Целитель на прицеле - Виктор Викторович Зайцев

узнал в Википедии. Как-то не до первого президента России мне было в семьдесят лет. Но события мятежа девяносто третьего года смутно помнил, как и фотографию Белого дома с потёками гари из окон. Поэтому решил искать ЕБН ближе к тому зданию. Если не встречу самого Бориса Николаевича, увижу кого-либо из его гоп-компании, вроде Коржакова, или каких-нибудь Бурбулисов. Или Бурбулис ещё не появился на горизонте?

Не в Кремле же мне искать Председателя Верховного совета РСФСР, успевшего с таким пафосом выйти из КПСС? Кремль до декабря будет территорией Меченого, а два медведя, как известно…. После полутора часов прогулки в окрестностях Белого дома я принялся искать приличное кафе поблизости. Должны же клерки этого большого здания где-то обедать? Не могут все одновременно в служебной столовой питаться. Насколько знаю, во все времена кроме общей столовой в подобных организациях существовали генеральские залы. В Белом доме такие залы по определению обязаны существовать. Соответственно, электрики и уборщицы не допущены в общие столовые для депутатов, где-то они обедают?

Учитывая нормы советских времён, служебная столовая должна быть маленькой, с отвратительной кормёжкой, уж я знаю, приходилось сталкиваться в прежней жизни. Потому и занялся освоением ближайших кафе и столовых. Где обедал и ужинал, подслушивая чужие разговоры и сам, беседуя с разными людьми, оперативник я или нет? Так пролетела неделя, пока я убедился, что Ельцин вместе с Коржаковым исправно ходят по утрам на работу. Но, по моим утренним наблюдениям, весьма в разобранном виде, наверняка, с похмелья оба. Его будущих соратников по утрам не встречал, а следить за казённой «Волгой», привозившей Председателя Верховного Совета на работу, чтобы вечером забрать домой, я не собирался.

До такого любительского состояния ещё не опустился. Убедившись, что клиенты работают в Белом доме, а зашёл к охраннику и оставил там письмо для Коржакова. Приложил копию диплома о среднем медицинском образовании и заявление о приёме на работу.

— Ты чего, серьёзно собрался устроиться к нам на работу? — ухмыльнулся охранник, прочитав заявление.

— Думаю устроиться, я два года в наркологии проработал, всё умею. — Демонстративно щёлкнул пальцем по горлу при этих словах.

— Да, это дело они все любят, — согласился мужчина.

— Я буду приходить каждый день, когда пропустят к Ельцину, получишь премию. — И продемонстрировал охраннику две четвертные купюры.

— Ну, посмотрим. — Загорелись глаза у охранника. Странно, этим охранникам не меньше пятисот рублей платят, по нынешним временам это достаточно много. А на полсотни позарился, может, мне повезло с ним?

После этого разговора я демонстративно приходил каждое утро, чтобы отследить время появления в Белом доме Ельцина со товарищи. Появлялся глава Верховного совета не раньше десяти, это же Москва. Как правило, под руку с Коржаковым и ещё одним, более молодым охранником. Это ли не показатель того, что руководство КГБ знало о готовящемся перевороте и аресте Меченого? Устав ждать результата своего заявления, я решил форсировать нашу встречу. Для чего одним солнечным утром уселся у входа в Белый дом, которым обычно пользовался Ельцин. Вполне ожидаемо, тот появился почти ровно в десять со своей охраной. Не вставая со скамейки, я помахал рукой и крикнул, достаточно отчётливо:

— Доброе утро, Борис Николаевич! Как Ваша спина после массажа в деревне Русское?

Надо сказать, несмотря на все недостатки, чванством Борис Николаевич обладал в самой малой доле. Особенно до президентской поры. Поэтому мужчина остановился, глядя на меня.

— Доброе утро, я вспомнил вас, как вы тут оказались? — спросил Ельцин после пары слов Коржакова, что-то шепнувшего ему на ухо.

— Приехал в отпуск, да решил устроиться в Белый дом. Не век же мне сидеть в Свердловске? Я и заявление давно подал, всё ответа жду, прихожу каждое утро, но без толку. Наверно, придётся домой ехать через неделю. Не сочтите за труд узнать, ждать ли мне ответа? А так бы я вам спину поправил, небось побаливает, срок-то вышел. — Пожал я плечами, надеясь на свою коммуникабельность.

— Точно, спина побаливает, скоро каждую неделю уколы начнут ставить, — буркнул ЕБН в сторону Коржакова. — Ты, Саша, посмотри, может, возьмём парня к нам? На полставки, а то время выступать придёт, а я встать не смогу?

— Подожди, Фёдор, к обеду я вышлю к тебе человека, — бросил мне Коржаков и прошёл вместе с Ельциным в здание.

Собственно, так и получилось, к обеду вышел молодой мужчина, скорее всего капитан из охраны. Он вынес мне пропуск с моей фотографией, интересно, где её взяли? Запасливый человек полковник Коржаков, если даже на случайного лекаря завёл дело. Как там, дело оперативной проверки?

— Вот пропуск, будете работать с десяти до шести часов, кабинет триста шестнадцать, не опаздывайте. Завтра первый рабочий день. — После краткого инструктажа комитетчик вернулся в здание.

Я всё же выплатил охраннику полсотни рублей, хотя он не принял никакого участия в моём трудоустройстве. Хотя, кто его знает, может моё заявление именно у Коржакова и лежало неделю? Как и готовое удостоверение? Впрочем, хорошо всё, что хорошо кончается. На следующий день в половине десятого я прошёл в указанный кабинет, где встретил относительно молодую женщину весьма приятной комплекции.

— А, новый санитар, — безразлично встретила меня хозяйка кабинета, лениво отведя взгляд от зеркальца.

Она напомнила мне некоторых знакомых москвичек, относившихся к провинциалам, как к попрошайкам. Затем продолжила подкрашиваться и после приезда Бориса Николаевича поспешила к нему в кабинет.

«Не та ли это неустановленная женщина, к которой шёл на свидание ЕБН, когда упал с моста?» — сразу пришла в голову шальная мыслишка. Из всей биографии Ельцина до президентства, я запомнил лишь этот смешной факт. Но высказывать крамольные мысли, естественно не стал. Лишь пристроился за одним из двух свободных столов кабинета, да приготовился к вызову. Ещё накануне заметил, что боли к Борису Николаевичу вернулись, слишком характерно он шёл. Поэтому не сомневался, что лечить меня позовут сразу, как только буду трудоустроен официально. Да, лечить пришлось в первый же рабочий день, но не Ельцина и Коржакова, вообще не из сотрудников ЕБН. До обеда мною никто не интересовался, даже моя формальная начальница Ирина. Она с обеда пошла по своим подружкам, сначала на нашем этаже, потом вообще непонятно куда свернула.

Как ни странно, меня попросили помочь со спиной якобы простые специалисты из технических работников — электрики, водопроводчики и прочие слесари.

— Привет, новенький? — После обеда зашёл ко мне знакомиться совершенно трезвый водопроводчик, у