Изгой рода Орловых: Барон 2 - Данил Коган

Где-то внизу, сквозь гул осыпающегося бетона, прорвался новый звук. Тварь орала так, что, несмотря на индивидуальные «купола тишины», которые держали сразу два воздушника, у меня, например, снова пошла из ушей кровь. Защитная реакция такая, больно-то ей не было. В отличие от нас.

Гранатометный пуск ушел вниз, в клубящееся пылевое облако. Что там рассмотрела Заноза, я не знаю, сам я видел только смутные очертания гигантской шевелящейся груды мусора.

Внизу полыхнуло.

Я отклеился от стены, отстегнул страховочные тросы и замахал руками с зажатыми в них сигнальными химическими светильниками. Ветер был в сознании. Меня подхватил поток воздуха и понес вниз навстречу орущей куче.

Бетонные плиты, арматура навалились на тушу твари, придавив ее к днищу бункера. Наш оппонент имел крепко сбитый силуэт, горбатую спину с двойным рядом шипов по ней. На короткой шее сидела башка с квадратной пастью — размером с ковш карьерного экскаватора.

Я видел, как монстр ворочается под завалом: одна лапа перебита, хвост бешено лупит по сторонам, разбрызгивая черную жижу дряни вокруг.

Понятно, что монстр не сдох. Более того, прямо на моих глазах повреждения, нанесенные ей упавшим сверху эквивалентом девятиэтажки, зарастали. Он стягивал к себе дрянь с окружающих стен и пола, восполняя потери с довольно неприятной для нас скоростью.

Вж-у-у-у-х! Мимо меня промчался очередной гранатометный выстрел. Левый глаз чудовища практически выгорел дотла.

Прямо передо мной появился конструкт — вихрь воздуха с вплетенными в него струями огня. Адское веретено вращалось, набирая обороты.

Увеличиваясь.

Я вливал в него резерв, а передо мной мелькали варианты будущего, из которых я почти интуитивно выбирал те, что не ведут к моей смерти.

Правее.

Больше.

Влить еще огня, ускорить вращение…

Третья граната — и снова в левый глаз. Заноза не зря носит звание снайпера. Короткая шея не позволяла монстру сильно двигать головой, но она все равно дергалась, как эпилептик на электрическом стуле. Ракета прожгла слой, который заменял твари глазную кость, и рванула внутри черепа.

Был бы мозг — было бы сотрясение.

Несмотря на меткую стрельбу Занозы, монстр постепенно высвобождался. С его гигантского тела сползали тонны мусора. Тушу порождения дряни становилось видно все отчетливей. Впрочем, Заноза просто сейчас создавала дополнительную точку напряжения. Монстру нужно было тратить ресурсы на то, чтобы залатать нанесенные объемными взрывами повреждения. Это давало мне драгоценные доли секунд для накачки конструкта.

Сверло росло. Оно уже было метров шесть в длину и почти два в диаметре. Вой, наверное, стоял как от самолетной турбины. Слава духам, что я ничего не слышал, закрытый магией Красавчика.

Конструкт опустошал мое стихийное сердце, сожрав уже больше половины, но этого было мало! Все еще мало.

Еще один выстрел! Часть черепа с обратной стороны от глаза взорвалась осколками и слизью. На некоторое время через отверстие можно было рассмотреть шипы на спине.

Адское веретено превратилось в раскаленный штырь из почти чистой плазмы. Сочетание воздуха и огня позволяло разогнать температуру конструкта до невероятных значений.

А монстр внизу почти выбрался. Гигантские лапы начали распрямляться, толкая тушу вверх. Единственный оставшийся глаз гипнотически уставился на меня. Когти скребли по полу, оставляя за собой трещины размером с оросительные канавы.

Сверло передо мной пульсировало. Мне нужно еще две секунды!

Огромная пасть раскрылась и рванула ко мне. Я даже не шелохнулся, продолжая вливать в конструкт остатки резерва.

Секунда.

В голову твари прилетел бетонный блок размером с автобусную остановку. Спасибо Кабан!

Монстра швырнуло назад, челюсти щелкнули в полуметре от моих тактических ботинок.

Готово!

Пасть снова распахнулась. И я наконец отпустил свой конструкт в полет. Гигантская белая игла понеслась вниз, выжигая воздух на своем пути.

Конструкт ударил точно в пасть монстра. Прожег череп. Прошел вдоль позвоночника, выжигая энергоканалы.

Активация!

Внутри монстра вспыхнуло небольшое плазменное солнце, выжигая дрянь и прерывая энергопотоки, превращая упорядоченную структуру в хаос.

Тварь замерла, наткнулась на невидимую стену. А потом медленно развалилась на части, как будто изнутри нее орудовал невидимый мясник.

Меня мягко опустили на пол, посреди останков гигантской туши. Я прошел мимо куска лапы с когтями. Обогнул купол черепа с обугленной глазницей и дырой в затылке. Впереди сиял внутренним светом огромный эфириум. Взрыв плазмы очистил его покруче любой алхимии. По-своему гениальная идея была, уж не знаю чья, спрятать «скрижаль» внутри тела дрянского монстра.

Я подошел, любуясь переливами рунных цепочек, движущихся внутри кристалла по своим загадочным траекториям.

Рядом со мной мягко приземлился Красавчик, держащий в руках изолирующий контейнер.

Я еще немного полюбовался на лежащее передо мной чудо технологий. Затем махнул рукой Красавчику: пакуй эту штуку, парень.

Нам пора домой.

Глава 16

Предвестие проблем

Пока мы с Красавчиком похищали главную ценность, оставшуюся в башне Синицыных после обрушения, наши трое стрелков, уработали всех тварей еще на подходах. До Кабана добежало всего две штуки, которых он и нашпиговал картечью, а потом нарезал тонкими ломтиками своей «кочергой». Несмотря на то, что твари мельче «тройки» напасть не осмелились, и среди них было несколько «четверок», моя команда переработала их на дрянь почти не вспотев.

Да, мой отряд действительно теперь может считаться элитным. Дай время — и у меня будет гвардия на уровне лучших башен империи. Да только кто же мне даст его, это время? Я чувствую, как оно утекает сквозь пальцы.

Во время этого путешествия ко мне вернулась способность видеть знаки над головами окружающих. Например, я знал, что Санек долго не проживет и умрет мучительной смертью. Корчащийся в агонии человеческий силуэт не давал поводов для разночтений. Знал, что спасенных нами инженеров ждет долгое тюремное заключение, но они выживут. Никаких знаков над командой я не видел. Это могло означать, что в ближайшее время их не ждет перемен в судьбе. Или что решения, после которых эти перемены наступят, еще не приняты. А еще я инстинктивно понимал, что, в отличие от видений, знаки указывали на то, на что я не могу повлиять непосредственно. Совсем. Окончательный вердикт судьбы. Это как с теми офицерами, над которыми я видел знаки ранений или смерти. Война началась. Их судьба определилась, когда турецкие офицеры вскрыли в новогоднюю ночь свои черные конверты. Хотя, что я об этом знаю? Можно, конечно, поэкспериментировать — запереть Санька на четвертом, дать безлимитный доступ в интернет и к