем идет речь. И еще понимает, что он оказался в роли разменной монеты. Для фрица столь высокого статуса это прямо удар по эго.

Через раскрытую заднюю дверь тихонечко дотянулся до сиденья. Осторожно, чтобы не звякнуть о раму, вытащил автомат, передал его Мишке.

— Держи. Твой сектор — акации. Там, скорее всего, двое. Только не высовывайся, за несколько метров до них сидит снайпер. Сначала сниму его.

Мишка молча смотрел на меня несколько секунд. Потом кивнул, подхватил автомат, устроил приклад у плеча. Устроился у колеса так, чтобы держать правый фланг.

— Ратцель на тебе, — добавил я. — Дернется — вырубай.

— Понял.

— Миша. Ещё одно. Как только двину, начинай Борисова отвлекать. Разговаривай с ним. Про что угодно. Главное — громко.

— Ползи уже, старлей. Пока я не передумал.

Совет был дельный. Двинулся назад, вжимаясь в правый борт «эмки». Задняя часть машины стояла ближе к центру дороги — корма прикрывала меня сразу от всех, кто засел на склоне.

Тут же заговорил Карасев:

— Борисов! Товарищ бывший подполковник! Ты мне тут про Соколова впариваешь, это ладно. Лучше скажи, гнида, как по утрам на себя в зеркало смотришь? У тебя же все было. Все. Почет, уважение! И что? Фрицам продался, как последняя сука⁈

Молодец. Именно то, что