Отставной экзорцист 2 - Михаил Злобин

строжайший порядок. Каждый уголок вымыт, на полочках ни пылинки, вся мелочёвка и безделушки разложены по корзинкам и коробочкам, кровать заправлена так старательно, что только лебедей из полотенец не хватает.

Стало даже немного стыдно за то, что запёрся в эту обитель педантичной чистоты в уличной обуви.

Не успели мы с Ольгой обмолвится и словом, как в дверь громко затарабанили. Я уж собирался выйти, чтобы разогнать всех этих заморышей, но Малыш остановила меня:

— Не надо, пожалуйста. Они сейчас пошумят и дальше пить пойдут.

И действительно, алкашам надоело ломиться уже через пару минут. А вскоре на кухне снова заревела музыка.

— И как ты только это всё терпишь, — покачал я головой.

— Ну у нас же не всегда так, — легкомысленно развела руками коллега. — Васю и не слышно вовсе, когда он не пьёт и друзей не водит.

— Теперь понятно, почему его жена выставила. Если он и там устраивал такие же загулы…

— Давай не будем об этом, — помрачнела Малыш.

— Как скажешь. Ты девочка уже взрослая, сама решишь, как тебе жить нравится, — свернул я обсуждение этой темы. — Лучше поговорим о нашем пациенте…

Я коротко обрисовал ситуацию и объяснил, что Ольге желательно съездить вместе со мной по месту жительства того хмыря, который зажимал её в переулке. Но ежели девушка откажется, то не беда. Мы с братом Яши и сами навестим его.

Однако Малыш ухватилась обеими руками за перспективу покинуть провонявшую перегаром и куревом квартирку. Коллега предложила мне посидеть, пока она собирается. В какой-то момент, видимо, забывшись, что кухня оккупирована четырьмя пьяными рылами, Ольга заикнулась о чае. Но потом сразу же осеклась. Поэтому я, дабы не ставить хозяйку в неудобное положение, вежливо отказался от предложения.

Долго ждать не пришлось, и уже через каких-то десять минут малыш шелестела своим объёмным пуховиком, который хранила прям у себя в комнате. В принципе, я её понимал. Когда по квартире такие гоблины разгуливают, то я и сапоги бы припрятал понадёжней. Мало ли, что им по синей дыне в башку стукнет.

— Э, фьюу, стоять! — пьяно прокричал нам один из гостей братца, когда мы с Ольгой прошли мимо кухни.

Однако мы оба предпочли сделать вид, что не расслышали его из-за орущей музыки. Вот только игнорирование с нашей стороны ещё больше разозлило алкаша. Он, опрокинув несколько бутылок, выскочил из-за стола и направился к нам, сверля меня мутным, но вместе с тем преисполненным жажды приключений взглядом.

Завидев его приближение, моя спутница забеспокоилась. Не успев натянуть ботинки, она уже готова была выскочить в подъезд босиком. Но я её удержал и настоял на том, чтоб она не порола горячку, а спокойно обувалась.

— Ты чё ещё за петух? Дважды мимо прошёл, а поздороваться западло было, сука⁈ — предъявило мне тощее тело, разукрашенное кривыми татуировками.

Господи, сколько же он выпил, что в нём столько смелости накопилось?

— Иди дальше бухать, — коротко бросил я, не горя желанием конфликтовать со всяким пьяным сбродом.

— Боря, да ну хорош! Ну не начинай! Нормально же сидим! — крикнул кто-то из приятелей алкаша.

Музыка стала тише.

— А я чё, молчать должен, когда эти… всякие… всякое говно тут шарахается! — кое-как выродил из себя татуированный, плохо справляясь с заплетающимся языком. — Чё ты пыришься на меня, слышь⁈

Последнее — это уже мне. Ну и кадр, конечно…

— Ты здесь даже не живёшь, так что сдристни на хер, пока цел, — поморщился я, смерив недоноска презрительным взглядом.

Ну вот куда этот кретин пьяный лезет? Он разве не видит, что я его соплёй перешибить могу?

— Чё-о-о⁈ Куда ты меня послал, чмо?!! — натурально заревел Васькин приятель. — Да ты знаешь, чё на зоне делают за такой базар, петушара⁈

Он протянул ко мне свои тощие синюшные грабли, но я не собирался покорно стоять и ждать, пока перепивший урод накуражится. Будучи старшим ликвидатором Комитета, я с такими персонажами вообще не разговаривал. Молча давал в морду и сплавлял в вытрезвитель под трепетную опеку «серых».

Вот и сейчас старые рефлексы возобладали надо мной. Я оказался в полушаге от алкаша раньше, чем осознал, что делаю. Мой лоб опустился колдырю точно на переносицу. Хрустнуло смачно. Удар, нанесённый сверху вниз, вышел добротным.

Дебошир даже не вскрикнул, а просто ничком свалился на пол. Целых пять секунд потребовалось его проспиртованному мозгу, чтобы осмыслить произошедшее. Он схватился за разбитый нос, из которого хлестала кровь и пьяно завыл:

— Ы-э-э, гни-и-ида-а! Я тебя урою-у-у! А-а-ай, мля…

Друзья скандалиста ошарашено взирали на корчащегося на полу Борю. Двое его приятелей вроде даже задницы начали отрывать от стульев, но, наткнувшись на мой предостерегающий взгляд, передумали вставать.

В моём личном антирейтинге запойные бухари занимали почётное третье место. Сразу после демонов и назойливых пенсионерок. И пускай колдыри проблем могли создать гораздо больше, чем старушки, их хотя бы легко было угомонить парой увесистых тумаков. Алкашей, конечно же, не бабок…

— Ещё у кого-нибудь есть вопросы? — сурово посмотрел я на остальных участников застолья.

Мне никто не ответил. Все собутыльники, включая брата Ольги, трусливо опустили лица.

Ну вот и славно. Теперь можем спокойно выдвигаться.

Глава 14

Моя небольшая потасовка с оборзевшим алкашом выбила почву из-под ног Ольги. Хотя какая это потасовка? Так, всего лишь крохотный воспитательный эпизод. Но коллегу испугал даже он. Поэтому к моменту подачи такси девушка не произнесла ни слова. И только в салоне, когда мы проехали едва ли не половину пути до места назначения, она постепенно начала приходить в себя.

Вскоре я заметил, как Малыш стала ёрзать на пассажирском кресле, поглядывая то на меня, то на водителя. Вот теперь её уже распирало от желания мне что-то высказать. Останавливало только общество таксиста.

И я вовсе не удивился, что Ольга преградила мне дорогу, когда мы выгрузились из автомобиля:

— Пётр, ты не хочешь со мной поговорить?

— О чём? — хмуро буркнул я.

Вот ещё девичьих драм мне в жизни не хватало…

— Почему ты обманул меня? Тем более по такому поводу.

— Я не врал.

— Петь, Евгений Палыч мне всё рассказал. Ты никогда не был женат, — обиженно поджала губы собеседница.

Я посмотрел Ольге прямо в глаза. Её щеки покрылись алыми пятнами, невзирая на то, что в здешней части города холодный январский