Гимн шута 20 - Антон Сергеевич Федотов

Однако тут же принялся готовить заказанный напиток. Вернее, попытался. Однако один взгляд на «Ни-ко-ла-я» заставил его занервничать. И без того серое лицо «постоянника» стало еще более землистым. Буквально на глазах. Однако очередной стопарик мужчина поднес ко рту твердой рукой. Одним махом он заглотил «огненную воду», после чего естественным и привычным движением… достал пистолет и замер, направив вверх ствол и пугающе бездумный взгляд перед собой.

Бум!

* * *

Бум!

Холодный металл гулко ударил по барной стойке.

«Ни-ко-лай» с силой грохнул пистолетом по столешнице и тут же потянулся к графинчику, чтобы в очередной раз наполнить стопку.

— Пора? — спросил он, вновь подняв тару на уровень глаз.

— Куда-то торопишься? — спокойно поинтересовался совсем молодой человек, расстегивая зимнюю куртку, обнажая высокий ворот свитера.

Звук его голоса заставил бармена вздрогнуть и вновь вернуться к приготовлению чая.

— Туда, — все также неестественно ровно выдал «постоянник», сосредоточив все свое внимание на стопке.

Молодой парень пожал плечами и принялся стягивать куртку. В никакое «туда» он явно не спешил. Хоть и понимал, что именно мужчина имеет в виду.

— Ваш чай, — коротко оповестил второго гостя бармена, поставив перед странным посетителем чашку.

— Спасибо, — ответил тот и… потянулся за пистолетом.

Чужим.

— Неплохая машинка, — констатировал он, покрутив «дуру» перед глазами. — Отличный выбор.

В этот момент бармен успел пожалеть, что не воспользовался запасным выходом минутой ранее. Заведение можно открыть заново. А вот переродиться за последние две с половиной тысячи лет как-то никому не удавалось. Да и тот единственный случай многие под сомнение ставят.

Бум!

Пистолет лег на прежнее место. Уже куда мягче. Но все равно металл солидно стукнул по деревянной стойке.

— Убери, — посоветовал парень и взялся за чашку.

«Ни-ко-лай» бездумно поднял оружие, буднично вернув его куда-то под пиджак.

— М-м-м-м! — тем временем оценил гость. — Что это⁈

«Панк» не сразу понял, что именно имеет в виду парень. Но все же справился с «загадкой».

— Таежные травы и самостоятельно выращенная мята, — выдал он скрипучим голосом.

Горло словно спазм сковал. Слова проталкивались с заметным трудом.

— Вкусно! — решил молодой человек.

— Павел Анатольевич, — открыл рот мужчина. — Ты здесь зачем?

«Панк» порадовался возможности не отвечать. И вообще надеялся, что оба посетителя свалят отсюда как можно быстрее.

— Поговорить, — разбил в прах его мечты второй гость, с удовольствием делая еще один глоток молодой человек, и тут же добавил. — За жизнь.

— За мою? — уточнил «постоянник».

И отчего-то бармен был уверен, что вопрос ни черта нериторический.

— Ага, — просто кивнул молодой человек.

«Да свалите же вы отсюда!» — мысленно взмолился «панк».

Больше всего ему не хотелось становиться свидетелей таких разговоров.

— Слушаю, — столь спокойно констатировал «Ни-ко-лай», что стало абсолютно ясно: лично он в этом вопросе голоса не имеет.

— Считай, что ты принял госзаказ, — спокойно ответил парень, грея ладони о чашку.

На улице было не так чтобы холодно. Но ветер дул очень уж злой. И, судя по покрасневшим пальцам, молодой человек не слишком и играл.

— А заказчиком станешь ты? — уточнил Горевой.

— Ага.

Три буквы. Простой ответ. Но по весу они стали равны рухнувшей глыбе.

— Согласен, — пожал плечами «постоянник», вновь возвращая взгляд к стопке.

Парень кивнул с видом «ну еще бы нет!».

— Тебе уже хватит, Николай Андреевич.

Несколько секунд мужчина буровил тяжелым взглядом своего собеседника. Без злобы. Но едва сдерживая очевидно резкое замечание.

— Кстати, Тун Яо интересовалась твоей жизнью.

Взгляд выпивохи стал совсем уже тяжелым.

— Не держи в себе, — хмыкнул парень.

Горевой еще несколько секунд рассматривал стопку.

— Сегодня можно, — наконец решил он.

— Давай-давай, — подбодрил юноша.

«Постоянник» глубоко вздохнул и резко выдал.

— Гад же ты, Волконский!..

Без особой злости.

Да и клановец лишь чуть шире улыбнулся.

А вот бармен с трудом оперся на стойку со своей стороны. Вот теперь ему стало действительно страшно. ТАКИХ гостей ему точно не здесь не надо!

Клановец вздохнул. Тяжело. Его чашка опустела до обидного быстро. Ему очень хотелось заказать еще одну, но бармен так явно, что даже Павлу стало неудобно. Да и в глазах «панка» нечто вроде «Да свалите вы уже!» читалось столь явно…

— Как она? — впервые в голосе Горевого появились хоть какие-то чувства.

— Жива, — спокойно ответил Волконский. — На этом все.

ПОдумав секунду, клановец все-таки нашел компромисс:

— Сделаешь с собой такой же, уважаемый? — спросил он, указав на опустевшую чашку.

Видимо, бармен ОЧЕНЬ хотел от них избавиться. Во всяком случае, стаканчик появился перед клановцем в рекордные сроки.

Горевой же покинул бар несколькими секундами ранее и направился в квартиру… которая, как он надеялся, еще могла вновь стать домом.

Хотя и совершенно пока не представлял, как именно этого добиться.

* * *

Столица. То же время.

— Не обращай внимания.

Сергей за год службы уже привык, что матерые вояки относятся к таким, как он… с легким снисхождением.

Девушка рядом с ним поежилась. То ли от холодного ветра на плацу, то ли от взгляда прошедшего мимо с ящиком в руках спеца.

Она-то как раз привыкла, что на полигоне СИБ и приданные инструктора хоть и гоняют, но помнят о ее положении. Этим же головорезам было все равно. И воспринимали они ее как гражданского, волей случая оказавшегося в зоне боевых действий. Да еще и на ведущих ролях.

— Неприятно, — призналась Виктория.

Волконский пожал плечами. В «Северные волки» брали лучших из лучших. Как правило, ветеранов. Они и Павла-то воспринимали постольку-поскольку. А ведь Бойцов его с пятнадцати лет забрасывал в тренировочные лагеря отряда в рамках подготовки. Да и то пока не как равного, а как «сына полка». И это несмотря на участие в боевых операциях СИБ!

Сергей поднял взгляд на темное небо. До атаки коалиции Салтыков оставалось еще несколько часов. Все уже было трижды проверено и перепроверено.

— Тебе лучше поспать, — негромко сообщил он.

Вводные от Павла поступят ночью. Но брат был уверен, что раньше четырех часов утра ничего не произойдет. Хотя операторы наблюдения уже сообщили о стягивании враждебных сил в районы сосредоточения… именно там, где их обозначил глава Ветви.

«Волки», получив приказ, восприняли происходящее как должное.

— Тень,