Министр товарища Сталина. Генеральный – перевоплощение - Ал Коруд

менее через пять лет. Сталинское окружение тогда уже было готово, что 74-летний вождь народов скоро уйдет в мир иной. Последний год Сталина все время мучила ангина — и это на фоне постоянных гипертонических кризов и проблем с сердцем. Угасание Сталина было заметно и по резкому с начала 50-х снижению активности вождя, что нашло отражение в записях о посетителях кремлевского кабинета Сталина. Если в довоенном 1940 году Сталин принял в своем кабинете более 2 тысяч посетителей, то в 1950 — уже 700 человек. В 1952 году — около 600. Дважды в год Сталин брал большие перерывы на отдых — по два месяца.

С осени 1952 года он практически перестал покидать Ближнюю дачу в районе Кунцево, делая исключение лишь для небольшого круга верных соратников, которых он приглашал не для обсуждения каких-либо рабочих вопросов, но для развлечения или просмотра фильмов — как правило, американских.

28 февраля 1953 года.

В последний вечер до инсульта он пригласил на просмотр кино пятерых самых близких товарищей: Маленкова, Берию, Ворошилова, Булганина и Хрущева. Затем начался ужин — это тоже была традиция. Конечно, в последние годы никаких обильных возлияний не было. Сталин выпил только немного разбавленного водой вина. Ближе к 5 часам утра 1 марта гости стали расходиться. По свидетельству начальника охраны Сталина генерал-майора МГБ Николая Новика, в последний вечер вождь был бодр и находился в прекрасном расположении духа.

Сталин даже разрешил охранникам лечь спать, хотя ни разу за все годы он не интересовался, спят ли его охранники.

1 марта

Обычно Сталин просыпался около 11 часов утра, прислуга в это время обычно приносила ему чай. Специально для связи с обслуживающим персоналом в каждой комнате дачи были установлены телефонные аппараты, но в это утро все телефоны безмолвствовали. В 12 часов дня прислуга поинтересовалась у начальника охраны: что делать дальше? Последовал приказ: ждать. Дело в том, что Новик хорошо помнил историю с баней. Каждую неделю — обычно по вторникам — Сталин ходил в баню, оборудованную в соседнем домике. Парился около часа. Но в тот вечер Иосиф Виссарионович почему-то не спешил выходить из баньки. Через 15 минут сопровождающий офицер доложил о задержке дежурному, через 30 минут дежурный доложил начальнику охраны. Еще через пять минут Новик доложил о задержке Сталина самому министру госбезопасности Игнатьеву. Тут же по другому телефону Игнатьев позвонил Маленкову: что делать?

— Ну, подергайте дверь…

— Она закрыта изнутри на крючок!

— Ломайте! — после минутного раздумья распорядился Маленков.

Но едва Николай Новик вместе с дежурным офицером подошли к бане, как дверь распахнулась, на пороге появился заспанный Сталин.

Охранники моментально вытянулись в струнку: «Здравия желаю!» Но Иосиф Виссарионович лишь недовольно буркнул: мол, чего это вы здесь ошиваетесь⁈

Все хорошо помнили о судьбе прежнего начальника охраны Николая Власика, который за какую-то мелкую провинность был снят с должности и арестован. Никто из охраны не хотел осмеливаться и тревожить Хозяина без разрешения, рискуя за чрезмерную заботу оказаться в лагерях.

Около 18–19 часов в столовой, в той части здания, где спал Сталин, загорелся свет. Охрана и обслуга приготовилась получать распоряжения вождя. Однако шло время, а телефоны по-прежнему молчали.

Наконец, около 21 часа вечера привезли почту, охранник Лозгачев решил воспользоваться этим предлогом, чтобы войти в комнату Сталина и потревожить покой вождя. Он вошел в комнату и не сразу заметил лежащего на полу Сталина. Он лежал на правой руке, в мокрых брюках от пижамы. Рядом валялись его часы. На столе стояла бутылка минеральной воды. Вождь провел на полу по меньшей мере несколько часов и сильно замерз, его колотил озноб. По свидетельству Лозгачева, глаза Сталина были открыты, однако он не отвечал на вопросы, а только что-то мычал. Прибежавшая охрана перенесла Сталина в большой зал, его переодели, уложили на диван и укрыли одеялом. И началась агония последних жутких дней эпохи.

5 марта у Сталина диагностируется предагональное дыхание Чейна-Стокса. Вдруг появилась рвота кровью, давление упало. Все участники консилиума толпились вокруг больного и в соседней комнате в тревоге и догадках. В 20 часов вечера открывается экстренный пленум. В 20 часов 40 минут заседание было закрыто — поступили срочные известия с Ближней дачи.

Светлана Аллилуева вспоминала:

Агония была страшной. Лицо потемнело и изменилось, постепенно его черты становились неузнаваемыми, губы почернели. Последний час или два человек просто медленно задыхался. В какой-то момент он вдруг открыл глаза и обвел ими всех, кто стоял вокруг. Это был ужасный взгляд, то ли безумный, то ли гневный и полный ужаса перед смертью и перед незнакомыми лицами врачей, склонившихся над ним. Взгляд этот обошел всех в какую-то долю минуты. И тут, — это было непонятно и страшно — тут он поднял вдруг кверху левую руку, которая еще двигалась, и не то указал ею куда-то наверх, не то погрозил всем нам. Жест был непонятен, но угрожающ. Неизвестно, к кому и к чему он относился… В следующий момент душа, сделав последнее усилие, вырвалась из тела… Все стояли вокруг, окаменев, в молчании, несколько минут, — не знаю сколько, — кажется, что долго.

В 21 час 50 минут Сталин умер.

Первым вскочил Берия и с криком «Хрусталев, машину!» покинул дачу и умчался в Москву. Следом уехали остальные члены ближнего круга Сталина — все спешили в Кремль, чтобы уладить все формальности перехода власти. По дороге обиженный Хрущев начал склонять Маленкова присоединиться к заговору против Берии. Маленков ответил туманным отказом — дескать, поживем — увидим. Началась новая эпоха.

Судоплатов по дороге молчал, изредка кидая в мою сторону многозначительные взгляды. В какой-то момент я скомандовал:

— Останови машину. Павел Анатольевич, выйдем.

Мы прогуливались в тени деревьев, попутно выясняя отношения.

— В чем дело, Виктор Семенович?

В будущих мемуарах Судоплатов Абакумова не ласкал, но и не очернял. Видимо, примерял на себя его пост и влияние. Со знаменитым разведчиком также обошлись несправедливо, и спустя время он пересмотрел некоторые старые взгляды. Но как поведет себя здесь? Поэтому я решил вести чисто деловую линию и обходится без комплементарной политики.

— Ты знаешь об американском плане 'Чариотир"?

Разведчик нахмурился:

— Это не связано с их планом ядерной войны «Бушвакер»?

— Да, это более новый вариант. Речь идет уже об уничтожении 70 советских городов. Только на первом этапе нападения американцы планируют применить против гражданского населения СССР 133 атомных взрывных устройства. Такие города, как