Стань светом в темном море. Том 3 - Softcoral

— Какого цвета волосы у этой Элизабет? — спросил я.

Джозеф, хоть и удивился, ответил четко:

— Белые. Цвет, который в конце времен получают все как символ равенства.

Да чтоб тебя.

— Она, случайно, не светлокожая? Увешана драгоценностями с головы до ног?

Скажи «нет». Скажи, что не ее я застрелил на выставке.

— Да. Все верно. Похоже, вы с ней уже встречались. Она рассказывала вам о Церкви Бесконечности?

— Нет.

Можно ли вообще назвать это встречей?

Пока мы с Джозефом перебрасывались фразами через неудобно стоявшего между нами Син Хэряна, откуда-то издалека донесся еле различимый мотив Twinkle, Twinkle Little Star. Похоже, медик вот-вот будет здесь. Приближаясь к месту назначения, он автоматически включает какую-нибудь известную мелодию.

Причин тому несколько. Пока медик передвигается на четырех конечностях, его еще можно принять за какое-нибудь животное, но, задействовав все восемь, он становится пугающе похож на огромного паука. Более того, если дорога труднопроходима или здание частично разрушено, встроенный в медика искусственный интеллект может принять решение лезть по стенам.

Когда медики только появились, их внешний вид не раз вызывал панику: люди теряли сознание от страха, особенно ночью, или звонили в полицию. Неизвестно, кто предложил сгладить их пугающий образ песенкой, но идея оказалась неожиданно удачной. Услышав знакомую мелодию, раненые начинают надеяться на спасение. Музыка играет и во время движения, что помогает пострадавшему не терять сознание. Прохожие же, услышав ее, машинально останавливаются, отходят к стенам или в сторону, освобождая дорогу медику.

Мелодия становилась все громче и наконец зазвучала прямо за дверью Deep Blue, как будто торопила ее открыть. Похоже, медик уже на месте.

— Лягте, закройте уши, откройте рот и зажмурьтесь. И не двигайтесь с места.

Почему? Я даже не успел задать вопрос, как Син Хэрян уже пополз к входу, прижавшись к полу. Наверное, у него были на это причины. Я плюхнулся на живот, заткнул уши, приоткрыл рот и зажмурился, надеясь, что все делаю правильно.

Раздался тихий звук открывающейся двери и что-то вроде скрежета — похоже, медик зашел внутрь.

Сквозь ладони, прижатые к ушам, едва слышалась знакомая мелодия. Сколько еще держать глаза закрытыми? Я украдкой приоткрыл один глаз и увидел медика. Оценив узкий коридор и бардак на полу, он одним движением раскрыл свои длинные тонкие ноги — все четыре — и, словно паук, уцепился за стены. Было слышно, как под его движениями потрескивает штукатурка. Син Хэрян внимательно осмотрел корпус медика, будто ожидая найти слезоточивый газ, светошумовые гранаты или взрывчатку, но внутри был только стандартный набор для оказания первой помощи. Тем временем медик отобразил на экране улыбающийся эмодзи и терпеливо замер на месте.

Син Хэрян повернулся ко мне и сказал:

— Можете открыть глаза.

Джозеф заерзал, как гусеница, повернулся в сторону двери и с явным неодобрением уставился на Син Хэряна:

— Остальные даже не знают, где сейчас Пак Мухён! Я вызвал медика, чтобы спасти раненых. Ты за кого нас держишь?!

— За психов.

Джозеф, видно, пытался не ругаться при мне, но в конце концов не выдержал и сорвался:

— Ты… ты! Ю факинг XXXXX! Думаешь, живым отсюда выйдешь? Ты кто вообще такой, ублюдок?!

Он орал во все горло, покраснев от злости. Син Хэрян тем временем приказал медику въехать в кабинет. Коридор был изначально узкий, а теперь тут валялось еще два опрокинутых стула и корчились на полу раненые, поэтому медику ничего не оставалось, кроме как ползти по стенам. После того как он с гудением скрылся за дверью, Син Хэрян подошел к раненым, вырубил одного за другим нажатием на сонную артерию и принялся буквально забрасывать их в кабинет. В свете фонарика было видно, как по полу размазывается кровь... Да уж, при таком обращении они точно не выживут. Ну просто кинь их посильнее, чего уж там.

Швыряя очередного, Син Хэрян представился:

— Я Син Хэрян, руководитель инженерной команды «Ка».

— Тот самый психопат, о котором ходят слухи?

— Закрой рот, пока я не показал тебе, насколько слухи преуменьшены.

— Тебе еще осталось что показывать?

Проигнорировав этот саркастический выпад, Син Хэрян скрылся в кабинете. Я остался в приемной, поэтому слышал только звуки — судя по ним, он там заодно и ремонт начал.

Если положить человека на корпус медика, тот выпускает паутинообразные нити, опутывает ими тело, фиксирует и доставляет, куда надо. Вероятно, Син Хэрян укладывал на медика и Пак Эён, и тех, кого сам подстрелил.

— О, спаситель…

Надеюсь, это не ко мне.

— О, властелин вечного времени, спаситель всех живых существ на планете.

— Вы сейчас ко мне обращаетесь?

Да чтоб тебя.

— Подайте мне, пожалуйста, мой нож. Он на столе.

— Простите?

Я посмотрел на стол — там действительно лежал нож, который, судя по всему, Син Хэрян отобрал у Джозефа.

Сектант заерзал, дергая связанными запястьями и лодыжками, и зашипел:

— Поторопитесь! Это наш шанс!

В приемной остались только мы двое. Он что, всерьез думал, что я сейчас передам ему нож и мы сбежим, пока Син Хэрян в кабинете? Этот человек уложил троих вооруженных нападавших, не сделав ни единого выстрела.

«Это же простая арифметика: чтобы справиться с ним, вам нужно как минимум шесть, — подумал я. — Или, на худой конец, чтобы он оказался тяжело ранен, или местность была ему крайне невыгодна. Или чтобы у вас был свой Син Хэрян».

— Это не шанс, а самоубийство. Я, конечно, раньше не бывал в заложниках, но даже мне ясно: сейчас не время вести себя подозрительно или делать что-то, что может вывести из себя человека с оружием, который и так на пределе. Пытаться сбежать вот так, с наскока, без плана, — это, простите, чистой воды суицид. Сидите спокойно и не делайте глупостей.

— Вы мне не доверяете?

Я взрослый человек. И довольно давно работаю в коллективе.

— Дело не в доверии. Я вас всех впервые вижу. И если честно, хочу лишь, чтобы никто больше не пострадал.

Из кабинета снова зазвучала музыка, на этот раз громче. Луч фонарика метался в темноте, подсвечивая продвигающегося по коридору медика. Тот напоминал огромного паука и тащил за собой три белоснежных кокона. В одном из них — самом маленьком, сбоку, — что-то коротко блеснуло, будто внутри был лазурит. Еще секунда, и медик пересек коридор и скрылся за дверью.

ГЛАВА 190

ЦЕРКОВЬ БЕСКОНЕЧНОСТИ

Часть 7

Вскоре песня медика стихла вдали, и в Deep Blue повисла тишина. Син Хэрян вернулся в приемную — весь в крови, но с чистыми руками. Видимо, успел вымыть их в умывальнике. Он скользнул взглядом по столу, потом — по Джозефу. Всего один взгляд, и уже хочется отвести глаза. То же ощущение, как когда мимо проезжает полицейская машина: вроде ни в чем не виноват, а напрягаешься.

— Мы ничего не делали, — сказал я.

Никто не просил передать ему нож и не пытался сбежать, ничего такого, клянусь. Мне самому стало неловко, и, будто оправдываясь, я уже открыл рот, но Син Хэрян только махнул рукой: садись, мол. Джозеф уже лежал связанный, и теперь к нему присоединились мы с Син Хэряном — на полу кабинета, который не убирали со дня открытия.

Син Хэрян заговорил, словно объясняя:

— Все раненые отправлены в госпиталь.

— Прекрасно. Давайте не будем увеличивать их число.

Джозеф скосил глаза на Син Хэряна и заерзал, пытаясь устроиться поудобнее. Потом заговорил:

— Раз ты инженер команды «Ка», значит, из Кореи? У вас там инженеры с оружием на «ты»?

Син Хэрян даже не удостоил его ответом.

Джозеф, будто не замечая игнора,