Старс 7 United - Алекс Кин

цели и бросить ему вызов, но я решил, что такой вариант не подходит для Золотого Кира. Я не мог больше скрываться в тени, не мог действовать как подлый Убийца, даже если сражался с ужасными плотоядными монстрами, принявшими человеческое обличье. Не таков был образ героя, в которого я мечтал превратиться.

Мастер Привычек четко дал мне понять, что будет пристально следить за тем, как я использую свои навыки и потенциал. Я должен стать Величайшим, используя весь свой арсенал. Действовать так, как в столкновении с Ваг'Арами на Марсовом Поле, я больше не мог. Я действовал как Мясник, как Палач какой-нибудь, а вовсе не как герой. Идея пришла сама собой, а Юки прислала довольный смайлик, одобряя мое решение.

*(☆^ー^☆)*

Мне показалось, что даже Легендарные наставники вернулись к наблюдению, расположившись чуть поодаль, чтобы не мешать мне своими советами и чтобы увидеть, чего достигнет их протеже. Я выпрыгнул из окна и, вместо того чтобы за пару движений оказаться рядом со своей целью, мягко приземлился на холодный белый снег.

Пришло время покрасоваться?

— Слушайте каждое мое слово, Ваг'Ары! Сегодня вы решили поохотиться на того, кто вам не по зубам! Вы возомнили себя Мера'Ценн'Горами, но я собью вашу собачью спесь здесь и сейчас!

— О чем болтает этот Ценн'Гор? — захихикали, как настоящие гиены, полулюди, успевшие подобраться поближе. Я не удостоил их ответом, не поддержал их глупые выпады в мою сторону. Тот титул, который я сам себе выдумал, требовал от меня определенного поведения.

Когда я оказался на подходящем расстоянии, монстры с разинутыми пастями прыгнули в мою сторону, используя навыки и выхватив низкопробное, но все же артефактное оружие.

Отлично.

Я вспомнил того самого героя, прародителя класса Ве, и нашу первую встречу. Как он рисовался, сдерживая целую орду опасных чудовищ благодаря своей невероятной технике. Мне показалось, что где-то далеко затаившийся Лод'Вейн'Мера улыбается, ошибочно считая, что я подставился под атаку как самый настоящий дурак. Я видел бесчисленные векторы, тянущиеся ко мне со всех сторон, подобно щупальцам хитрых осьминогов, решивших поймать свою жертву в смертельные путы, из которых уже не выбраться.

Какая же наивность! Хотя ничего другого я и не ожидал от подобных существ. Они все же были монстрами Эпохи, а не людьми, способными на спонтанный порыв, удивляющий своей нелогичностью. Эти дурни действительно считали, что смогут так запросто меня одолеть?

Аура Направленного Движения. Поглощение Скорости. Перенаправление Движения. Контроль Артефактов.

Импульс сработавших техник заставил врагов замереть в воздухе. Застыли снаряды, выпущенные в мою сторону, а магию я остановил незаметными бросками золотых карт. Карты подействовали на удивление хорошо — мне хватило нескольких мгновений Чутья, чтобы определить редких магов среди Ваг'Аров и точными бросками отсечь им руки, пробить челюсти и лишить магических сил, не убив ни одного.

А потом вся площадь перед ЖК будто замерла. Зависшие монстры не могли понять своими крошечными мозгами, что же такое происходит. Все что они видели перед собой, — это великого героя, за спиной которого искрилась разогнавшаяся Жадность, создавая подобие нимба или солнечной короны. Крохотный золотой диск, освещающий тьму вокруг. Я двигался вперед нарочито медленно, проходя толпу Ваг'Аров насквозь, и ни один из них не мог дотянуться до меня, не мог сразить меня или хотя бы ранить.

Я чувствовал ужас в их сердцах, видел, как дрожат цветы, заменяющие им глаза. Пожиратели Ночи, не привыкшие чувствовать Страх, встретились с существом, превосходящим их скудное воображение. Твари не осознавали происходящего с ними, они старались выйти из оцепенения и завершить прерванное движение, но суть была в том, что они не замерли, а лишь очень замедлились. Тратя все больше и больше энергии, они только разгоняли меня.

Для них я еле двигался, а в реальности же перемещался быстрее пули. Весь мой «променад» в пару сотен метров не занял и двух секунд, но для Ваг'Аров это была самая настоящая демонстрация непостижимого могущества. Я прошел сквозь строй Пожирателей и оказался лицом к лицу с молодым парнем в клетчатом спортивном костюме. Лысая башка и внушительных размеров подбородок. Парень выглядел футбольным хулиганом с фотографии журнала. Вместо глаз у него был особенный вид цветов — цефалот. Хищное растение, подсказал мне Знаток.

— Паршиво выглядишь, Лод'Вейн'Мера, — признался я, отключая сложносоставленный навык. За моей спиной сотни Ваг'Аров «не справились» с нормализовавшейся скоростью и не смогли вовремя остановиться. Сталкиваясь друг с другом, раня своих собратьев, они с воем и рычанием падали на землю. Голодные псы были явно недовольны моим выступлением.

Вот и отлично.

— Ты не лучше, — пес нервно сплюнул в сторону, доставая свое оружие. Неприметная с виду бейсбольная бита с гвоздями сверкала красным светом экспертного предмета. Подарок опытных крафтеров, не иначе. Да и одежда его была показухой, иллюзией, на самом деле я увидел разноцветное пламя редких и экспертных предметов. Этот парень не был «пешкой». Полноценный игрок. Простой эта битва не будет.

— Брось. Я выгляжу отлично. Как и полагается настоящему, единственному. Аурус'Ил'Мера.

— Постой, что? — парень уставился на меня своими хищными глазами, демонстрируя крайнее удивление. — Ты что, совсем спятил? Взял и выдумал себе звание на нашем языке? — он рассмеялся, чуть не сорвавшись на кашель. — Кому расскажу, никто не поверит.

— Никому ты не расскажешь, — заявил я. — Потому что сейчас сдохнешь. А вот твои псы смогут поведать эту историю, — я специально повернулся спиной к своему главному противнику, прекрасно понимая, чем это грозит. — Вы все свидетели нашего поединка. Знаю, у вас нет такого понятия, как честь. Поэтому я объясню вам так, чтобы вы поняли. Гонн'Гор, — я указал на себя. Несъедобный. Так Ваг'Ары называли… да почти никого.

Это слово было как будто из легенды, из страшной сказки, которую рассказывали молодым голодным псам. Несъедобным на языке Ваг'Аров называли даже не существ, а скорее некие необъяснимые объекты, которые никто и не пробовал на вкус. Черная дыра, Солнце, Звезда. Некоторые вещи, которые Знаток назвал [Удалено]. Никто живой и говорящий не мог быть Гонн'Гором. Это шло вразрез с тем, что знал каждый Ваг'Ар с самого детства. Пожирать, становиться сильнее, жрать еще больше. Голод был их единственным определяющим чувством. Они больше ничего не знали, поэтому через секунду после моего заявления площадь потонула в хохоте валяющихся на земле гиен. Даже парень в спортивках не удержался от смеха. Но я еще не закончил.

— Гонн'Гор, Аурус'Ил'Мера, — крикнул я так, чтобы они меня услышали, а затем показал на лысого хохотуна у себя за спиной. — Лангу'Ценн'Ри.

Это слово они прекрасно знали, а потому заткнулись. И