Город, которого нет 9: Власть Мотылька - Артемис Мантикор

* * *

Домой я добрался к вечеру. На улице уже стемнело, когда я вошёл в подъезд своего дома. Нашему взору предстал относительно опрятный подъезд с цветами на подоконнике. Пусть это и был старый дом на окраине, и далеко не все мои соседи были образцовыми, здесь регулярно убирали, да и любители настенной живописи редко сюда заходили, так что надписей было совсем немного.

— Хорош дом, да скуден больно, — послышался голос старика, едва мы вошли внутрь. — Будто конура. Потолки бы повыше… у меня были вон какие, четыре метра!

— Это не твой дом. Да и не мой тоже… так, в квартиру я тебя нести точно не хочу. Где бы тебя тут оставить?

— Я тебе оставлю! — возмутился старик. — В нормальный дом неси! Как-то здесь тесно.

— Нечего было гнать на свои хоромы, теперь уже поздно. Не волнуйся, завтра я тебе найду новый дом, — пообещал я, хотя пока что у меня не было идей, где можно было бы его поселить. Самому бы себе место найти, где я никого не подставлю. А тут ещё такого соседа с собой брать…

— Три дня тебе даю, колдун. Потом я заберу себе тот дом, что выберу.

— Пять.

— Не торгуйся, колдун, — скрипящим голосом отрезал жуткий старик. — Бог любит троицу.

— Вот кто бы про религию говорил… и не зови меня колдуном. Вся моя магия — это то, что я связался с тобой. Сам не понимаю, зачем.

— Чтобы обрести силу, дурень! Зачем же ещё? Мы теперича с тобой боевая команда, — усмехнулся довольно он. — Ну, чего застрял, иди уже в своё жилище!

— Не, тебя я в свой дом не буду нести, говорю же. Побудешь немного в подъезде, ничего с тобой не случится.

— Уверен? — что-то мне в его улыбке не понравилось.

— Я тебе поесть вынесу.

— Свежие харчи это славно… да только не дело это, на проходной потчивать.

— Не волнуйся, завтра найдём тебе новое логово. Сейчас ночь на дворе. Где я тебе жильё найду? Разве что какие-нибудь руины типа тех, в которых ты жил.

— Ну смотри…

— Будешь что-то вытворять не то — разорву контракт.

— Разрывай, — неожиданно легко согласился старик.

Я насторожился.

— Что-то ты сильно этим доволен.

— Место конечно паршивое, но по контракту оно моё, коли разорвёшь. Мне оно не улыбается, да только куда мне противиться воле колдуна?

— Я не колдун. Давай, тут чердак открыт, и там никто не живёт. Иди туда. А я к тебе загляну с едой.

— Ну, как знаешь… только зайти тебе всёж придётся. Оставить своё молневодное оружие.

— Молневодное?.. А, шокер. Значит, ты привязан к предмету?

Старик кивнул. Пришлось заглянуть наверх, поднявшись на пятый этаж. Место не использовалось и больше походило на склад, куда жильцы дома сваливали всё, что не помещалось в доме и что не сильно жалко, если кто-то попытается украсть. Причём делали они это поколениями, так что вещей здесь было довольно много. Но при большом желании жить можно. Да и тепло.

Распрощавшись со стариком, я направился обратно вниз и позвонил в дверь. Наконец-то, дома…

— Ну, как первый рабочий день? — спросил отец за семейным ужином.

— Пыльная, конечно, но ничего, с моим энтузиазмом прямо в руках горит, — улыбнулся я.

— Я в твои годы тоже подрабатывать как раз начал… на стройке рабочим. Те ещё времена были. Зато потом ходили в кино с твоей мамой. Кстати, как там твоя… как там её, забыл, прости…

— Я не называл имён, — ответил я.

Отец хмыкнул. Уловка не сработала.

— Когда-нибудь я обязательно вас познакомлю. Мы пока знакомы-то совсем немного. Рано ещё загадывать.

— Отстань от него, пусть ест! — вмешалась бабушка, за что я был очень ей благодарен. Не люблю врать, обычно до последнего стараюсь обходиться без этого. Но если иного пути нет — значит придётся.

Покончив с тарелкой гречки и солёными огурцами, запил это чашкой компота и ещё одну взял с собой в комнату. На всякий случай закрыл дверь и открыл шкаф. С зеркала на меня смотрел усталый парень в джинсовом плаще.

Что-то в образе показалось мне слегка непривычным, но я никак не мог понять, что. Начал придирчиво себя оглядывать и вскоре нашёл странность. Она была на самом видном месте, но до последнего ускользала от моего внимания.

Глаза. Зрачки стали чёрными, так что сливались в большой чёрный шар. Последствия договора со стариком? Что же я творю? Может, я был не прав? Да, я стараюсь рисковать и действовать по максимуму, если это не первая моя попытка. Но это ведь не повод совсем игнорировать здравый смысл?

Думая об этом, коснулся поверхности зеркала. Ничего нового там появиться не могло — я просто хотел зачем-то убедиться ещё раз, что всё это правда. Никак не привыкну к этому.

Однако кое-что новое там появилось, вызвав у меня внутреннее ликование.

Похоже, решение связаться со стариком было тактически верным. Ибо предпоследняя строка изменилась.

Дополнительные характеристики (3/9): уровень акцессии, уровень фокусировки, уровень могущества, неактивно (7/9)

Разблокирована новая характеристика: уровень могущества. Текущее значение: 1.

Офигеть!

Так. А новая способность работает?

Я выключил свет и закрыл шторы, чтобы ни единого луча с улицы не попадало в комнату. В щель под дверью всё равно лился свет, так что я бросил лежавший на кровати свитер под неё. Наступила кромешная темень.

Так, а дальше что…?

— Хочу видеть в темноте, — прошептал я.

Нифига.

Попробовал сосредоточиться на этом желании, прищуривался — ничего не срабатывало.

Выйдя на кухню и не обнаружив там никого, собрал припасов — сверстал пару крупных бутербродов с колбасой и сыром, вытащил остаток молока в бутылке из под колы и тихонько прокрался к двери.

Стараясь никого лишний раз не побеспокоить дома, открыл дверь, проскользнул в подъезд и под светом уютной сорока ваттной лампочки ильича пробежался до чердака кормить своего гостя.

Я встретил его на кровати. Да, тут была одна, я и забыл. Старый матрас с подозрительными пятнами на ржавых пружинах.

Старик забрался на неё с ногами. Обувь снял, но это сильно дело не меняло. Грязные волосатые ноги с длинными жёлтыми ногтями казались ещё хуже. Но пах мой гость, к счастью, всё же, не как бомж, а скорее сыростью, плесенью и запустением. Будто запахи его горевшего дома намертво впитались в саму его кожу.

— А-а, колдун. Садись, чегой принёс?

— Держи, — протянул я ему бутерброды. Были они немаленького размера, как раз под аппетиты человека, который, по его словам, мечтал о пище на протяжении многих лет.