32 фуэте - Ха Ынгён

бы любого на своем на пути. – На этот раз Джена молчала, позволяя отцу выговориться. – Я всегда жил с чувством вины перед тобой. Не было дня, когда бы я чувствовал себя абсолютно спокойно. Я понимал, что однажды настанет такой день, как сегодня. Надеюсь, и ты поймешь меня.

Джена смотрела в окно на багровеющее небо и пыталась понять то, о чем говорил отец. Да и как это сделать, когда вся ее жизнь на протяжении восемнадцати лет оказалась ложью? Абсурдом.

Вдруг зазвонил мобильный. Роми. Джена даже немного оживилась.

Из трубки раздался взволнованный голос подруги.

– Слушай, у меня замечательная новость. Наконец-то я лечу в Англию! Купила билет до Лондона!

– И что ты там будешь делать? – рассеянно спросила Джена.

– Вживлять себе наночип.

– Что?! – Джена даже подпрыгнула в кресле.

– Я наконец убедила маму с папой – мне необходима эта процедура, причем легальная. Родители очень переживали, что я снова попытаюсь это сделать в Корее. Но раз я так хочу сделать эту операцию, нужно подойти к ней со всей серьезностью.

– И ты правда собираешься работать в балетной труппе там?

– Конечно! Кстати, возможно, Гырим тоже туда приедет. Она уже почти поправилась и хочет пройти эту процедуру снова. Ну разве она не удивительная?

Целеустремленность двух девушек, которые так сильно горели балетом, поразила Джену. Как вообще можно было решиться на вживление наночипа после той жути, которую пережила Гырим? Но Джена искренне завидовала Роми, чья страсть к балету была такой горячей, как солнце. Джена видела, что подруга по-настоящему счастлива.

Немного погодя та успокоилась и спросила:

– А как ты? Ты же не бросишь балет после всего, что случилось?

– Не знаю, – уклончиво ответила Джена.

– Пожалуйста, прошу, не бросай! Совершенно неважно, что тебя модифицировали с помощью науки. В любом случае ты была лучшей балериной, которую я когда-либо видела. Поэтому даже сейчас я до смерти тебе завидую!

Услышав слова Роми, Джена горько усмехнулась. В конце концов, она была лучшей балериной только благодаря генной инженерии и не могла принять это так же беззаботно, как Роми. Высокие прыжки, идеальная выворотность, подтянутые мышцы и стройное тело без изнурительных тренировок и каких-либо серьезных травм… За все это следовало быть благодарной исключительно науке. Но Джена так стыдилась этого, что не могла поднять головы. Ей казалось, что все показывали на нее пальцем, называя фальшивкой.

Похоже, Роми вот-вот станет уговаривать ее поехать в Англию вместе. Прежде чем она успела начать, Джена сказала первой:

– Сейчас я еду в Согвипхо с папой. Давай поговорим позже.

– Вот как? Тогда я тебе перезвоню, – проговорила Роми и добавила: – Тебе правда нельзя бросать балет! Я хочу танцевать вместе с тобой. Вечно!

Слова подруги все-таки заставили Джену улыбнуться, но она больше не стала ничего говорить и просто завершила звонок. Ей уже не хотелось говорить о балете.

Сидевший на водительском месте Тхэён взглянул на дочь.

– Кто это был?

– Роми.

Тхэён уже слышал о Роми и знал, кто это.

– Она снова хочет пойти на операцию по вживлению наночипа?

– Да.

– Похоже, она и правда хочет преуспеть в балете. Похвальное мужество.

Джена смотрела в окно машины.

– А какие планы у тебя, дочь? – спросил отец. – Ты решила уйти из балета? Я недавно разговаривал с мамой.

Джена искоса взглянула на него и снова перевела взгляд за окно.

– Еще не решила окончательно… Но думаю, что уйду. Я не хочу, как Роми, ехать в Англию и танцевать там.

Тхэён помолчал.

– Не будешь жалеть, если все же уйдешь?

– Как знать… Но, думаю, если не уйду, точно пожалею…

Джена и сама не понимала, что творится у нее на душе и какое решение она все же примет.

Глава 27

Наконец отец и дочь прибыли в дом Тхэёна, который располагался в тихой деревушке в Согвипхо. Они проехали через покрытый грязью двор и остановились у одноэтажного деревянного строения. Указывая рукой на красное поле, Тхэён проговорил:

– Здесь я занимаюсь сельским хозяйством. В прошлом году у меня был хороший урожай бобов, периллы и перца, а нынче хочу вырастить капусту и дайкон.

Загорелое лицо Тхэёна осветила счастливая улыбка.

На звук машины входная дверь открылась, и из дома выскочили две большие собаки. Следом за ними бежала Ар, размахивая обеими руками. Затем вышла женщина в фартуке и с улыбкой поприветствовала Тхэёна с дочерью.

– Джена, проходи скорее! Ар так тебя ждала, что не отходила от двери.

После этих слов женщина снова улыбнулась – точно так же, как отец, – и глаза ее стали похожи на перевернутые полумесяцы. Джена сразу почувствовала ее тепло, и ей это понравилось.

После ужина Джена и Ар поехали в обсерваторию, где работал Тхэён. Астрономическая обсерватория Согвипхо находилась совсем недалеко. Минут через пятнадцать они увидели большой холм и здание на его вершине, сверкающее в темноте включенными огнями.

Как только Джена увидела радиотелескоп, ее сердце забилось сильнее. Тхэён говорил, что с помощью этого прибора они обнаруживают инопланетные сигналы. Тхэён верил в существование инопланетян и пытался наладить с ними контакт.

– Ну, дочурки, давайте посмотрим в телескоп на зимние созвездия.

Ночью на Чеджудо дул сильный ветер. Джена надела теплый пуховик до щиколоток, натянула на голову капюшон, а лицо закрыла маской, чтобы не замерзнуть. Ар последовала примеру старшей сестры и тоже оделась потеплее.

Джена долго смотрела на зимнее ночное небо. Даже невооруженным глазом она прекрасно видела звезды. Казалось, в любой момент они могут хлынуть на землю бесчисленным дождем. Всем своим существом она ощущала космос, такой бескрайний, усыпанный мириадами звезд. Так давно она мечтала об этом.

Она приникла к окуляру телескопа. Звезды стали намного ближе, приобрели форму и яркость. Джена почувствовала, как по спине побежали мурашки. Всем телом она дрожала от восторга. Ей казалось, будто она парит в самом центре Вселенной.

Через некоторое время совсем рядом раздался голос отца.

– Смотрите, девочки, вон там созвездие Ориона. Красная звезда называется Бетельгейзе, а голубая – Ригель. Джена, ты ведь и так это знаешь, верно?

Конечно, Джена знала созвездие Ориона. Она не могла не помнить созвездие, которое в детстве видела бесчисленное множество раз, когда они с папой выходили гулять зимними вечерами. Гигантский охотник Орион, в одной руке держащий щит, а в другой – дубинку. С самого детства стоило только Джене взглянуть на это созвездие, как ее сердце начинало биться чаще.

Тхэён стоял около телескопа с Ар на руках и продолжал рассказывать. Джена смотрела в бесконечный космос и чувствовала, как бьется