Секрет княжны Романовской - Глория Эймс

Напряженно сведя брови, Николай посмотрел в сторону гостевого корпуса. Затем потер лоб и задумчиво проговорил:

— Одно дело — найти двойника тетушки Виринеи и заменить сердце. Это, конечно, в высшей степени аморально, но больших последствий для истории мира иметь не будет. Другое дело — найти похожий дворцовый заговор и на основании тех событий решать наши задачи… А что говорит сам господин Шу?

— Он считает, что я лезу не в свое дело, — честно призналась я. — И вообще… что княжне не пристало так себя вести.

— Человек старой закалки, — в голосе Николая прозвучали снисходительные нотки. — Вроде бы в науках разбирается, а кругозор узок. Вы вольны вести так, как сочтете нужным. И поверьте, после свадьбы мое мнение не переменится. Ум столь же важен для женщины, сколь красота…

И жених поднес к губам мою руку, глядя на меня с искренним пониманием и уважением. А в сердце защемило от тоски.

Почему только он так понимает мою суть? И почему этот гордый генерал, однажды вбивший себе в голову, что нам не быть вместе, теперь упрямо сторонится меня?

— А вот и отец, — Николай прервал мои размышления. — Идем же!

Мы быстро направились по аллее следом за мелькнувшим среди дубов Ольденбургским-старшим.

— Максимилиан уже в зале, — сообщил тот через плечо, когда мы его догнали. — Шурочка, лучше бы вам вернуться во дворец. Николя, тебе следует тоже быть наготове.

— Я готов ко всему. Но ты должен сперва выслушать меня, — настойчиво ответил тот.

Поняв по голосу, что сын обеспокоен чем-то действительно важным, герцог остановился, вопросительно глядя на нас.

— У Эжени проснулась магия, — сказал Николай.

Медленно, но неотвратимо на лицо Ольденбургского легла тень.

— Только у нее? — спросил он, скользнув взглядом по моим рукам, словно пытался обнаружить какие-то коренные изменения.

— Пока да, — кинул Николай. — Но очень похоже, что это лишь вопрос времени.

— Тогда всех княжон следует отвести во дворец и усилить охрану, — с искренней тревогой сказал ему отец. — Максимилиану я сообщу сам. И еще… — он огляделся по сторонам. — Пожалуй, всем вам нужно быть как можно ближе к государю, когда закончится совет.

— Но совет опасен для государя! — не выдержала я. — Генерал Пестель может оказаться одним из главных заговорщиков!

Ольденбургский резко посмотрел на меня:

— Откуда такие подозрения?

— Долго объяснять, — пришел мне на помощь Николай. — Я лишь прошу отнестись к словам Александры со всей серьезностью.

— Хорошо. Я прикажу охране усилить магический контур в этой части зала, — кивнул герцог.

В этот миг, взглянув в сторону гостевого корпуса, я увидела секретаря Пестеля, который прохаживался вдоль цветочного бордюра, являя всем видом превосходство над прочими слугами и помощниками. Что-то неуловимо нагловатое было в его походке и манере оглядывать всех вокруг.

«А вдруг у него есть основания так себя вести? — задумалась я. — Возможно, он знает, что скоро власть должна перейти к каком-нибудь «союзу», а потому считает себя тут важным лицом?»

Но присматриваться к высокомерному секретарю было некогда, поскольку Николай уже почти что тащил меня во дворец.

— Придется все-таки выполнить приказ и скрыться в покоях, — по пути увещевал он меня. — Пока я буду на совете, вам может грозить опасность. Но есть и хорошая новость — вас будут охранять лучшие маги!

— Для меня вы — лучший маг, — уверенно возразила я, упираясь каблуками в ступени террасы. — И безопаснее всего мне будет рядом с вами.

— Надеюсь, он все-таки тоже сойдет, — Николай взглядом указал за мое плечо и быстро зашагал прочь.

А я повернулась, уже понимая, о ком шла речь…

Глава 48. Предсказание

Генерал Штерн стоял в напряженной позе, словно готовился применить магию прямо здесь и сейчас, не хватало только весомого повода. Возможно, так и было.

— Меня вновь препоручили вашим заботам, — криво улыбнулась я.

— Что ж, значит, так нужно, — ответил он сдержанно. — Прошу пройти вместе со мной. Государь скоро будет держать речь, я буду его сопровождать. Вы, разумеется, останетесь во дворце. А сейчас ваш отец хочет видеть вас.

— Как скажете, — покорно согласилась я.

Не хватало еще новых препирательств! Пережить бы сегодняшнюю суету и беготню, а завтра мы с Аскольдом наконец-то провернем новый эксперимент, я уже мысленно даже этапы расписала.

Мы прошли в самые отдаленные покои, где государь и папенька что-то взволнованно обсуждали.

— Шурочка, наконец-то! — Лейхтенбергский, оттолкнув низенький столик, бросился ко мне, обнял. — Как ты себя чувствуешь?

В его голосе была не только отеческая забота, но и потаенный страх.

— Магии не заметила, — ответила я, понимая, что он хочет знать в первую очередь.

Папенька выдохнул, но государь тотчас заставил его нахмуриться одной-единственной фразой:

— Ты ведь знаешь, это всего лишь вопрос времени.

«Где-то я это уже слышала, — подумала я. — Хоть кто-нибудь объяснить, что в этом такого?!»

— Позвольте узнать, что же опасного в магии княжон? — задал вопрос Штерн.

«Красавчик ты мой, ну хоть ты спросил», — мысленно поблагодарила я его с глубочайшим чувством признательности. Почему-то мысленно я обращалась к генералу исключительно на «ты», хотя внешне мы продолжали держать немалую дистанцию.

— Дело в том, что магия у женщин в роду Лейхтенбергских пробуждается только в определенных обстоятельствах, — пояснил папенька. — Если всему клану грозит опасность — самые младшие овладевают стихийной магией, причем могут действовать чрезвычайно разрушительно.

— Возможно, я уже не в том возрасте, — я подняла бровь, вспомнив, сколько лет мне на самом деле.

Но герцог покачал головой:

— Не имеет значения. Ты и твои сестры — самые младшие. Значит, вас это может ждать в ближайшее время. Я велел Эжени запереться в комнате. Надеюсь, ей хватит рассудительности ничего не разрушить.

— Она слишком непоседлива, — грустно улыбнулась я.

— Это меня и беспокоит, — вздохнул герцог. — Маша сидит с Виринеей, та опять переживает за всех и вся. И Маша уверяет, что уж у нее-то точно никакой магии нет… Пока нет, — задумчиво повторил он, а затем сжал мои ладони в своих. — Шурочка, умоляю, ты ведь достаточно умна, чтобы понимать: мы не сможем противостоять всем кланам сразу, если они ополчатся на нас. Ваша магия слишком ценна, любой клан хочет владеть такой силой! Если что-то почувствуешь — обязательно скажи мне!

— Да, разумеется, — растерянно пообещала я, а затем вспомнила о списке, который оставил Аскольд. Я ведь так и носила его в кармане юбки! Вытащила, развернула и передала герцогу: — Не знаю, ко времени ли я со своими просьбами, но Аскольд Иваныч…

— Да, да, конечно, я все закажу в Петербурге, — небрежно пробежав взглядом список,