Смотритель Маяка 3 - Артём Град

Матросы, те, что посмелее, спустили шлюпку, забросили в нее несколько багров на непредвиденный случай и через несколько минут доставили осьминожий фрагмент на борт.

Щупальце длиной почти семь метров, лежащее на палубе, привлекало внимание не только команды, но и Боцмана. Он ходил вокруг него, нюхал, трогал лапой и отскакивал каждый раз, когда нога сокращалась. Впрочем, отскакивали все.

Отделенная от тела тентакля способна жить еще порядка четырех-пяти часов, поскольку мозг осьминога буквально распределен по всему телу, и большая часть нейронов находится в щупальцах. Однако, прошло гораздо больше времени, что же поддерживало в нем жизнь?

Я присел возле ноги. Розовая громадина не источала запаха гниения, а пахла морем и рыбой, словно только что была частью живого организма.

— Сынок, будь осторожнее, не нравится мне это — Каспар спиной загораживал Инесс.

Ножом попробовал сделать надрез, но тут же был сбит с ног хлыстом сократившейся тонкой части. Щупальце попыталось схватить меня за ногу, но один из матросов подскочил и точным ударом багра пригвоздил тентаклю к полу.

— Палубу сам чинить будешь? — недовольно осадил его Каспар

— Виноват, капитан, просто…

— Ладно, молодец, что среагировал — старик успокоил парня. — но доску поправишь!

— Будет сделано! — матрос улыбнулся, довольный тем, что смог проявить себя и взять ответственность за испорченную палубу.

Я тем временем, осматривал место пробития. Ткани вокруг наконечника багра имели тонкие зеленые вкрапления. Щупальце извивалось, но все меньше. Похоже, часть сил уходила на восстановление. Я выдернул острие и подозвал доктора Фокса.

— Вот вам и работа зеленого кристалла в действии. Изучайте, пользуйтесь.

Изумленный врач, он же парикмахер, смотрел на разрез не говоря ни слова. Затем цокнул, кажется, это была его привычка, и произнес:

— Думаю, мы в расчете, смотритель. О большем я и мечтать не мог.

Мы быстро обсудили механику кристалла, и мужчина распорядился оставить от щупальца те части в которых найдутся зеленые светящиеся крупицы. Остальное либо за борт, либо на кухню. Хранить такую громадину для исследования не было смысла.

Каспар одобрил рвение Фокса, кроме того на судне появился деликатес на всю команду. Мы отправились на нижнюю палубу, где у Инесс располагалась личная кухня. Боцман получил свою порцию осьминога и громко урчал под столом, за которым мы расположились. Инесс поставила на стол куриный суп и сырные лепешки, от аромата которых кружило голову.

— Суп только на якоре — зачерпнув ложку, заявил Каспара — во время движения весь окажется на полу!

Я попробовал бульон и закрыл глаза. Наваристый, ароматный, с оттенками тимьяна, куркумы и жаром душистого перца.

— Замечательный суп, Инесс — я уже отрывал свежую теплую лепешку — где вы берете специи?

— Рынок — девушка вытерла руки о фартук — остров такой, но он дальше всего от твоего маяка.

— Дочка, у него теперь быстроходный когг! — вмешался старик — Ему доступен весь тимьян этого мира.

Инесс издала короткий смешок. Мы обсудили их дальнейший путь и мое первое плавание.

Нежнейшее мясо куриной ножки таяло во рту.

— Только парусов нет. — сказал я — А это существенный минус.

— Пф, найдем паруса, что ты — отец с дочерью переглянулись.

— Нарежем из старого — мне пришла мысль — Или из больших парусов шхуны!

Боцман запрыгнул к Инесс на колени и свернулся калачиком. Я пил ароматный чай и думал:

— Каспар, слушай, а зачем твоим ребятам эта стройка? Вам что, заняться нечем?

Старик уже успел растянуться в матросском гамаке в другом конце комнаты. Инесс улыбнулась, вероятно, зная, что ответит отец.

— Заняться? Ты серьезно, Владимир? — для него это было очевидно — мы скитаемся здесь сотни лет. Когда я сказал им о своей затее, о тебе, они каждый день спрашивали, когда мы уже отправимся. А те два юнца, которых ты напоил и выслушал их песни, будут помнить тебя всю жизнь, ну или смерть, уж не знаю, где мы теперь.

Он крехтя перевернулся на другой бок, что в гамаке сделать не так просто и добавил:

— Но если у тебя найдется, чем отблагодарить их, ты заслужишь их уважение, и, думаю, это будет честно.

Через минуту Каспар захрапел, так и не показав мне место ночлега. Но оставаться мне и так не хотелось. Я поблагодарил Инесс за чудесный ужин и вышел на воздух.

Свет луны прерывался на мачтах, канатах и спущенных парусах, оставляя длинные полоски теней на палубе. Попрощался со смотровым и спустился в шлюпку.

— Боцман⁈ — громким шепотом прикрикнул на кота, чтобы не нарушать тишину ночи — Ты где был, блин⁈

Кот сидел на перилах, вытянув голову вниз ко мне. Спрыгивать ему было высоко, можно было и в воду угодить.

— Ладно, жди! — забыть кота на корабле было моей ошибкой, поэтому отчитывать его было не за что. Я ухватился за штормтрап, веревочную лестницу, и поднялся до края борта. Боцман запрыгнул мне на плечи, вцепившись сквозь рубаху прям в кожу, и повис на спине.

— Твою мать! — я едва не взвыл. — Боцман, что ж ты делаешь, супостат⁈

Смотровой кинулся помочь, но я лишь помотал головой, он же не мог сбросить с меня кота.

В шлюпке рыжий бандит спрыгнул на бак и быстро занял место на носу. Я потянул на себя рубашку. Места на плечах и спине окрасились маленькими каплями крови.

— Вот же засранец…

Мой недовольный взгляд был коту совершенно безразличен. Он смотрел на маяк, который монументально возвышался над ночным островом, прорезая темноту лучом прожектора. И я был владельцем этого исполина.

Мы высадились на берег и поспешили домой. Завтра предстоял не менее важный день, чем сегодня.

— В целом неплохо, рука у доктора набита — отметил я стрижку, задержавшись у зеркала.

Усадил кота на кровать, протер перекисью следы от его когтей, куда смог дотянуться, и лег на колючую голую подушку. Постирать пропитанную кровью наволочку руки так и не дошли.

— Боцман, да что за наглость… — не открывая глаз из-за яркого света, я пытался вытолкать наглого кота с подушки. Он завалился мне прямо на голову и теперь его шерсть лезла мне в нос. Уходить усатый категорически отказывался, отвечая только недовольным мяуканьем.

— Вот тебе и доброе утро.

Я оторвал голову от подушки и натянул на себя рубаху. С минуту посидев с закрытыми глазами, поднялся с трудом и, не надевая сапог, пошлепал на кухню. Сегодня я определенно не выспался и надеялся, что ситуацию поправит крепкий кофе. Но…

кофе… кончился…

Моему разочарованию