Карамелька, или Ты попал, жених! - Анна Бахтиярова

— Я настолько предсказуема?

— Думаю, вы просто не привыкли к магическому миру. Потому ваши эмоции сильны и легко читаются, — он улыбнулся. И предложил: — Приступим?

— Как к вам обращаться? — спросила я. — Вы не представились.

— Ах, да. Прошу за это прощения. Я Габриэль.

— Очень… приятно, — пробормотала я.

Не то, чтобы ощущала неловкость. Пока было трудно воспринимать его, как опытного мага и педагога. Мальчишеское лицо сбивало с толку.

— Итак, Амелия, что именно вы умеете делать?

— Ну… — ситуация немного напомнила собеседование. И если дома я их ни капли не боялась, ибо считала себя отличным специалистом, то сейчас почувствовала себя даже не зеленой выпускницей, а школьницей. — Сама не знаю, если честно. Магия пока работала на эмоциях, когда я сильно пугалась или злилась. Так было и с перемещениями, и с телекинезом. Ну, так в моем мире называют перемещение предметов. У нас-то магии, понятное дело, нет. Только в книгах и фильмах. Вот и придумывают термины всякие. А когда я пытаюсь немного помагичить осознанно, редко получалось. Вот.

— Это обычное дело, — пояснил Габриэль. — Для тех, кто только учится магии. Чаще, конечно, свойственно детям. Но у вас особый случай. Значит, перемещения и передвижение предметов?

— Да. Они летали в воздухе и норовили приложить тех, на кого я злилась.

— Приятная способность, — лицо мага на несколько мгновений стало лукавым. Он даже подмигнул, но быстро снова стал серьезным. — Для вас, разумеется, не для других. В любом случае, нужно научиться ее контролировать, чтобы никто не пострадал. И перемещения тоже.

— Это точно. Не хотелось бы в один прекрасный момент снова оказаться на краю географии. Такое уже случалось. Мы перенеслись с Итоном и… — я замолчала, сообразив, что, наверное, лучше не рассказывать постороннему о злоключениях наследника Моро. Никто же не знает, что он живет без магии. — В общем, повезло, что мы были вдвоем и смогли вернуться. Не хотелось бы повторения.

— Понимаю, — он кивнул и тут же меня огорошил: — Давайте я вас проверю, Амелия. Выясним, насколько мощна ваша магия и действительно ли досталась от Серафима.

— То есть… дочь я ему, как все думают, или нет? — уточнила я. А по спине прошел холодок. Черти знают, как отреагирует Моро-старший, если выяснится, что я вовсе не та, кто способен вернуть магию отпрыску. Вдруг избавится, как от ненужного свидетеля.

— Именно, — подтвердил маг. — Я установлю ваше родство с моим учителем.

«А может, не надо?» — чуть не брякнула я. Но решила не унижаться. Да и трусихой перед учителем выглядеть — так себе вариант.

Поэтому смирилась, решив, пусть всё будет, как будет.

— Встаньте ко мне спиной, Амелия, — распорядился маг. — Ни о чем не беспокойтесь. Мне нет необходимости вас касаться. Я лишь проверю ваше магическую ауру. Она всё сама «расскажет». Уверяю, вы даже ничего не почувствуете.

— Мне просто стоять и ни о чем ни думать?

— Можете думать, о чем пожелаете. Ваши мысли мне ничуть не помешают.

Я подчинилась. Повернулась спиной. Но всё же постаралась очистить голову от всех дум разом. Они слишком нервировали, а я не хотела, чтобы маг заметил мой страх.

Не знаю точно, как именно проходила проверка. Кажется, Габриэль просто водил руками. Или это были некие пассы. Я лишь ощущала небольшое колыхание воздуха. Длилось это минут пять. А потом я услышала… судорожный вздох.

— Что-то не так? — спросила с тревогой.

— Вы жили в не магическом мире, верно? — ответил он вопросом на вопрос.

— Да. Но…

— Как зовут человека, которого вы считали отцом?

— Владимир Грушевский. Звали. Папы нет в живых.

— Имя его матери?

— Валентина. А что?

— Это важно для проверки. Имена имеют значения.

— Ясно, — пробормотала я, но подумалось, что маг врет. Что-то его насторожило. — Бабушка, насколько я знаю, сына в честь своего отца называла. Тот тоже был Владимиром, — добавила я. Вряд ли учителя интересовали дополнительные детали. Я сказала это, чтобы не молчать. — С ней самой знакома не была. Она скончалась до моего рождения. Папа сам тогда был мальчишкой совсем. Вот.

— Вы единственный ребенок? — задал маг новый вопрос.

— Нет. Нас трое.

— Вы старшая?

— Средняя. Есть старший брат Анатолий и младшая сестра Лидия. Она вышла замуж недавно.

Сама не знаю, зачем вспомнила о предательском поступке сестрички. Просто с языка сорвалось, наверное.

— Брат неженат, — добавила, чтобы не акцентировать внимание на свадьбе Лиды.

— На кого из родителей вы похожи?

— На мать вообще-то, — призналась я после тяжкого вздоха. — Лицом. Не фигурой.

— От чего умер ваш отец?

— От сердечного приступа. Оказалось, врожденные проблемы с сердцем, которые никак себя прежде не проявляли. А потом ударили, и в один миг папы не стало. Знаю, все считают, что я — дочь вашего Серафима. Но я… Не могу в это поверить. Мой папа был особенным, пусть и просто человеком. Вот.

Наверное, и это я зря сказала.

Обычный человек лучше великого местного мага? Да еще учителя Габриэля? Наверняка, ему это не понравится.

— Можете повернуться, Амелия, — проговорил он негромко. — Я завершил проверку.

— И что она показа…

Я замолчала на полуслове, увидев лицо мага. Оно стало гораздо бледнее, а брови сошлись на переносице. Еще и тонкая линия губ о многом говорила. Хотя… Кажется, он не злился. Скорее, не знал, что делать дальше.

— Серафим мне не отец, так? — спросила я. Пластырь лучше отрывать сразу.

— Так, — подтвердил Габриэль, глядя на меня странно, будто искал что-то в чертах лица. — Вы дочь Владимира Грушевского. Так что в этом смысле вам переживать не стоит. Ваш папа, по-прежнему, ваш папа. Этого у вас никто не отнимет.

— Ого… — выдохнула я, потому что, хоть и отбрыкивалась от Серафима, понимала: Моро и Нельсон, скорее всего, правы.

А еще… Еще получалось, что я утрачу интерес для советника мэра. А, значит, окажусь в смертельной опасности, едва Вильгельм Моро узнает правду.

— Понимаю, о чем думаете, — снова заговорил Габриэль. — О реакции господина Моро и его сына. О том, что случится с вами дальше. Но я еще не всё сказал.

— Разве?

— Да. Вы — не дочь Серафима, Амелия. Зато Владимир Грушевский — его сын.

— Чего?

Спасибо, что у мага оказалась отличная реакция. Я так резко сделала шаг назад, что чуть не грохнулась на спину. Габриэль удержал меня. Магией.

— Да, вы с моим учителем всё-таки родственники, Амелия, — улыбнулся он, когда спас меня от позорного падения. — Только родство не совсем такое,