Фантастика 2026-140 - Павел Игоревич Хохлов

узнать о нем. Уже через некоторое время она стала распознавать, когда у нее срабатывает целительский дар. В этом случае из рук льется золотистый свет и ладошкам становится тепло, когда же дар некроманта, то ладони начинает холодить. Чем больше используешь этот дар, тем холоднее становится рукам. При этом свечение отсутствует, кажется, что по руке проходят волны энергии.

Стан же, пока Ириска занималась самостоятельно, телепортировался к своим вновь приобретённым родственникам. Старики Нероль решили все наследство переписать на внука. Пригласили поверенного, который специальным камнем-артефактом проверил существование родственных связей между юношей и стариком, и после этого принялся за документы. Старик Нероль очень хотел, чтобы внук жил вместе с ними, но юноша не мог оставить девочку. Он дал себе клятву, еще будучи в приюте, что не оставит Ириску ни при каких обстоятельствах. Он не стал все объяснять старикам, лишь мягко отказался, сославшись на учебу.

Неожиданно через месяц после всех событий в их доме появился начальник тайной канцелярии господин Миртем. Ребята слышали, что разговор в гостиной между начальником тайной канцелярии и Теодором шел на высоких тонах. Они как раз вернулись с очередной прогулки вместе с магистром Эдвардом Лионилом и услышали конец их разговора.

— И как вы себе это представляете, господин Миртем? Как я должен сказать девочке с неокрепшей психикой, что ей необходимо выслушать рассказ призрака о том, как его убили? Я не собираюсь этого делать только из-за того, что следствие не может сдвинуться с мертвой точки, — возмущался Теодор.

— Господин Карнези, король срочно велел найти виновных. Это не первый случай убийства аристократов. Поверьте, мы использовали все возможности, чтобы выйти хоть на какой-то след, но все остановилось на месте.

— Боитесь, что полетят ваши головы, и вы лишитесь высокого места? — ухмыльнулся.

— Я за место не боюсь, кто знает, может, пока мы с вами разговариваем, уже убили еще кого-нибудь, — сказал начальник тайной канцелярии.

И сказано это было не просто так, он раньше Теодора заметил свидетелей их разговора и решил своими словами затронуть душу ребёнка, взывая к ней о помощи. Теодор резко обернулся к двери и заметил присутствующих.

— Это нечестный ход с вашей стороны, господин Миртем, — сквозь зубы процедил опекун.

— Дядя, мне несложно, я помогу.

— Подожди, Ирсанэль, — Теодор повернулся к своему гостю. — Дайте мне магическую клятву, что до ее совершеннолетия не попросите помощи такого характера от девочки. Это первый и последний раз.

Господин Миртем сморщился, но клятву принес, видимо, дела у них шли еще хуже, чем было сказано.

— Я не умею вызывать духа, может, вы мне покажете фотографию, чтобы я могла представить его и позвать? — спросила девочка.

— Не надо никакой фотографии, просто возьми у начальника полностью его имя и вызови. Начни так. Имя, затем родовое имя взываю тебя, и в воздух отправь немного магии некроманта. Для нас это как путеводная нить, сразу душа его притянется к тебе, — вклинился в разговор учитель-призрак.

— Знаете, господин Миртем, просто назовите мне его имя и родовое имя, остальное я сделаю сама.

— Граф Кранил Лоттерум.

Ириска тут же быстро прочитала то, что сказала ей душа старого Карнези.

Перед ней появился средних лет мужчина, голова которого вся была в крови.

— Ничего себе, как вас сильно-то, — прошептала девочка, удивленно оглядывая призрака.

— Ты меня видишь?

— Да!

— А эти? Почему все, к кому я не обращаюсь делают вид, что не видят меня и не реагируют на мои слова, — с каждым словом мужчина начинал говорить все громче, пока не сорвался на крик.

— Потому что вы умерли, точнее — вас убили, — ответила девочка, затем обернулась к господину Миртему, который внимательно следил за ней. — Задавайте свои вопросы, он в таком состоянии, что может исчезнуть. Еще не осознал, что его уже нет среди живых.

— Ты почему, недоросток, общаешься так, как будто он не видит меня. Я не мог умереть, не мог, — начал вновь кричать граф. И мужчина рванул в ее сторону. Что уж хотел сделать призрак графа, останется неизвестным, но его резко отбросило от девочки. Ириска только заметила, что перед ней встали несколько неупокоенных душ.

— Если вы не успокоитесь, я не смогу помочь выяснить, кто вас убил, и вы останетесь неотмщенным, — громко произнесла девочка. После этих слов призрак изменил цвет и стал каким-то блеклым и невзрачным, с каждой минутой становясь все светлее и более прозрачнее.

Девочка подошла к призраку и посмотрела на него:

— Так как, будем рассказывать или жалеть себя?

В этот момент говорила не маленькая девочка, а самодостаточная женщина Татьяна Волкова, которая знает, о чем говорит и что спрашивает.

— Помню, что зашел в таверну, там за соседним столом сидели двое. Один из них мне показался очень знакомым, но я никак не мог его вспомнить. Я взял кружку слабого алкогольного напитка, так как должен был на следующий день отправиться в столицу по поручению герцога. Выпив, почувствовал себя плохо и вышел на улицу. За мной последовали те двое, которые сидели за соседним столом. Резкая боль в голове и больше ничего не помню, пока ты не позвала меня.

Ириска быстро передала все слова графа начальнику тайной канцелярии.

— Спроси его, девочка, по какому вопросу он должен был ехать в столицу.

— Увезти письмо от герцога королю.

— Письмо было при вас?

— Нет. Хотел вначале выпить и перекусить перед дорогой и только после таверны собирался заехать к герцогу.

— Спасибо. Если он вспомнит тех двоих пусть передаст через тебя, — попросил господин Миртем.

— Господин начальник тайной канцелярии попросил вас об одолжении. Если вы вспомните имена тех, кто сидел в таверне, то он будет вам очень благодарен.

— Я слышал, что он сказал, — усмехнулся граф.

Глава 13

Занятия у Ириски становились с каждым разом все сложнее. Это касалось уроков Магистра, но обучение у призрака тоже стало более интенсивным, и она чувствовала, что надолго ее не хватит. Детский организм уже устал от большой нагрузки, и она через две недели слегла в постель с сильной головной болью. Целитель, обследовавший девочку, сказал, что это произошло из-за переутомления. Теперь она лежала в постели и мучилась от безделья. Для той, которая целыми днями только и знала, что не расставалась с книгой, данная ситуация совершенно не нравилась.

Когда магистр зашел в комнату к девочке, она очень обрадовалась, но мужчина лишь мягко улыбнулся ей.

— Как ты себя чувствуешь, деточка? Все ругаю себя, что слишком загрузил учёбой твой еще неокрепший детский организм, — он виновато посмотрел на свою воспитанницу.

Видя,