Американский вояж - Алекс Русских

[2] описание царевны Лебеди из «Сказки о царе Салтане» Александра Сергеевича Пушкина

[3] сцена из 6-й серии «А вдруг получится!» мультсериала «38 попугаев», снятой в 1978 году на студии «Союзмультфильм» режиссером Иваном Уфимцевым

[4] '- Нам с вами по четыре тысячи, — сказал он Бендеру, — а Балаганову две. Он и на две не наработал.

— А Козлевичу? — спросил Балаганов, в гневе закрывая глаза.

— За что же Козлевичу? — завизжал Паниковский, — Это грабеж! Кто такой Козлевич, чтобы с ним делиться? Я не знаю никакого Козлевича'.

Сцена раздела 10 тысяч рублей между Балагоновым и Паниковским из книги И. Ильфа и Е. Петрова «Золотой теленок»

Глава 10

Новые поездки, новые неожиданности

Николай из кармана кожаный кисет достал, завязку распустил. А там действительно желтеньким почти доверху. Общий объем так с мой кулак. Усердно ребятки поработали, ничего не скажешь. Солнца нет, но небо светлое, все видно. Я рядом с ручьем прошелся — действительно дно прямо усеяно блестками. Красиво так. Одна беда — парни двоечники записные, зря им оценку до «уд» преподаватели натягивали.

— Да вы, парни, прямо ударники социалистического труда, — говорю, — Вам орден Сутулого первой степени пора вручить с закруткой на спине. Это же надо — по две смены в день отпахивать, одну днем, а вторую ночью. Одного не пойму, зачем вам слюда понадобилась?

— Как слюда? — акробаты в один голос вопрос задали.

— А вот так, слюда, хорошо еще, что вы не пирит нашли, а то бы вообще комедия получилась.

— Блин, то-то я смотрю, странно как-то, лоток качаешь-качаешь, а золото не отделяется, легкое слишком. Ах, ты ж, гад, золото, золото, заработаем! Трепло, — это Мыкола орет.

Я посмеялся, да досыпать пошел. Уже проваливаясь в объятия Морфея, услышал, как в палатку ввалились два сердито бурчащих тела, бухнувшихся на лежанки.

Им бы, дуракам, промолчать про этот случай, нет же, сами растрепались, решили услышать экспертное мнение, золото все-таки они намыли или слюду. Так мало того, что посмешищем стали, еще и преподаватели их, что называется, на заметку взяли, потому как нельзя им самостоятельную разведку доверять, задницей думают, раз решили нелегально золотишком побарыжить.

Вернулись мы в город 12-го июля, передохнули субботу и воскресенье, отмылись, отъелись и до четверга еще камеральными работами занимались — описывали привезенные образцы, составляли отчеты. Над ними еще нужно будет самим потрудиться, в пятницу сдаем и уходим на каникулы. У нас они небольшие, не то, что у школьников. Считай, только август и полторы недели июля свободные, но и это хорошо. Эх, я бы на юг съездил, в Крым, например. Хотя можно и поближе — во Владивосток, в Японском море покупаться.

Кстати, хорошо, что я детскую присыпку взял, крем с помадой и меновазин. Я эти средства почти полностью на девчонок извел, но и парням кое-кому потребовалось. Вроде и небольшие переходы, но с непривычки кто ногу натрет, кто мышцу потянет. В общем, пригодилось.

* * *

Если я планировал отдохнуть, съездить на охоту и рыбалку, побывать у Алисы в пионерлагере, а потом заняться новой книгой, то редактор газеты думал совсем по-другому. Нет, к Алисе я смотался на выходных, даже пообещал отрихтовать морду одному ухарю, подбивавшему там к ней клинья. Он, что, думал, раз жених по делам мотается, так уже можно меня со счетов сбросить? Ха!

Мне агентура из Алисиных подружек мигом доложила про одного из вожатых-практикантов, не дающего прохода Селезневой. Пришлось вечером отлавливать паразита, пообещав оставить его без яиц, которыми, похоже, он только и может думать. Ничего, внял вроде. Если что, девки быстро сообщат, они в секрете удержать ничего не могут, распирает их от этого, жить не дает.

Приехал из пионерлагеря, а меня письмо из Москвы на вахте дожидается. Распаковал конверт, там сюрприз — это послание от Майкла из Америки. Полагаю, специально просил кого-то из знакомых, кто в Союз летит, бросить письмо в почтовый ящик в советском конверте.

В послании Майкл с радостью сообщал, что доехал отлично, а тот самый рассказ, что я читал, очень понравился его отцу. Но это мало, эти несколько глав были опубликованы, как отдельный рассказ в журнале «The Magazine of Fantasy Science Fiction», причем читателями он был встречен весьма тепло. Тон основного количества писем, приходящих в редакцию журнала, — даешь продолжение!

В общем, сейчас папа Майкла рвет и мечет, желая вот прямо сейчас заполучить роман, потому как у него уже есть предварительное согласие нью-йоркского издательства Tor Books на публикацию. Обещают предварительный тираж сразу в 5 тысяч экземпляров. Если книги нормально разойдутся, то сразу же последуют допечатки.

Порадовал меня Майкл, ой, порадовал, пусть эзоповым языком, но дал понять, что моя литературная эскапада в США получилась вполне удачной. Но теперь нужно крепко думать, как поскорее переправить рукопись в Америку. Если дело пойдет, то можно будет замахнуться и на Гарри, понимаете ли, нашего Поттера [1]. Ограблю Роулинг, сопру идею. «Да, я готов на подлости» [2].

На радостях решил забежать в газету, у меня как раз статья есть об отдыхе пионеров в Магаданской области. Я ж не зря в лагере побывал. Статью взяли, а меня запрягли, причем в буквальном смысле, как савраску в телегу. Редактор посетовал, что половина сотрудников в отпуске, работать некому, а мне, мол, все равно делать нечего. Мои робкие протесты, что у меня, как раз занятий целый воз и маленькая тележка разбились о его носорожью шкуру циничного и прожженного газетчика.

— Ну, чего тебе? Нужно слетать на Чукотку, потом в Якутию в командировку. Ты молодой, тебе же такие поездки в радость должны быть. Опять же — двойной профит, опять для «Вокруг Света» статью напишешь. А, Саша, выручай? — редактор проникновенно посмотрел на меня.

Судя по жалостливым глазам, напрямую заимствованным из кота в мультике «Шрек», сильно мужика припекло отсутствие кадров. Хотел, раз уж такой случай представился, малость поторговаться. Ну, там, чтоб плюшки выделили, как-то: 20 баранов, холодильник Розенлев, финский, хороший, почетную грамоту и бесплатную путевку в Сибирь [3], но увидел, что догадливый редактор мне кулак показывает. В общем, передумал я его шантажировать, но если что, мы оба помним, что он мне обязан. Все-таки у меня сейчас каникулы, а я внештатник и мотаться в командировки не обязан.

— Ну,