Расследования Марка де Сегюра.(Книги 1-26) - Лариса Куницына

алкорцев. Наши надежды на спасение таяли с каждым часом, но вдруг ты пробился к нам со своими кавалеристами и, разметав рыцарей альдора, едва не зубами вырвал нас из их когтей. С тобой тогда было полсотни всадников против двух сотен железных псов луара.

— Остальные двести уже лежали под стенами, сражённые вашими мечами и стрелами. Какой по счету приступ я прервал своей атакой?

— Я не считал.

— Вы оба — герои, в отличие от меня, — вставил своё слово де Грамон. — Я — книжный червь и тыловая крыса, согласен. Но обмен комплиментами вы можете отложить на потом? Марк, ты возьмёшься за это дело?

— Куда я денусь… — проворчал де Сегюр.

— Тебе нужны мои люди, Марк? — посерьёзнев, спросил Адемар.

— Пока нет. С захватом замка контаррена я погорячился. Он разумный человек, да и у меня нет особого желания сражаться с ним на его территории, особенно учитывая его миссию.

— Я сообщу графу Раймунду, что передал это расследование тебе, — с некоторой поспешностью сообщил де Грамон. — Не забывай докладывать мне, как продвигается дело.

— Как всегда, — пожал плечами Марк.

— То есть мне придётся бегать за тобой, что б что-то выяснить? Впрочем…

И Адемар с усмешкой похлопал своего тёзку по плечу.

В тёмное время суток улица военных баронов выглядела особенно мрачно. На длинных высоких оградах, сложенных из массивных каменных блоков, были подвешены большие кованые фонари, которые своим рассеянным светом выхватывали из темноты круги мощёной мостовой. Высокие стены с зубцами и башенками тонули в темноте. В узких бойницах окон, перехваченных решётками, горели свечи.

Проехав по улице в сопровождении оруженосцев и охраны, Марк спешился перед воротами массивного городского замка, который даже по сравнению с соседними домами выглядел неприступным. Он спешился и передал поводья Шарлю, а к нему тут же направился высокий человек, закованный в поблескивающий панцирь. Дорогу ему тут же заступил капитан де Ланьяк, недвусмысленно положив руку на эфес меча.

— Подождите, капитан, это стража прево, — остановил его Марк и кивнул незнакомцу. — Граф де Лорм к лорду контаррену.

— Простите, ваше сиятельство, — поклонился человек в панцире, — не признал вас в темноте.

Он вернулся на свой пост, а Марк подошёл к воротам и заколотил в них кулаком. Через какое-то время дверца в воротах приоткрылась, и оттуда выглянул сторож.

— Лорд контаррен никого не принимает, — тявкнул он и захлопнул дверцу.

Марк обернулся к капитану де Ланьяку и кивнул ему. Тот с готовностью застучал в ворота своей кованой перчаткой. Через какое-то время дверца снова открылась, и Марк, не дожидаясь очередной отповеди, заявил:

— Тайная полиция короля Сен-Марко к лорду контаррену. Передайте ему, что его желает видеть граф де Лорм!

— Он не принимает! — упрямо повторил сторож.

— Если он меня не примет, то в следующий раз я ударю в эти ворота тараном! — прорычал Марк.

Дверца снова закрылась, и через какое-то время ворота скрипнули и приоткрылись ровно настолько, чтоб между ними мог пройти один человек. На улицу вышел рыцарь, в котором Марк узнал Мигеля Феррата, после чего створки снова сомкнулись.

— Войди в наше положение, Марк, — произнёс рыцарь, поприветствовав его. — Контаррен прибыл в Сен-Марко по приказу альдора, он уполномочен вести переговоры и не желает до их начала иметь контактов с кем бы то ни было из окружения короля, чтоб его не обвинили в предвзятости.

— Мне плевать на переговоры, Мигель! — заявил Марк. — Я здесь не с частным визитом, и не по поводу его миссии. Я расследую убийство и мне необходимо допросить его в связи с этим.

— Допросить? — изумился Феррат. — Ты в своём уме? Ты собираешься допрашивать маркиза Беренгара?

— А в чём дело? — уточнил Марк. — Он что, пользуется здесь какими-то особыми привилегиями, в связи с чем на него не распространяются законы Сен-Марко? Ты вообще, помнишь, где находишься, друг мой? Это город короля и здесь правит он! По указу его отца, короля Ричарда тайная полиция может входить в любой дом, не спрашивая разрешения у хозяев. Я пока спрашиваю, но если я не получу это разрешение, я вернусь сюда с солдатами и осадными машинами.

— Не горячись, — попросил его Феррат. — Утром здесь уже был де Грамон, он сообщил нам о смерти Барлода. Это прискорбно, мы ответим на ваши вопросы, но после переговоров.

— Ты шутишь? Барлод был отравлен мышьяком, подмешанным в вино, которое, судя по прилагаемой записке, прислал ему Беренгар, а ты предлагаешь мне ждать окончания переговоров? Кто будет вести переговоры с тем, кто подозревается в убийстве? Ступай к контаррену и скажи ему, что если он не хочет, чтоб я вышиб эти ворота и препроводил его в Серую башню, где он после долгой разлуки будет иметь беседу со своим давним другом графом Раймундом, пусть снизойдёт до разговора со мной.

— Ты серьёзно? — ещё больше встревожился Феррат.

— Это похоже на шутку? — уточнил Марк.

— Подожди немного, я не могу сам впустить тебя. Я ещё раз поговорю с лордом контарреном и, надеюсь, он тебя примет.

— Убеди его, Мигель. Это, прежде всего, в его интересах!

Феррат постучал в ворота, они ненадолго приоткрылись, и он скрылся за ними. Прошло не более пяти минут, и они снова отворились.

— Граф де Лорм может пройти к лорду контаррену, — объявил молодой оруженосец в нарядном камзоле. — Остальных прошу остаться за воротами.

Марк снова издал сдавленное рычание, но спорить не стал. Он вошёл во двор и вслед за оруженосцем проследовал в дом. Он проходил по залам небольшого замка, которые выглядели довольно аскетично, если не знать стоимости украшавших их гобеленов, образцов оружия и скульптур, изображавших рыцарей в боевых доспехах. Марк не раз бывал здесь в дни своей юности, ему даже приходилось упражняться с мечом под внимательным взглядом маршала, и он всегда очень старался, чтоб произвести на него наилучшее впечатление. С тех пор в доме почти ничего не изменилось, как прежним осталось и его отношение к маркизу Беренгару. Марк был зол, но не столько из-за его упрямого нежелания встретиться, сколько на тех, кто поставил его перед необходимостью столь дерзко вынуждать маркиза к этой встрече.

Беренгар ждал его в кабинете, где кроме него находились ещё какие-то рыцари, среди которых были и алкорцы. Марк подумал, что контаррен не хочет, чтоб кто-то заподозрил его в тайном сговоре с королём по поводу переговоров. Это было странно, потому что раньше как лорд контаррен он пользовался полным доверием альдора. Теперь он бросил на непрошеного гостя непроницаемый взгляд и холодно произнёс:

— Граф де Лорм, вы требовали встречи, я принял вас. Что вы хотели мне сказать?

— Я хотел бы, чтоб вы ответили на некоторые вопросы, связанные со смертью члена вашей миссии сэра Барлода, — ответил Марк.

— С чего вы взяли, что эта смерть как-то связана со мной?

Марк молча достал из своего подсумка письмо и протянул его Беренгару, тот развернул его и прочёл.

— Это подделка, — пожал плечами он, возвращая ему послание.

— Мне это известно, но я хотел бы знать, о каком недоразумении в нём говорится? Кто мог о нём знать и почему Барлод оказался в гостинице, где умер, в то время как остальные ваши спутники находятся здесь?

— Вряд ли это имеет значение, — возразил лорд контаррен. — Если вы поняли, что это письмо — подделка, так зачем пришли сюда?

— Чтоб найти того, кто его подделал. Я должен выяснить, как связано это письмо со смертью сэра Барлода.

— Выясняйте! При чём здесь я?

— Ваше сиятельство, — голос Марка стал мягким и вкрадчивым, — вас не смутило, что один из ваших рыцарей скончался, едва покинув ваш кров, и на место его смерти подкинули письмо, якобы написанное вашей рукой? Как вы думаете, зачем это было сделано? И не будут ли скомпрометированы результаты порученных вам переговоров, если будете скомпрометированы вы?

— О чём вы, граф? — насторожился Беренгар.

— О том, что вы далеко не первый, на кого направлен подобный удар. До вас, видимо, доходили слухи о том, что недавно тень подозрения в убийстве уже пала на маркиза Делвин-Элидира, который должен был представлять на переговорах Сен-Марко. У него неопровержимое и самое надёжное алиби: он был у короля, но кого это волнует? Молва уже несёт по городу грязные сплетни о нём. Кто же следующий? — Марк зажал письмо двумя пальцами и показал его собеседнику.

— Вот оно что… — пробормотал тот и потёр лоб, после чего обернулся к присутствовавшим в кабинете рыцарям. — Простите, господа, не могли бы вы нас оставить.

Те с поклонами удалились, а контаррен посмотрел им вслед и обернулся к своему оруженосцу.

— Постой