Регрессор: Я сокрушу ваше будущее. Книга 2 - Александр Кронос

связь с мышцами. Тигра повело в сторону и он промчался мимо цели, рухнув прямо на камень. Тут же рыкнул, развернувшись и вскочив на все четыре лапы. Но в тот же момент, наконечник моего копья вошёл в его затылок, с хрустом пробивая череп.

Тот же самый приём, что с лэйком. И он снова оказался эффективным. Вожак умер. Тогда как я, врезавшись ногами в его хребет, покачнулся от притока меноса.

Новой способности не появилось — их и так было четыре. Чтобы закрепить пятую, требовалось нечто уникальное. Как та подборка о которой рассказала Тесса. Из-за неё я слегка скорректировал свои планы. Как только десятого мая будет решён вопрос в Москве, сразу же полечу в Лондон. К Золотому Столбу.

Выдернув копьё, прыгнул. Оттолкнувшись от спрессованного воздуха, взлетел вверх и снова ударил копьём, вогнав его в череп ещё одного тигра, что был на одном уровне силы со мной. Потом стегнул кислотными нитями, обрубая крыло другому и уронив его на камень, рядом с двумя «альфами», которые тут же всадили в животное копья. Снова прыгнул.

Спустя десяток минут всё было кончено. Самых сильных тигров я убил собственноручно. Тех, что были ниже «дельты», отдал кандидатам. Из десяти Защитников, которые отправились со мной на вылазку, не осталось ни одного «альфы». Девять «бет» и один «гамма». Тот самый, что уже был «бетой», когда мы сюда отправлялись. Смог прикончить сразу четверых крылатых тигров, один из которых вероятно был «дельтой». Пробившись на нижнюю планку следующего ранга. Похвально.

Ранения получили сразу трое. Но относительно серьёзным был только один случай — мужчине разворотило бедро. Его после первой помощи с моей стороны, пришлось отправить назад. Целительских способностей ни у кого из отряда не было. В двенадцати мирах такие вообще редкость. Однако, около Столба ему окажут медицинскую помощь. После чего какое-то время придётся провести в постели, дожидаясь, пока регенерация справится с раной и нога полностью восстановится.

На этом всё не закончилось — следующим этапом стала разделка добычи. Мясо у крылатых тигров было горьким и невкусным. Полезность у него тоже была сомнительной. Но вот сердца — их стоило вырезать и съесть все. Каждое содержало внутри вид меноса, что укреплял плоть и ускорял её слияние с энергией. Не так сильно, как печень пустынного кашалота. Однако и рост у окружающих меня Защитников был не таким стремительным, как у меня.

Спустив туши на опушку леса около основания горы, мы принялись за дело. Вырезали сердца, которые тут же жарились на кострах, снимали шкуры, вырывали клыки и вырезали менос-ядра из позвоночников.

Получалось не у всех и винить их в этом было сложно. Городскому жителю, который ни разу никого не убивал и не потрошил, такое поначалу кажется кровавой жестью из фильма ужасов. А деревенский в моей десятке был всего один. Выглядя на фоне всех прочих настоящим потрошителем.

Тем не менее постепенно все вошли во вкус. Влились. Сам же я стал обладателем восьми великолепных шкур. Из одной, самой прочной, можно будет пошить мокасины. Чтобы не менять обувь каждый раз, когда потребуется дать импульс ускорения. Ещё мне бы не помешала куртка и штаны. Нужно будет только окрасить и подготовить инструмент, который сможет эту шкуру резать. Плюсом к нему — комплект игл для работы. И нитки.

Последние видимо придётся вытягивать из жил всё тех же крылатых тигров. Потому как ничего более подходящего на ум не приходило.

Подавая пример, съел все восемь сердец. Несмотря на то, что я достиг ранга «эпсилон», лишним это не было. Потом, тут же, прямо на месте, провёл мастер-класс по вливанию энергии из менос-ядра в оружие. Усилив собственное копьё и нож, который презентовал мне Елисеев. Высококлассная сталь с палладиевым напылением.

Как только мы получим деньги за мясо «черепахи», я собирался купить собственную лабораторию. Либо что-то вроде научно-исследовательского производства. Плюс наладить создание самого оружия. Но самое главное — помимо напыления, я хотел делать копья, наконечники которых будут полностью отлиты из металлического палладиевого стекла.

Именно поэтому я оставил солидную часть менос-ядер, чтобы с их помощью усилить уже своё новое оружие.

Назад мы возвращались, как настоящие охотники. Увешанные шкурами, перепачканные в крови и отчаянно желающие принять душ. А как только появились около Столба, над которым начинало светлеть небо, я увидел бегущего ко мне мужчину, который оставался в качестве координатора всех остальных. Андрей Соплов ранга «гамма». Решительный и что немаловажно, умный Защитник.

Подлетев, затормозил около меня, освещённый прожекторами со стены и мерцанием Изумрудного Столба.

— Самолёт с нашими сбили над Польшей. Степан Тростенский мёртв, у остальных получилось выжить. Но…

— Что?

— Кажется они захватили Лодзь… А польский президент заявил, что близок к объявлению войны. Нам и Канаде.

* * *

Первое, что Франсуа попытался сделать — позвонить. Его собственный телефон лежал на соседнем сиденье в самолёте, а аппараты Петра и Василины выпали при падении. Поэтому он попытался попросить мобильник у первого встреченного ими прохожего.

По словам Василины, Лодзь находился в Польше. И пусть Лебуа почти ничего не знал об этой стране, но рассчитывал на более или менее нормальную реакцию местных жителей.

Однако первый же прохожий, услышав его вежливое обращение, побежал прочь. Остановившись метров через десять прокричал что-то про «курву» и «пердоле», после чего пошатывающейся походкой скрылся за углом.

— Может быть его догнать? Курва, это ж ругательство у них такое вроде.

Пётр, который успел немного отойти, задумчиво смотрел на переулок, в котором скрылся местный житель. С другой же стороны заговорила Василина.

— И телефон у него забрать бы неплохо.

— Но-но, мез ами. Шеф сказал, ограничить насилие врагами и самообороной. Разве этот счастливый и пьяный человек на нас нападал?

Двое его спутников переглянулись. Отвечать на риторический вопрос ни один из них не стал. Зато, когда они уже зашагали дальше по разбитой дороге, Пётр озвучил другую ремарку.

— Пьяный и посреди ночи… Не факт, что он счастливый.

— Те, кто пьют в ночи, либо алкоголики и дегенераты, либо счастливые люди, которые могут себе такое позволить, мон ами. Я предпочитаю думать о тех, кого впервые встретил, только хорошо.

Сам парень только вздохнул. А вот Василина, которая до сих пор чуть прихрамывала на левую ногу, вдруг улыбнулась.

— Есть ещё третья категория.

— Какая? — с живым интересом посмотрел на неё Франсуа.

— Люди, которые в четыре часа ночи закончили работу, успев