Фантастика 2026-96 - Макс Вальтер

— Да я не понимаю! — выкрикнул он и снова умер.

На этот раз от пули, которая пробила его черепушку. Я поморщился и поковырялся в ухе мизинцем, убирая противный звон. Да, оглохнуть от дозвукового патрона не выйдет, но в замкнутом пространстве он всё равно прозвучал очень громко.

Пока клиент отдыхал, я слегка подсолил воду и не спеша всыпал в нее пшено. Завтра придётся тащиться на рынок, потому как запасы таяли прямо на глазах.

На этот раз прошло не менее получаса, прежде чем покойник вернулся к жизни. Экспансивная пуля — это не шутка. Раскрываясь после удара, она наносит огромные повреждения внутри. Наверняка, мозги этого идиота превратились в мутную жижу, и на их восстановление ушло немало сил и энергии. Скоро эта тварь проголодается и захочет крови.

Впрочем, на этот случай у меня припасена полторашка синьки. Я как раз и добивался того самого момента, когда выродок начнёт сходить с ума от жажды и готов будет продать хоть родную мать за глоток спасительного зелья. Правда, в этом случае я очень сильно рисковал, ведь искушение в моём лице тоже было неслабым. Но, надеюсь, страх переборет ломку.

— Ну что, попробуем ещё раз? — усмехнулся я, нависая над пленником с табуретом в руках. — Или всё-таки ты что-нибудь вспомнил?

— Я на тебя заяву напишу! — перешёл к угрозам он. — Лига тебя…

— Ясно, — кивнул я и опустил табурет на голову изменённого.

Бил специально углом, но мне всё же потребовалось несколько ударов, чтобы пробить его череп. Кровь брызнула на штаны, и пленник в очередной раз затих. А у меня как раз появилось занятие, чтобы скоротать время ожидания.

Сняв штаны, я принялся застирывать кровавые брызги. Табурет не выдержал надругательства и рассыпался в руках на последнем ударе, поэтому я просто вышвырнул его на улицу. Я даже успел убрать лужу, которая натекла из тупой башки изменённого.

Закурив, я крепко задумался. Вот вроде бы три самых очевидных способа убийства я только что испытал. Можно ещё топором чердак прорубить. А что дальше? Вешать? Ну допустим, на пару минут я его успокою. Может, притопить? Да тоже такое себе, не в ведре же это делать? М-да, с сотней — это я как-то погорячился. С десяток казней бы придумать…

Едва я затушил окурок, как пленник распахнул глаза. Я поднялся со стула, и он тут же попытался отползти, вонзив в меня щенячий, умоляющий о милосердии взгляд, который то и дело срывался на топор в моих руках.

— Надеюсь, вопросы ты помнишь, — произнёс я, поигрывая топором. — А то я уже начинаю входить в азарт. Хочется проверить: сколько раз ты сможешь подохнуть за ночь?

— Не надо, — выдохнул он. — Хватит, пожалуйста…

— Тюк! — удар вышел глухим. Топор так и остался торчать в черепе, а пленник обмяк у стены сломанным манекеном.

— Ой, — поморщился я. — Это я что-то погорячился.

Оружие вновь пришлось доставать враскачку, а затем отмывать с него кровь. Правда, на этот раз я справился гораздо быстрее.

Пришлось снова закурить и задуматься ещё крепче. Последний, самый очевидный способ убийства я использовал только что и теперь шарил глазами по кухне в поисках очередного инструмента. На глаза попалась вилка, но её я сразу отбросил. Ей я буду до утра тыкать, и не факт, что добьюсь нужного результата. А вот чугунная сковорода вполне подходит. Правда, грязи будет…

Я взял в руку сковороду и удовлетворённо крякнул. Спустя ещё полчаса выродок снова распахнул веки и уставился на новое орудие убийства в моих руках. Вздохнул с эдакой обречённостью и перевёл усталый взгляд на меня. И в этот момент я наконец увидел то, чего ждал: голодный блеск в глазах. Пленник облизнул пересохшие губы, но броситься на меня не решился.

— Что, проголодался? — криво ухмыльнулся я. — Могу синькой угостить, хочешь?

Изменённый коротко кивнул, не сводя глаз со сковородки.

— Ну так и ты пойди мне навстречу. Расскажи то, что я хочу знать.

— Ты ведь всё равно меня убьёшь, — произнёс он.

— Скорее всего, — не стал обманывать я. — Но я могу сделать это быстро и окончательно. При этом ты сдохнешь сытым.

— Он найдёт тебя и вырвет тебе глотку, — с нескрываемым презрением выплюнул изменённый. — Ты даже не узнаешь, когда и откуда он явится. Это тебе не простой…

И снова договорить я ему не дал. Ребро сковороды с треском вошло в череп, и выродок обмяк. А я с удивлением посмотрел на инструмент в руке. Не ожидал, что это будет так быстро. Плюс смерть вышла гораздо чище, чем я себе представлял. Чугун проломил череп, но не пробил голову. На ней осталась приличных размеров вмятина. Небольшая кровавая струйка тянулась из уха — вот и вся грязь.

А у меня начался очередной мозговой штурм. Я даже из кухни вышел, медленно осматривая различные предметы в доме и оценивая их смертоносность.

Взгляд задержался на одинокой гантели, но я посчитал это повторением предыдущего манёвра. Нет, на будущее можно иметь в виду, но, пожалуй, вначале стоит применить пару нестандартных способов, чтобы не выглядеть совсем уж необразованным. Всё же я обещал ему более креативный подход.

А затем вспомнил, что в сенях, выходящих на заднюю сторону дома, у меня лежит молоток, при помощи которого я забивал окна. Там же остались и гвозди, некоторые из которых имели приличный размер. Хотя вряд ли он позволит спокойно вогнать их себе в череп. Но пройтись по макушке молотком вполне подходит.

Взвесив его в руке, я вернулся на кухню и, положив инструмент на стол перед собой, принялся дожидаться возвращения выродка. На всякий случай достал из рюкзака бутылку с синькой, так сказать: в качестве психологического давления. Может быть, её вид, заставит его язык развязаться.

Нет, я знал способы, которые позволяли развязать язык гораздо быстрее. Например — серебряный пруток в глазное яблоко или под ноготь. Но вся беда в том, что это бы его рано или поздно убило и, возможно, на самом интересном месте. Да и шумное это дело. Крик в ночной тишине разлетается на километры. Сразу меня, конечно, не обнаружат, но съезжать всё же придётся. А я только начал привыкать к этому дому.

Прошло чуть больше часа. Я уже откровенно начал клевать носом. А завтра