"Фантастика 2026-160". Компиляция. Книги 1-28 - Вахтанг Глурджидзе

— Совпадение это или нет, — сказал Сава на закрытом совещании, — но от подарков судьбы не отказываются. Получить приглашение на свадьбу несложно. Чеченцы — гостеприимный народ.

Мы с Матвеем с ним согласились. И Сава оказался прав.

Доев мороженое, мы погрузились в такси и назвали адрес, полученный от Александра Ивановича. Останавливаться там, где привыкли видеть Петра Шереметева, естественно, мы не собирались.

Глава 45

— Нам точно сюда? — обеспокоенно спросила Яра, когда машина свернула с обычной городской улицы в переулок и запрыгала по ухабинам вдоль одноэтажных домиков, прячущихся за разномастными заборами.

— Э, чего обижаешь? — возмутился водитель такси. — Я свой город, как пять пальцев знаю.

Он растопырил пятерню, и машина вильнула в сторону, чуть не влетев в кусты. Савелий, сидящий сзади, подхватил обеих девчонок, не позволяя им упасть.

— Да просто непривычно, — поддержала подругу Катя. — Ехали по центру города, и вдруг окраина.

— Э, какая окраина? Центр и есть.

Водитель лихо объехал яму, прохрустел по гравию, взметнул клубы пыли и остановился возле зеленого забора. Напротив калитки росла старая липа, а с другой стороны дороги тянулась канава, засаженная деревьями с мелкими красными и желтыми плодами. А за ней — кирпичный забор и двухэтажное здание, в котором Савелий опознал больницу.

— Республиканская больница, — подтвердил Матвей, проследив его взгляд. — Здесь когда-то американцы жили, они и дома эти построили, два квартала. Вокруг уже позже местные поселились. Тут еще один квартал вглубь — и берег реки.

— О, мы туда сходим? — обрадовалась Катя. — Там, наверное, красиво. Это же горная река?

Из-за угла вывернули бараны. Может, и не стадо, но штук семь или восемь — точно. Их с гиканьем гнали босоногие мальчишки в трусах. Нетвердым аллюром бараны проскакали мимо, к реке.

— Там частная территория, — ответил Матвей. — На Сунжу в другом месте посмотреть можно. Она берет начало в горах, но здесь, в городе… короче, сами увидите.

Это счастье, что Матвей уже бывал в Грозном. Он неплохо ориентировался на местности и знал, чего ожидать от чеченцев. Например, заранее предупредил девчонок, чтобы не оголялись сверх меры. Русским девушкам не запрещено носить шорты и мини-юбки, и замечания никто не сделает, но… неприлично. А молодые горячие парни, и вовсе, могут позволить себе лишнее.

Пока ехали по городу, Савелий заметил, что чеченок легко отличить от русских, даже не сравнивая внешность. Все чеченки носили платки или косынки и длинные платья с длинными же рукавами, несмотря на жару. И платья эти блестели на солнце, как новогодние елки, потому что в тканях переплетались в узорах золотые и серебряные нити.

Александр Иванович предупредил, что в квартире будет хозяйка.

— Это в крупных городах за приезжими никто не следит, а в маленьких — все на виду. Да и вам проще будет — накормят, за порядком проследят. Хозяйка одна живет, но у нее есть родственники в других городах, и соседи об этом знают.

Калитку открыла полная женщина лет пятидесяти: приятное лицо, короткая стрижка, широкий сарафан, резиновые тапки на босу ногу.

— Наконец-то! Как добрались? Заходите, заходите! — суетилась она. — Как выросли-то! Как повзрослели!

Представление она устроила для соседки, что подходила к канаве, неся лестницу и ведро. Позже Матвей объяснил, что деревья с красными и желтыми плодами — это не дикая слива, а алыча, и из нее варят варенье или вкусный соус для мяса.

Дом стоял в глубине сада. От калитки к крыльцу вела асфальтированная дорожка, вдоль которой цвели флоксы. Крыльцо густо оплело какое-то южное растение с ярко-оранжевыми цветами, похожими на трубочки и колокольчики одновременно. Слева два окна и глухая стена соседнего дома, увитая плющом. Справа — огромный розовый куст под окном. В саду росли фруктовые деревья. Савелий узнал абрикос, персик, сливу, черешню и вишню.

— Нам не сюда, дом обойти нужно, — сказала хозяйка. — Я этой дверью не пользуюсь.

За углом дома ковер из трав и южных цветов обрывался, уступая место розарию. Еще один поворот — и они миновали малинник и беседку из винограда. К слову, пах он одуряюще сладко.

— Сорт «Изабелла», — сказала хозяйка, заметив, что девчонки принюхиваются.

Между двумя деревьями висел гамак. А на ветках этих деревьев — крупные желтые плоды, размером с голову ребенка.

— А это… — заинтересовался Савелий.

— Айва, — подсказала хозяйка. — Варенье из нее очень вкусное. Я вас угощу. Заходите в дом.

Там они и познакомились, закончив представление для соседей.

Хозяйка назвалась тетей Валей.

— Лучше так, чтоб вы не путались, — пояснила она. — Соседи любопытные, но с расспросами не полезут. Им я скажу, что племянник приехал на пару дней, с друзьями. Гостинцы привез. Вы из Москвы, отдыхали в Кисловодске, заехали по просьбе родителей. Пойдемте, я вам комнаты покажу. Одна для девочек, другая — для мальчиков.

Дом оказался небольшим, в три комнаты. Но потолки высокие, полы паркетные. Обстановка небогатая, зато чисто и уютно. И, главное, прохладно, несмотря на отсутствие кондиционера.

— Голодные? — спросила тетя Валя. — Если помыться хотите, то ванная комната одна. Вода горячая есть, у меня колонка.

— И грязные, и голодные, — ответил за всех Матвей. — Катя, Мила, идите первыми.

У Савелия вновь дернулся глаз. Из Яры Мила, как из него — балерина! Но Матвей прав, учитывая обстоятельства. Имя звучало непривычно, однако Савелий готов смириться, лишь бы Яра подольше выглядела, как девушка. Ей так идет это легкомысленное платье в цветочек. И босоножки со множеством ремешков. И роскошные рыжие волосы, переливающиеся на солнце.

Савелий тяжело вздохнул.

— Матвей, я во дворе подожду, — сказал он.

Убивая время, он прошелся по дорожкам сада. Обнаружил три дерева с грецкими орехами, одно — с зелеными грушами, жесткими, несмотря на конец августа. А еще несколько кустов с помидорами, грядку с огурцами, фасоль вдоль забора и нечто вытянутое и зеленое, на лиане, оплетающей ствол абрикосового дерева.

— Это мочалка.

— Чего? — переспросил Савелий.

— Мочалка, — повторил Матвей. — Это варят и получается мочалка. Да ладно, не смотри на меня так. — Он рассмеялся и понизил голос: — У деда похожий дом и сад кварталах в пяти-шести отсюда. Там еще один городок, построенный американцами.