Старс 7 United - Алекс Кин

кинул перед собой, воткнул в землю. Они замерли вокруг меня, потеряв возможность двигаться, лишенные ускорения и векторов, застывшие в пространстве и времени. Для этого финта мне понадобится предельная концентрация. Я смогу, потому что раньше я уже так делал. Я раскинул руки в стороны и закрыл глаза, призывая Жадность, призывая подвластных мне духов и мгновенно используя весь доступный Потенциал, смешивая Жадность и приобретенную Ненависть к Ваг'Арам в коктейль Золотого Величия.

Уверен, лысый считал себя победителем, когда оказался за моей спиной и занес биту для молниеносного удара, от которого невозможно было увернуться. Я понимал это, потому что видел стремительный вектор, от которого так просто не убежишь. Но шанс спастись от этой техники все же был. Точнее, два варианта: принять удар или…

Уничтожить цель.

— Ловец Солнца.

Эту технику нельзя было использовать для нападения, только для защиты. Было необходимо рассчитать точный момент атаки, потому что поддерживать ее более одного мгновения попросту невозможно. Работала она предельно просто: я посылал Жадность и притягивал одновременно к 43 целям, расположенным таким образом, чтобы создать вокруг меня непроницаемый лабиринт из линий движения моего кинжала. Каждая из целей, в свою очередь, получала заряд ускорения и конвертировала его в отражательный эффект, усиливая и ускоряя мой кинжал. Принцип, схожий с Солнечной Короной, только если в той технике использовалось сверхускорение, то здесь я придумал, как обмануть расчеты Системы, применив одновременное притяжение 43 целей. Насыщенные моими духами карты становились частичкой Кира, и каждая точка использовала микро-орбитальный крушитель, посылая схожий сигнал в соседнюю карту. Представьте, что 43 мини-Кира одновременно использовали Солнечную Корону, а потом тут же ГолдГан, только не в одну цель, а в ближайшие три.

Система Эпохи Звезд не могла справиться с подобными вычислениями, поэтому позволяла активировать технику, не имеющую права на существование. И все же, как и в случае с Искаженной Тенью, она сработала. Сотни линий заключили меня в подобие Солнечного Алмаза, и я услышал налитый злобой вопль лысого, который никак не мог увернуться от подобного. Уверен, он не способен был ее даже рассмотреть. Разорванный на тысячи фрагментов, разрезанный, как кусок мяса, брошенный в лазерную мясорубку, он распался на части и свалился на землю. Его грозное оружие зависло в сантиметре от меня, а пара гвоздей даже пробила куртку и плечо, но это было уже не важно. Я рванул биту и метнул ее в сторону, одновременно вытаскивая и выпивая зелья. Располовиненная голова лысого валялась на земле, смотря на меня грустными, гниющими цефалотами. Я без отвращения схватил несколько кусочков и двинулся обратно к ЖК.

— Ваг'Ары! — рявкнул я, когда оказался достаточно близко.

Они не смогли пробраться внутрь квартиры. Мои друзья пробили стену у окна, чтобы было где развернуться: красноволосый панк стоял в разломе и неистово рубился на гитаре, поддерживая электромагнетическое поле, отталкивающее нападавших Ваг'Аров и не позволяющее им пробраться внутрь. А еще я заметил свою недавнюю подругу — Паучиху. Восьмилапая удачно пряталась во мраке спального района и убивала одного за другим зазевавшихся Ваг'Аров. В этот раз не было никакой паутины, и движения ее были куда медленнее. Значит, без бафа Шута Призывательница не могла высвободить весь потенциал своих легендарных чудовищ.

Вечноголодные твари нехотя, но все же остановились и развернулись в мою сторону.

— Лангу'Ценн'Ри, — повторил я свои слова и метнул в их сторону останки лысого. — Остальное там, — я махнул рукой туда, где оставил разорванного на части противника. — Жрите и воспевайте мое имя, как имя сильнейшего, подарившего вам жертвенные объедки со своего стола.

— Как нам звать тебя, о Лод'Вейн'Мера? — им тяжело было сдерживаться, да они этого и не умели. Давясь слюнями, с дрожащими лапами, они позабыли об игроках и медленно продвигались к останкам лысого, все еще не решаясь сожрать их.

— Лод'Вейн'Мера слишком низкий чин для меня, — покачал я головой. — Вы сию же секунду поклянетесь мне в вечной службе и покинете свой Филь'Те'Мор. Съешьте поданный вам Лангу'Ценн'Ри и зовите благодетеля своего тем именем, что выбрал он сам по праву сильнейшего. Аурус'Ил'Мера, — тихо но твердо завершил я свою напыщенную речь.

— Аурус'Ил'Мера, — тихо подхватили голодные псы.

— Аурус'Ил'Мера! — заорали те, кто первым схватил с земли останки лысого.

— Аурус'Ил'Мера! — скандировали они, заглатывая останки своего бывшего лидера и громко чавкая.

Полчища выживших Ваг'Аров кинулись туда, где еще можно было найти несъеденные куски. Все, о чем они думали, — как урвать побольше от того, кого считали своим Лод'Вейн'Мера. Я же отправился к своим союзникам.

— Что ты с ними сделал? — спросила Тара, нервно выпивая одно зелье за другим.

— Вижу, ты сделала правильный выбор, — усмехнулся я.

— Ты больной на всю голову, — ответила темноволосая. — Но ты еще и могущественный больной. Я с такими не спорю, просто подчиняюсь. Я всего лишь крафтер, сам понимаешь.

— Понимаю, — кивнул я. — Добро пожаловать к Героям, Тара. Все живы?

— Да. Ты за пару минут справился, я даже не устал, — восхищенно заявил Шут. — Так че ты сделал, реально интересно.

— Нашел лазейку в обычаях этих голодных упырей. Лангу'Ценн'Ри — даже не знаю, как вам объяснить. Короче, я пообещал, что убью всех главных едоков в этом кластере и скормлю их останки простым Ваг'Арам и тем, кто захочет ко мне примкнуть.

— Убьешь всех, кто во главе их мерзкого клана? — переспросила Тара.

— Да, как убил того, кто был твоей парой. И скормлю им останки. Пока я буду сдерживать слово — они будут следовать за мной, как следовали за ним, — я махнул рукой за окно.

— Но ведь их контролируют Операторы, — возразила Тара.

— Не-а, — я покачал головой. — Ваг'Аров контролирует Голод, а Организация и Операторы нашли способ, как управлять ими в разумных пределах, но те, кто слишком высокого уровня, они как бы вне этого уравнения. И, пожирая плоть этих так называемых свободных, они и сами… Ладно, не заморачивайся, я все равно не смогу толково объяснить.

— Перестаем быть рабами, — один из псов оказался в комнате. Он встал на колено и склонил голову. — Наша стая будет следовать за тобой, Аурус'Ил'Мера, до тех пор, пока ты чтишь обещание, данное нам. Или пока нас не сожрут другие. Клянемся кровью Звездной Волчицы.

— Я принимаю вашу клятву, — кивнул я. — Ну что. Мы тут засиделись, пора и честь знать. Время спасать героев и захватывать власть в Питере. Готовы?

— Ты так говоришь, как будто у нас выбор есть, — фыркнула Тара, поднимаясь с места.

— Выбор есть всегда, — философски заметил Ваг'Ар. — Вы уже знаете, где держат ваших друзей?

— Да, у меня есть точные координаты.