Газлайтер - Григорий Володин

— У меня жизнь наладилась благодаря вам! Спасибо! — она снова улыбается от уха до уха, а потом вдруг ее тонкая талия сгибается, мою щеку обжигает быстрый поцелуй, и тут же девушка пулей уносится из зала, покраснев до ушей.

— Хватило бы торта, — беру я салфетку и вытираю щеку от помады. А Кира с Софией задумчиво молчат, но недолго — уже в машине они начинают доставать просьбами рассказать, за что меня благодарила официантка. Приходится поведать тот случай. Эх, а я-то надеялся помедитировать в дороге. Но с двумя девицами в машине это в принципе невозможно. Будет уроком на будущее.

Приезжаем домой в темноте. Близкие и домашние встречают радостно, мама с Леной и Лакомкой сразу кидаются обниматься и поздравлять с гербом. Антонина Павловна и Мария Федоровна тоже обнимают. А Степан от души хлопает меня по плечу так мощно, что внутри тела раздается гулкий звук.

— Молодец, сынок!

— А кольцо покажи, дядя Данила, — Мария Федоровна маленькими ручонками берет мою кисть и разглядывает золотую печатку. — Ух ты!

— Это дворянский перстень, Маша, а не просто кольцо, — учит дочь Антонина Павловна и весело смотрит мне в глаза. — Это один из знаков принадлежности к благородному сословию.

— Мелиндо, получается, ты теперь наш барин? — строит глазки альва, эротично поправив золотой локон под соломенную шляпку.

— А как же! — откровенно разглядываю ее точеную фигуру в легком платье. — Теперь кому-то придется слушаться мои повеления.

— Кхе-кхе, — подает голос Кира, которая вместе с Софией стоят чуть поодаль.

— Точно! Сударыни, простите! — поворачиваюсь к близким. — Позвольте представить Ее Благородие Киру Игоревну Паукову и Целительницу рода Вещий Софию Александровну Женкову.

— Целительницу рода Вещий⁈ — восклицает Лена.

— Именно так, — важно кивает София, поправив ворот пиджака.

Я представляю Кире и Софии всех близких и домочадцев, а затем огорошиваю их:

— Кира Игоревна и София Александровна разместятся у нас. Так как «Цитадель» еще не построена, то безопасных гостиниц в городе пока что нет, а комнат в доме достаточно.

— Раз так, то я помогу девушкам разместится, — решает Антонина Павловна.

Ну и завертелось. Пожелав спокойной ночи, мама со Степаном отправляются домой, учительница занимается новоприбывшими девушками, а Лакомка с Леной, схватив с двух сторон меня под руки, уводят куда-то наверх. А когда мы переступаем порог моей комнаты, все вопросы снимаются сами собой. Особенно когда жадные женские руки быстро сдирают с моих плеч рубашку.

— Долго же тебя не было, мелиндо, — обжигает ухо шепот Лакомки. — Обещанный сюрприз успел заждаться.

* * *

Друзья, пожалуйста, не забудьте поставить лайк)

Глава 22

Чья «нора»?

Мы с девушками просыпаемся почти одновременно поздно утром. Раньше не смогли разлепить веки. Очень уж долгим вышел сексуальный марафон, чему немало поспособствовало чередование участниц. Такие длинные дистанции мне еще не доводилось преодолевать.

— Это было нечто, — воркует Лакомка, качая высунутой из-под одеяла ножкой, пока Лена нежится в моих объятиях, зажмурив глаза от удовольствия, словно кошка. — Надо почаще так.

— Я не против, — произношу с серьезной миной. — Это достаточно неплохая тренировка выносливости.

Альва весело хихикает, а Лена, неожиданно встрепенувшись, с неохотой отрывается от меня.

— Сегодня же в школу! — восклицает она. — Мне надо ехать домой собираться.

— Да, надо, — произношу я с ленивым вздохом. Сидеть за партой сейчас меньше всего хочется, но за мной и так числится титул самого злостного прогульщика, и надо как-то реабилитироваться. — Кстати, а со Светкой всё нормально? А то мне в Москву только она одна не звонила.

Лена поджимает губы.

— Даня, тут случилась новость, — серьезно произносит девушка. — Не знаю в курсе ли ты…В общем, Старшему жузу одобрили многоженство. Гриша на днях признался. Как он сказал, Старший жуз служит главной опорой Царю в казахских степях, за эту заслугу всему клану оказали огромную милость. Казахи ведь тенгриане, многоженство у них привито традициями, так что они давно этого добиваются. Мне кажется, Гриша мог уже свататься к Све…Даня, почему ты улыбаешься? — сидит вся она такая серьезная, причем прикрывшись лишь одной тонкой простыней, которая, к слову, сползла с самых эротичных мест, а девушка и не замечает.

— Я тут вспомнил, что сегодня первый урок не алгебра, а значит мы можем спокойно его прогулять, — действительно расплываюсь я в улыбке и притягиваю полуобнаженную девушку к себе, а второй рукой скидывая одеяло с Лакомки, которая только и рада поддаться мне навстречу.

* * *

В школу пришлось опоздать и мне, и Лене. Ну и ладно, с нас не убудет. Лена и так отличница, да мне ничего не стоит за вечер прочитать пару учебников от корки до корки. К тому же, как я сказал, первый урок не алгебра, Антонину Павловну мы не расстроим, значит, потери терпимые.

Пока же я буду учиться, мои работницы займутся настоящим делом. Кира уехала в «Энергосинтез», а София с моего разрешения на гвардейскую базу — изучать дрессированных зверей.

Пока я добираюсь до школы, обдумываю распорядок ближайшего месяца. Планы у меня грандиозные — опыты с химерами только чего стоят! Да и нельзя забывать про обычные звериные продукты: концентрированные белковые смеси, энергобатончики и прочее-прочее. Как только у Лакомки появится время, она создаст пару рецептур. Вообще надо ее разгружать от непосредственного зельеварения — этим пускай лаборатории Киры занимаются. Альва не должна сама делать пластыри и микстуры, ее острый ум пускай лучше созидает новые формулы.

Лакомка, Лакомка… Срочно нужно найти алиби для ее ушек. Не вечно же ей ходить в шляпках, к тому же риск разоблачения огромен. Когда она станет известной, а это неминуемо, то ее физиология откроется общественности. Нужно достоверное объяснение. Я уже дал Сергею Сивых поручение что-то придумать. Серега — бывалый ветеран, да и какое-то время служил в разведке, а значит, много что видел, много где бывал. Вот пускай и думает думу.

Школьные коридоры полны галдежа учеников. Я даже и не представлял, насколько успел соскучиться по школе. После первого урока все одноклассники по очереди поздравляют меня с гербом. Сильно расстаралась Камила — испекла имбирные печенья в глазури. Только Гриша со Светой