Головы гидры - Тимофей Афаэль

Нашу небольшую эскадру Боэлья увёл от острова ещё до рассвета. Решение далось нелегко, но другого выхода не было. В открытом море сражение с Алексом стало бы самоубийством. У него вдвое больше кораблей. В открытом бою он просто задавит наших числом. Мы не можем рисковать флотом в бесполезной схватке. Лучше сохранить его для будущих манёвров.

Они приплыли на второй день утром. Рассветного солнца не было видно из-за кустистых облаков. Порывы ветра пригнали легкую непогоду. Из рассветного тумана выплывали корабли. Я насчитал около двадцати темных силуэтов. Это была грозная сила, идущая с явным намерением покончить с нами раз и навсегда. Я стоял на стене форта, вглядываясь в приближающиеся суда, и чувствовал, как напряжение сжимает грудь. Темное небо нависало над головой, еще больше усиливая ощущение угрозы.

Я фыркнул и расхохотался. Мы сделали всё возможное и даже больше. Форт укрепили, джунгли превратили в ловушку, вход в гавань перекрыли. Теперь оставалось только использовать все это и не пустить врага на Саргосу!

— Этот Алекс думает, что сломит нас одним ударом! — крикнул я, недоумевающим бойцам, готовящимся к бою. — Вот только он ещё не знает, с кем связался! Мы потопим его корабли, а его самого повесим на рее, в назидание другим! Тем, кто решит, что можно нам угрожать! Готовьте маскировку! Сейчас начнется веселье!

Мы затаились в замаскированном форте, притаившись за грубыми каменными стенами, поросшими мхом и скрытыми густыми ветвями кустарника. Сердце колотилось в груди, отдаваясь гулким эхом в ушах, пока я вглядывался в серую пелену горизонта. Погода стояла пасмурная, небо затянули тяжелые свинцовые тучи, а море под ними кипело от сильной ряби. Волны бились друг о друга, поднимая белые гребни пены, и ветер с воем проносился над водой, бросая в лицо соленые брызги. Видимость была скверной — силуэты вражеских кораблей то появлялись, то растворялись в дымке, словно призраки, и эта неопределенность только усиливала напряжение.

Вражеская эскадра, темнеющая на фоне серого моря, двигалась уверенно, слишком уверенно для тех, кто вторгался на нашу землю. Похоже, они с ходу решили высадить десант и захватить остров одним стремительным ударом. Либо они не знали, что мы подготовились, либо не придавали этому значения, рассчитывая на превосходство в силе, и очень зря. Часть кораблей осталась на рейде, покачиваясь на волнах, а другая, с переполненными палубами солдатами в доспехах, двинулась прямиком в гавань. Они торопились проскочить излучину с возможной засадой. Хоти пройти ее на полном ходу, и эта торопливость стала их ошибкой.

Первый корабль, возглавлявший отряд, шел впереди, его нос гордо рассекал волны.

— Совсем они охренели уже, — возмутился кто-то из бойцов. — Идут без лоцмана!

— С лоцманом надо скорость снизить до минимума, а они проскочить решили. наверное, кто-то из них здесь раньше бывал, — предположил командир гарнизона. — Сейчас начнется…

Идущий первым корабль со всего маха наскочил на затопленный остов корабля. Судно налетело на преграду с такой силой, что его корпус затрещал, оснастка с мачтами вздрогнули. Матросы и солдаты попадали на палубу. Корабль замер посреди узкого канала, застряв намертво, и проход оказался заблокированным. На палубе началась суматоха. Моряки кричали, пытаясь оценить ущерб, но было поздно.

— Ого-онь! — я навел баллисту, прицелился, чувствуя, как напрягаются мышцы, и с силой дернул спусковой механизм. Огромная горящая стрела сорвалась с тетивы, оставляя за собой дымный след, и с грохотом вонзилась в борт застрявшего корабля. Дерево затрещало, пламя лизнуло обшивку, и едкий запах горящей смолы наполнил воздух. Напарники подхватили атаку: справа и слева загудели другие баллисты, выпуская болты один за другим. Каждый выстрел находил цель — стрелы пробивали борта, застревали в палубе, и вскоре корабль медленно начал заниматься пламенем. Моряки противника отважно боролись с пламенем.

— Не давайте им опомниться! Бейте по другим кораблям! — рявкнул я, хватаясь за рычаги, чтобы натянуть тетиву для следующего выстрела. Пот стекал по виску, мешая смотреть, но я стиснул зубы и сосредоточился. Второй корабль, видя участь первого, начал отчаянно маневрировать, его капитан выкрикивал приказы, пытаясь вывести судно из-под обстрела.

— Переключаемся! — крикнул я, поворачивая баллисту в сторону второго корабля и снова прицелился. — Давай, давай, — шептал я сам себе, чувствуя, как время замедляется. Попасть в движущийся корабль не так-то просто! Выстрел! Стрела пронеслась над водой и попала прямо в носовую часть корабля, пробив борт.

Я бросился перезаряжать, но тут в бой вступил Сардас. Маг стоял на стене форта, его силуэт выделялся на фоне мрачного неба. Он вытянул руки вперед, и между его ладонями вспыхнул огненный свет. Его товарищи поддерживали его, направляя на мага свою энергию. Секунда напряженной тишины и из его рук вырвался пылающий шар, устремившийся к застрявшему кораблю. Удар был сокрушительным. С громким хлопком шар врезался в борт, и огонь охватил судно целиком. Деревянные переборки затрещали, палуба начала рушиться, а моряки с криками бросались за борт, исчезая в бурлящих волнах. Корабль был уничтожен

— Сардас, второй! — крикнул я, но маг покачал головой, тяжело опираясь на посох. Его лицо побледнело, дыхание было прерывистым.

— Это стоило слишком многого, — прохрипел он. — Дистанция почти предельная. Если бы он двигался, мы бы не попали.

Я стиснул кулаки, жалея, что застрял всего один корабль. Но бой еще не закончился. Второй корабль, потеряв своего лидера, попытался развернуться и уйти из гавани.

— Огонь по второму! — скомандовал я, и баллисты загудели снова. Болты роем полетели во второй корабль. некоторый пролетали мимо, падая в воду большими всплесками. Другие пробивали корпус. Один влетел так удачно, что из трюма тут же повалил черный дым.

— Нужно добивать! Я прицелился еще раз, натягивая тетиву до предела. Выстрел! На этот раз горящий болт сшиб бочки с маслом для баллист. Пламя побежало по палубе, и команда, осознав, что спасения нет, бросилась к шлюпкам.

— Не дайте им высадиться! — крикнул я, переключая огонь на шлюпки. Море было неспокойным, мелкая рябь болтала маленькие лодки из стороны в сторону, как ореховые скорлупки. Мы стреляли без остановки: болты падали в воду, некоторые разбивали шлюпки, отправляя людей в пучину.

Бой был напряженным, каждый выстрел требовал предельной концентрации. Ветер усиливался, тучи сгущались. Кажется, что сама природа сражается на нашей стороне. Оставшиеся корабли эскадры, видя, как два судна превратились в дымящиеся обломки, начали отходить, чтобы не попасть под огонь с форта.

— Продолжайте огонь!