Магазинчик психических расстройств - Виталий Григорьевич Михайлов

Вик подумал, что имитатор сейчас голосом фрау или Семёна Яковлевича одернет Плещеева, заявив, что никакой это не музей, но имитатор, сволочь такая, сказал: «Разумеется». А еще: «Отличная мысль». Мол, Elizaveta Petrovna наверняка одобрит, правда, сейчас занята.

– И еще, – вошел в раж писатель и психолог, – хорошо бы поставить стеллаж с моими книгами – для продажи. Елизавета Петровна ведь не будет возражать?

Имитатор заверил, что нет.

– Вот и славно, – просиял Леонид Савельевич. – Приятно иметь дело с разумными людьми.

Вик решил, что с него хватит. Может‚ он и сумасшедший, но не обязан все это выслушивать. Вик попытался слинять, однако был замечен не в меру глазастым Леонидом Савельевичем и тотчас окликнут:

– Молодой человек! Можно вас на минуту?

Вик обернулся, не забыв растянуть губы в вежливой улыбке.

– Добро пожаловать?

– Мы с вами не успели в прошлый раз побеседовать. Вы так быстро… ушли. Не расскажете, что вас расстроило?

«Играет на публику», – догадался Вик.

И впрямь, явившаяся с Плещеевым компания, затаив дыхание, ждала, как психолог и писатель размажет по стенке осмелившегося ему перечить мальчишку.

– На прошлой лекции вы сказали, что люди с ментальными особенностями не способны любить, по сути, назвав их бракованными, – начал Вик. – И что лучше не заводить с ними близких отношений. Я правильно помню?

– Все так, – кивнул Плещеев. – И еще. Любой психически больной – это бомба замедленного действия. Никогда не знаешь, когда взорвется. И лучше не быть в это время поблизости. Еще в тысяча восемьсот девяносто первом году профессор Владимир Фёдорович Чиж писал о том, что душевнобольные часто проявляют полное равнодушие к страданиям и радостям других. Цитирую по памяти: «У душевнобольных нет нравственных идеалов, нет способности жертвовать удовольствиями и полное безучастие ко всему‚ кроме себя». Разве с этим можно спорить?

– Видите ли, – собрался Вик с мыслями. – Психические болезни бывают очень разными. И обобщения здесь неуместны. Это все равно что отождествить синяк с переломом. К тому же некоторые современные исследователи отмечают, что люди с ментальными особенностями куда человечнее своих так называемых нормальных сограждан. Но в чем-то вы правы. Есть невероятно тяжелые случаи. Продолжать близкие отношения с такими людьми нелегко. Только вот что, по сути, предлагаете вы. Допустим, жена попадает в аварию и оказывается прикована к инвалидному креслу. Мужу придется заботиться о супруге не в пример больше, чем до аварии. А она не сможет справляться по дому и на работе, как раньше. И что, нужно немедленно ее бросить и найти другую? И кто после этого не способен любить?

Дамы обратили взор на писателя и психолога, требуя ответный удар.

– Аварию предусмотреть нельзя. Не связываться с душевнобольными – можно.

– От болезней не застрахован никто. И повторю, их великое множество.

– Психические расстройства заразны, юноша, – поджал губы Плещеев. – Не в прямом смысле, конечно. Ухаживая за человеком с травмой позвоночника, вы не наживете перелом. А связавшись с психически нездоровым, рано или поздно заболеете сами. И как тяжело – неизвестно.

– Я имею весьма продолжительный опыт такой жизни, Леонид Савельевич. И, как видите, остаюсь совершенно нор… нормальным, – нетвердо закончил Вик.

– Его мать – сумасшедшая, – прошептала на весь магазин Балтрушайтис Б.

Плещеев чуть прищурился и мягко ответил:

– А вы уверены в этом, юноша? Я с первого взгляда понял, что с вами не все в порядке. Если не секрет, чем именно больна ваша мать?

– Это вас не касается.

– Так я и думал, – благостно улыбнулся писатель и психолог. – Вы чересчур эгоистичны. Налицо прогрессирующий эдипов комплекс. Мне вас искренне жаль. Видите ли…

– А может, купите что-нибудь? – поддался внезапному порыву Вик. – Я сделаю скидку.

– «Куплю»? – не понял Плещеев.

– Ну вы же все-таки пришли в магазин. Выбирайте.

– А почему бы и нет? – развеселился Плещеев. – Что рекомендуете? Учтите, я не миллионер.

– Не волнуйтесь, тратиться не придется. Слышали про соспэзо?

– Подвешенный кофе?

– Кое-что получше.

При этих словах старик в засаленном костюме и в шляпе с обвисшими полями встрепенулся и зло посмотрел на Вика. Тот было отправился на кассу, но потом передумал. Замер в нерешительности, обернулся к Плещееву, сдержанно извинился, сказал имитатору снять «подвешенный» товар и убрать куда подальше. Сам же двинулся прочь из торгового зала. По пути чуть не налетел на Балтрушайтис, снова извинился и спросил‚ не хочет ли она приобрести воображаемого друга.

– Реальных некуда девать, – ответила г-жа.

Сделал что мог.

Вик заметил у стенда с неврозами и психозами мужчину в сером, на ходу взял протянутый конверт и скрылся за дверью Клуба любителей психических расстройств. Плещеев что-то говорил ему вслед, но Вик уже не слушал. Дискуссию он безнадежно проиграл.

* * *

Остаток дня Вик провозился с уборкой и украшением клуба. В торговый зал больше не ходил. Пусть клиенты сходят с ума в свое удовольствие, если так приспичило, он им в этом не помощник. Во всяком случае‚ сегодня.

Чувствовал Вик себя все хуже и – вот странность – на локтевом сгибе обнаружил след от иглы. Будто ему поставили капельницу и чем-то накачали. А может, он продолжает галлюцинировать, поди разберись.

Что до письма, оно пришло от Кристин и было таким:

А вас не так легко зазвать в гости! Ничего, я умею быть настойчивой. Поскольку вы так сильно загружены по будням, приглашаю на обед в субботу. Время – час дня. Адрес прежний. До встречи,

Кристин

Хоть это не привиделось. Ехать Вик, разумеется, никуда не собирался, а Горину тоже пора заканчивать с розыгрышами. Имитатор вон и тот образумился.

Домой Вик шел в самом мрачном расположении духа, на какое только был способен. И все же заметил, что у батискафа творится неладное.

Там были псы и кто-то еще. Мистер Синий громко сказал: «А нехрен сюда лезть!» Нормальный человек прошел бы мимо, особенно учитывая прежний опыт, но Вик, похоже, с катушек слетел окончательно. Иначе как объяснить, почему он нырнул в кусты сирени и выбрался на тесную полянку, где творилось вот что.

Двое мистеров – Синий с Блондином – держали паренька, того самого, который искал Короля улиток. В руке Синего Вик заметил банку с пауками и личинками. Было совершенно ясно, что псы успели от души накормить ребенка насекомыми. Его даже вырвало на батискаф, и теперь псы заставляли мальчика слизывать блевотину с железного бока.

– О, еще один, – сказал мистер Синий. – Вам че здесь, медом намазано?

– Повезло тебе, гнида мелкая, – отозвался мистер Блондин. – Счас Горбатый за тебя дохавает.

Мистер Синий направился к Вику, поигрывая банкой, только сегодня Вик бежать не собирался. Наоборот, сделал шаг и взял банку у мистера. Тот удивился, но больше сделать ничего не успел. Вик с размаху заехал банкой Синему по голове. Удар получился страшным, да и пришелся не куда-нибудь, а в лоб.

Синий заверещал‚ закрыл голову руками и‚ хоть не упал, на ногах едва держался. Вик подобрал осколок побольше, чтобы заняться мистером Блондином. Тот сунул руку в карман, но Вик полоснул мистера по лицу. Хватило одного удара, и Блондин выбыл из игры.

Вик уронил осколок в траву и побрел к дому. Поднялся на третий этаж, не особенно заботясь о том, видит его кто-нибудь или нет. На двери белел листок:

КВАРТИРА СУМАСШЕДШИХ

Собрание жильцов

Он сорвал и скомкал листок. Насчет ма Вик не был уверен, но он – уж точно.

Глава, в которой Вик идет в гости

Ма пришлось долго успокаивать, и‚ когда она наконец заснула, Вик и сам уже валился с ног от усталости. Он все ждал, когда в дверь позвонят – родители псов, санитары или полиция. Интересно, его сразу посадят или сначала попробуют вылечить? Хотя полиция мистерам ни к чему – еще начнут вынюхивать, узнают про «шпалер с бабками»…

Вик лег на кровать, прислушиваясь к шорохам и скрипам. На секунду закрыл глаза. Потом