Американский вояж - Алекс Русских

У меня видно, после происшествия с бичами, пошла полоса невезения. В общем, общими усилиями начали ставить палатку, тут внезапно порыв ветра дунул, а мы как раз вторую половину палатки закрепить не успели. Я ору:

— Держи ее, иначе ветром унесет!

Как же, держи. Все вдруг взяли и отпустили. Я, как самый ответственный, наоборот, как клещ вцепился в брезент. В общем, вдруг чувствую: лечу это я, лечу. Палатка как парус раздулась и тот край, который я держал, взлетел вверх.

Посмотрел я вниз, до земли метра три, а спрыгивать страшно — сплошные булыжники внизу, ноги переломаю или как минимум вывихну запросто. Остальные студенты внизу на меня таращатся круглыми, как у филинов глазами. И тишина.

Нет, обзор, конечно, у меня хороший, сверху видно все, но я с тоской понимаю, что пальцы у меня с брезента начинают сползать, медленно и неотвратимо. Я уже к неизбежному окончанию летней практики приготовился. В больничке геологией заниматься можно исключительно теоретически.

Тут еще кто-то посреди тишины выдал:

— Парит.

И ведь нашлась какая-то падла, продолжившая фразу:

— Наш орел! [3]

Кадр из мультфильма «А вдруг получится!» с полетом орла

Тут народ от хохота и полег, а чего бы им не веселится, сейчас этот мультик любой видел, постоянно его по телевидению крутят. К моему счастью, ветер стих, и я плавно спланировал на землю. Я постоял, вновь вернувшись на поверхность родной планеты, потом с чувством сказал парням:

— Злые вы.

И пошел девчатам помогать кухню обустраивать. В общем, до окончания практики получил я гордое прозвище «Наш орел».

Зато из ружья я пострелять по банкам никому не дал. Ишь, чего удумали. Это оружие, а не аттракцион. Парни весь вечер нудили, но я поступил уклончиво — послал их на известную перуанскую гору. Сказал, что пусть регистрируют для себя оружие и потом хоть все жестянки перестреляют.

Кухню я наладил, девушки поставили кашу варить а я свой фирменный чай приготовил, когда вода в ведре закипела. По-монгольски получилось — с чая ужинать начали. Только монголы туда жир, соль добавляют, так что получается что-то вроде супа. Ну, а я свою таежную смесь использовал и сахар с конфетами.

В целом выезд, на мой взгляд, получился удачный. Группа как-то притерлась друг к другу, отношения стали более дружественными, тайга, это не город, тут волей неволей приходится взаимодействовать.

На первых точках мы в основном определением горных пород занимались, изучали геологическое и геоморфологическое строение участка, рельефообразование, плюс отрабатывали ведение полевых дневников, картографирование.

А вот в последнем лагере началась практическая работа по оконтуриванию золотой россыпи. Я так понимаю, нас натаскивали на уже известном месторождении, только небольшом, неудобном для промышленного освоения. Пришлось бить шурфы, заодно промывать полученные пробы. Никакой современной техники — самые обычные лотки, такими, небось, еще в древнем Египте баловались, разве что форма, может быть, была чуть иной.

Работа, кстати, весьма непростая. На шурфах лопатой приходится работать часами, а то и лом с кайлом в руки брать. Стенки ям в некоторых случаях приходится укреплять бревнами, чтобы не осыпались. Я рад был, что перчатки взял, иначе на руках мозоли набил.

Промывать пробы тоже пришлось учиться. Орудовать лотком оказалось не просто, навык нужен. Еще и в холодной воде постоянно, что тоже нелегко. А теплой на Севере нет. Тут, кстати, двое из нашей группы учудили, оба двое, братцы-акробатцы, оба из ларца, одинаковых с лица, Мыкола и Николай. Парни особо не выделялись, твердые «удовлетвористы», потому как в основном отвечали на «уд», ну, где-то пополам с «хор».

Заметил в конце второй недели, что они буквально спят на работах. Копаем шурф, так они еле лопатой шевелят. Вечером я как раз дежурным был, увидел, как они часа в четыре ночи поднялись. Ну, дело такое, мало ли кому нужно на свежий воздух пройтись. Дежурный на такие вещи особо внимания не обращает, он не охраной занимается, а поддержанием тепла. Подбросил пару полешек в печку и подремывай, главное, время от времени просыпаться, чтобы огонь полностью не прогорел.

Вот я проснулся, подкинул дровишек, дай, думаю, гляну, где согруппники. А нет их. Это же как, думаю, приспичило беднягам, что аж никак не разродятся. Начал приглядываться, а они каждое утро так ускользают, зевают во всю ширь, но упорные, по полночи не досыпают, но куда-то уходят.

На третий день разобрало меня любопытство. Специально пару стаканов воды на ночь выпил, потом уже за полночь вскочил от настоятельной потребности прогуляться, причем максимально срочно. Глянул — нет приятелей на их подстилках.

Вышел наружу, облегчился, сморю — а вон два приятеля, намылились куда-то, спины вдалеке виднеются. На севере ночи светлые, так что я за ними отправился. Прошли с километр, парни в ручье, что за сопкой протекает, что-то делают. Подошел поближе — а они натурально золотишко пытаются мыть лотком. Оно бы все хорошо, только дело-то уголовное, за такие штучки легко присесть на солидный срок. Оно ведь любое добытое золото по акту принимается, пробы опечатывают, потом сдают под отчет. Додуматься заниматься нелегальной золотодобычей в коллективе — это шибко одаренным нужно быть, обязательно ведь кто-нибудь, да спалит. Я же спалил. Похоже, ребятам золотая лихорадка в голову ударила. Бывает, что и говорить, надо срочно лечить.

— Парни, а че это вы тут делаете?

Братцы-акробаты аж замерли от неожиданности.

— Да, мы, да, тут…

Зря они линию поведения заранее не продумали, теперь что сказать не знают. Николай таки решился.

— Слышь, Саш, ты того, ручей золотоносный, прямо по всем дну рясно так рыжевья. Тут реально разжиться можно.

— И давно моете?

— Да три дня уже, — отвечает с бегающими глазками.

— И как хоть выход? — продолжаю интересоваться.

— Кисет полный набили, грамм двести будет. У меня в городе техник зубной есть знакомый, он возьмет за хорошую цену, — у парнишки аж глаза разгорелись, — Смотри — это на двоих. Присоединяйся, мы за пару дней еще столько же набьем, что еще намоем, делим все поровну на троих, по честному.

— А Козлевичу? [4] — не выдержал я, чтобы не пошутить.

— Какому Козлевичу? — не понял парень.

* * *

[1] речь о героях мультфильма «Следствие ведут Колобки», снятого режиссерами Александром Татарским и Игорем Ковалевым в 1986