Министр товарища Сталина. Генеральный – перевоплощение - Ал Коруд

орда подскочила в один миг. Вот так вот ныне заниматься голубями. После войны они поднялись в цене. И случалось всякое. Лоб по дороге рассказал, что так сгинул его товарищ. Поехал с голубями в другой город и пропал. И сейчас он видит в этом след от Розика. Кликуху этот упырь получил по фамилии Розенгберг. И следилось за ним разное. Набрал банду малолеток, да шалили так, что бывалые урки держались подальше. И очень не любил Розик, когда ему дорогу в голубином бизнесе переходили.

Но Аркадию было не впервой участвовать в ножевой. Да и товарищи не подкачали. Лоб бил прямо, Мишка прыгал ловко, Гриша кидал, рабочие парни били инструментами на оттяжку. Голиков же орудовал длинным ножом, в стиле китайского «меча-бабочки». Очень эффективно там, где тесно. От него отлетали, повизгивая, и больше не подходили. Так что гопота кончилась быстро. Они тяжело дышали, а Лоб уже спешил наверх, где слышались голубиные «гули».

Мишка командовал в своей манере:

— Садки! Да что ты стал столбом, Гришаня!

— Да их тут много!

— Бери все! — Косой повернулся к Голикову. — Аркаша, лихо ты машешь. Это что, кровь?

— Не моя.

Аркадий тяжело дышал, в уши давило шумными ударами сердца. Он и забыл вовсе, каково это — бой накоротке. Но плакать хочется. Дома и воевать. Но так нужно. Этой шобле не жить, и сейчас им указана дорога. Розика Лоб, не чинясь, пришпилил вилами к стене. Так, насквозь и прошло. Короткий суд и исполнение. Не за голубей. У того заветный портсигар из кармана выпал, что принадлежал товарищу Кирилла.

На обратной дороге, заматывая куском ткани рану, он рассказал:

— Привез он его из Берлина. Там в сорок пятом в голодный год, какая-то говорящая по-русски фрау отдала его за десять банок датских консервов, которые Коля на продовольственных складах рейхсканцелярии взял. Видать, эта фрау была каких-то аристократических кровей, а портсигар был фамильной ценностью. В общем, черт его знает, не могу утверждать. Так вот, Коля жил в тридцатом доме на Новокузнецкой, в одном дворе с Розиком, и голубей водили вместе. Удивительный был парень. Вот его можно было назвать счастливым. Мы злыми вернулись, а у него злости не было. Остался жив и радовался всему, как мальчишка: дождю, трамваю, платью женщины, какому-нибудь паршивому пойманному чужаку. И смеялся хорошо Коля. Но доверчив был до наивности. Вот и попал в передрягу. Сука, Розик. Они же вместе росли. Как так, Аркадий?

Голиков в первый раз видел слезу у этого сурового и крепкого мужчины. Но сейчас и сам был готов заплакать. Они прошли смерть, боль, кровь. А умирать приходится дома, по совершенно тупой причине. И Колька этот не первый. Кому-то не повезло с пленом или начальством, и сейчас он тащит тяжкую ношу лагерей. Потом в его бумагах будет запись и черный список запретов на работу. Кто-то задыхается по ночам от ранений, или орал из-за полученных в бою ожогов или ласкал во сне оторванную ногу. Их поколение жирно перечеркнула война. На то и судьба.

Что странно. В конце войны жизнь казалось прямой, как дорога. Светлой и счастливо. Но видать, так ее могут воспринимать лишь такие, как Колька. И Аркадий понял, почему плачет Лоб. Он оплакивает свое детство и юность. Неразделенную любовь. Обожжённый войной мальчишка.

Nota bene

Книга предоставлена Цокольным этажом, где можно скачать и другие книги.

Сайт заблокирован в России, поэтому доступ к сайту, например, через Amnezia VPN: -15% на Premium, но также есть Free.

Еще у нас есть:

1. Почта b@searchfloor.org — получите зеркало или отправьте в теме письма название книги, автора, серию или ссылку, чтобы найти ее.

2. Telegram-бот, для которого нужно: 1) создать группу, 2) добавить в нее бота по ссылке и 3) сделать его админом с правом на «Анонимность».

* * *

Если вам понравилась книга, наградите автора лайком и донатом:

Министр товарища Сталина. Генеральный – перевоплощение