Путь Стража - Алвур

Анору. Причём не менее, а даже более охотно, чем эрла. В конце концов, она их королева, законная жена короля Кайлана и так далее и тому подобное. В случае гражданской войны, эрл, скорее всего, проиграл бы. А учитывая его характер, Эамон, скорее, сдастся и отдаст бразды правления Аноре, чем станет губить армию и народ в братоубийственной войне. Тем более, что Анора — одна из его воспитанниц. Исходя из этой идеи, Хоу решил породниться с королевской семьёй, а точнее, будущей королевской семьёй.

— Но Анора ведь бесплодна! — Попыталась влезть Элисса, то ли игнорируя, то ли не до конца веря в историю о беременности королевы.

— Она была бесплодна, — отрезал маг.

— Магия Крови способна на многое, — вздохнула Винн.

— Не просто магия Крови, а магия магистров магии Крови Тевинтера, — хмыкнул в ответ Дайлен. — То, что они устроили в подвалах поместья… Скажем так, это было ещё менее приятно, чем картина событий в Башне Круга, правда, неприятность эта была иного рода. Более того, из того, что я понял, это её единственный шанс родить ребёнка — после рождения она не сможет зачать, даже если весь проведённый ритуал повторить. Она просто умрёт в процессе. Эта конструкция напрягает чуть ли не все резервы организма ради одной единственной цели — рождение здорового потомства. Я и так не уверен, что она выживет сейчас — на ней есть остатки того плетения, что маги Тевинтера сотворили в подвалах Хоу, и они тянут из неё энергию, передавая её плоду. Винн ещё присмотрит за всем происходящим. Сказалась бы беременность Аноры на её королевском положении или нет — я не знаю. Хотя, учитывая народную любовь и отсутствие иного претендента на трон Ферелдена, скорее нет, чем да. Тем более, что развитие плода такими темпами и без того слишком ускоряется, так что его можно выдавать его за ребёнка Кайлана… За счёт жизненных сил матери и новых ритуалов на магии Крови.

— Новые ритуалы только убили бы девочку, — покачала головой Винн.

— Как будто Рендона это волновало, — пожал плечами Дайлен. — Его внук был бы королём Ферелдена, а он — регентом до его совершеннолетия. Путь все и считали бы, что это не так. Не ясно только, что он собирался делать с ордой порождений тьмы, но эту тайну он унёс с собой в могилу.

— Я сама хотела его убить, — снова вспыхнула Элисса. Она уже много чего сказала на эту тему едва заметно ухмыляющемуся Дайлену, не добившись, впрочем, от него ответа.

— Увы, я не сдержался, — пожал маг плечами. — Да и никто бы не сдержался. А теперь, я вас вынужден покинуть.

— Мы ещё не обсудили…

— Завтра! — Ещё одно отличие в его поведении. Дайлен стал намного более резким в словах и делах. К тому же его взгляд теперь пугал всех, даже невозмутимый Стэн старался лишний раз не встречаться с ним взглядом — Дайлен на всех сейчас смотрел как на кусок жаренного мяса, над которым уже занесён нож для разделки. Кажется, сам Дайлен так же знал о том, какие чувства вызывает его взгляд, а потому старался лишний раз не встречаться с собеседниками взглядом.

Маг вышел из комнаты, а все прочие переглянулись.

— Что с ним стало? — Печально вздохнула Элисса.

— Магия Крови способна на многое, — повторила Винн.

— Не только лишь в кровавой магии его проблема. Лежит его проблема в тех областях, что магам Круга и не снились. Почти ничем ему нельзя со стороны помочь.

— Почти ничем? — Лелиана повернулась к Морриган.

— Почти, — подтвердила ведьма. Их отношения с бардом определённо не стали лучше, но понимать друг друга они стали несколько… Иначе.

* * *

Я выгнал всех из смотровой башни и залез на самый верх, спрятавшись на балках перекрытия крыши. Магия Крови определённо стала для меня очередным неожиданным и неприятным открытием: если раньше я использовал непосредственно свою кровь или опосредственно чужую, то теперь, использовав непосредственно чужую кровь ради своего исцеления, я всё время хотел больше. Больше силы, больше власти, больше крови… Черепа для трона черепов! В каком-то смысле я стал понимать Кровавый Клинок, который сосал кровь как не в себя. Кровь — иная часть мощи, безграничная сила, пока у тебя есть её источник. И последствий для организма меньше, чем от моих экспериментов. Проблема только в том, что это помутнение рассудка не разделяло друзей и врагов: все становились лакомыми кусочками на блюде, которые ты хочешь сожрать. Хотя, та же Анора или чета Хоу таких эмоций не вызывали. Кажется, презрение воспринималось моей жаждой крови как… Затхлость? Тухлость? Не могу сказать, но ни Анору, ни Хоу я выпить не хотел. Одна только мысль об этом вызывала судороги. Но с этим состоянием определённо надо что-то делать.

Я снова стал рассматривать свою чёрную культяпку. Ну, теперь уже не совсем чёрную — многие чешуйки на внутренней стороне предплечья приобрели уже не чёрный, а красный оттенок. Вот если её снова оторвать — я перестану крови хотеть? В ней определённо заключена как минимум часть моей проблемы. Тем более, что после сегодняшнего дня чернота забралась ещё дальше, начиная покрывать уже ключицы. Моё тёмное отражение намекало на то, что это не вполне я и не вполне моё желание, но я так и не смог обнаружить в себе чужой воли. Нет никаких тонких воздействий, нет каких-то приказов, есть только рука… И меч. Чуждые и мне и миру. Хотя, одно предположение у меня всё же было, но что мне делать, если оно верное — я пока понятия не имел.

Отложив в сторону мысли, я сосредоточился на иных вещах. Достав колечко, которое я таскал с собой, я снова уселся в позу лотоса и начал медитировать. В принципе, не то чтобы обязательное действие, но лёжа на спине, я просто навернусь с балки, что отвлечёт меня от созидательных мыслей. А сидя, я могу спиной опираться на другую балку, так что и упасть станет проблематичнее. В прошлый раз я не понимал, как я создал статуэтку призрачной собаки страшной, которая должна была защищать Элиссу. Позже эта собака страшная была разбита и нашла себе новое вместилище, которое большую часть времени филонило и не исполняло своих прямых обязанностей. Нынче же Кролик всё время валялся в комнате Элиссы, прячась от Сэндала —