"Фантастика 2024-161". Компиляция. Книги 1-29 - Максим Игоревич Крынов

— Нет, арбуз-то весь на части раскололся. А теперь берем каску французскую и проделываем тот же трюк. Мы видим, что пуля из ТТ эту каску пробивает, и у нас уже два арбуза готовы для употребления внутрь.

— Что за ТТ?

— Новый пистолет, пока проходит испытания, а здесь готовятся патроны для него делать. Но это неважно…

— Хороший пистолет, если голову… если арбуз через каску ломает, а французскую, вон, и вовсе насквозь…

— А я не про пистолеты, я в них не разбираюсь. А теперь мы берем вот эту каску, которую изготовили у нас на опытном заводе. Пластмассовую, втрое легче любой стальной. Одеваем ее на арбуз, стреляем…

— И видим большую дырку, — прокомментировал Иосиф Виссарионович то, что он увидел, когда Вера открыла дверцу.

— Не дырку, а отверстие, причем замечу, даже не сквозное. Да, каску эту теперь можно даже выкинуть… но арбуз-то цел остался!

— Это как? — Сталин подошел, взял арбуз в руки, долго разглядывал, крутя его в руках. Затем положил на стоящий рядом верстак и стукнул кулаком. А затем, глядя на разлетевшиеся осколки, снова спросил: — А почему от пули он не треснул?

— Потому что каска с умом сделана. Пока много таких мы наделать не можем, но это только пока, а вот как завод арамидного волокна запустим… тут ткань, которая на разрыв прочнее стали, причем при одинаковой толщине, а не одинаковом весе. И полиэтилен сверхвысокомолекулярный. Тоже штука не самая дешевая, но люди-то дороже! Так что придется нам потратить еще примерно сто двадцать миллионов на нужные производства…

— Почему придется? Кто нас заставит?

— Жизнь заставит. Буржуи спят и видят, как бы им страну Советов захватить и разграбить. Ладно, это про защиту бойцов… там еще бронежилеты есть, которые вообще винтовочную пулю держат, но я их потом покажу, если не устанете. А сейчас поедемте в овраг, там кое-что поинтереснее имеется.

— Это что за орган такой стоит? — удивился уже Лаврентий Павлович, глядя на грузовик, на котором, казалось, была навалена куча труб.

— Это такая ракетная установка. Ее парни из МВТУ сделали, а ракеты к ним… я тут только химией занималась. Но химия получилась интересная, — Вера показала на еще одну трубу, которую подтащили к «органу» два крепких мужичка. — Эта ракета мало что летит километров на двадцать пять, так она еще несет взрывчатки, если на тол переводить, больше двадцати килограммов. То есть раз в семь больше, чем в снаряде от шестидюймовки, а в установку, как вы видите, можно таких ракет запихнуть сразу тридцать две штуки. И всех их выпустить за полминуты! Хотите посмотреть, как ракета взрывается? Лучше скажите «нет», тут в овраге так бахнет, что до обеда в ушах звенеть будет.

— Тогда мы скажем «да», — рассмеялся Иосиф Виссарионович. — Мы-то взрывы в жизни уже повидали…

— Ну, я вас предупредила. Стрелять мы недалеко будем, примерно на километр — дальше овраг заворачивает, а пускать ракету выше — так она до Переславля долетит.

— До Переславля больше двадцати пяти километров…

— Значит, не долетит. Но и в какой-нибудь деревушке будут не особенно рады, если им такая штука на головы свалится… так, смотреть только отсюда, а то огнем из ракеты поджарит так, что мало не покажется… Ну что, посмотрели? У нас еще с десяток таких ракет есть, можем показать, как они залпом летят…

— Спасибо, не надо, тут и так все понятно… Чья разработка?

— Я вам завтра список всех участников работ по этой теме пришлю. И по каске тоже, а вы уж сами решайте, кому Трудовое знамя давать, а кому орден Ленина.

— Язык-то попридержи! — не удержался Лаврентий Павлович.

— А мне кажется, что наша Старуха… Вера Андреевна дело говорит. Только вы уж, Вера Андреевна, заодно и распишите, какие затраты на то, чтобы вот это в производство большой серией запустить, потребуются. А пока… давайте на этом демонстрацию закончим. А с вами, Вера Андреевна, я бы хотел обсудить кое-что по поводу возможной засухи… вы ведь в Москву сейчас? Давайте вместе поедем, по дороге и поговорим.

Когда машина остановилась возле Бужаниново, Лаврентий Павлович, на секунду склонившись к Вериному уху, шепнул:

— А по Блюхеру-то, оказывается, ты все верно вызнала. Завтра… сегодня вечером расскажешь, что там еще было…

Глава 15

— Интересные вы нам вещи показали, — задумчиво сказал Вере Сталин, когда поезд отправился с разъезда. — И как вы только додумались-то такое сделать?

— Да ничего особо интересного. Просто каски… я их когда еще шведам-то продавать начала? А тут подумала — когда у нас получилось синтетическое волокно изготовить прочнее стали — что такие каски можно не только для мотоциклистов делать. Стальная — она тяжелая, а пулю из винтовки все равно не удержит. А если сталь потолще взять, то удержит, но шею-то солдату пуля в этом случае просто сломает — и все равно каска на выкид пойдет. А в пластмассовой пуля половину энергии потратит на то, чтобы относительно мягкую ткань продавить, у нее тормозной путь получится длиннее, то есть пуля будет тормозиться медленнее и сила удара по времени как бы размажется, так что шанс сломать шею уменьшится…

— А дорогая каска получается?

— Сейчас — да, дорогая. Но если выстроить нужные заводы — цену их я уже сообщила — то и каска в серийном производстве выйдет не дороже стальной. А, возможно, и дешевле. Но тут главное, что солдат жив останется гораздо вероятнее, а если на него еще и бронежилет надеть… бронежилет и винтовочную пулю удержит, а солдату в крайнем случае переломает пару ребер, он недельку-другую отдохнет и снова будет в бой идти готов.

— Правильно говорить «боец».

— И что такое имя? Что зовем мы розой, зовись она иначе, запах тот же!

— Вы и Шекспира знаете…

— Вы тоже, так что мы квиты. Но если вернуться к каскам и бронежилетам, то я считаю, что заводы по выделке арамидных волокон строить необходимо. И строить их под управлением НТК, чтобы никто не знал ни что они производят, ни где, и уже тем более чтобы никто не знал как.

— С этим и спорить смысла нет, а вот эта ваша ракета…

— Тоже ничего нового, ее вообще студенты из МВТУ придумали.