Изгой рода Орловых: Барон 2 - Данил Коган

— Я просто задержал двух преступников, которые пытались замести следы своих злодеяний, ваше превосходительство, — ответил я спокойно. — Добрый вечер.

Сделал паузу, но генерал просто смотрел на меня. А Волков, ни на кого не смотря, скорчив страдальческую мину, уставился в потолок. Ну что за цирк? Что я ещё должен сказать? Поразмыслив, я добавил:

— Надеюсь, Управлению пойдёт на пользу то, что моей команде удалось вскрыть преступное сообщество, скрывавшееся под личиной офицеров министерства.

Волков кашлянул, но промолчал. Генерал же, глубоко вздохнув, бросил взгляд на отложенные бумаги и с лёгкой грустью в голосе произнёс:

— Да уж, спасибо вам. Огромнейшая моя личная вам, Алексей Григорьевич, благодарность. Неклюев вообще-то на базе не сам по себе сидел. У него полно высоких покровителей. Теперь, когда делу после вашей жалобы дан официальный ход, понеслось дерьмо по трубам. Я, конечно, всегда знал, что он там грязные делишки обтяпывает, но Волков раскрутил ваших пленных — и такой гнойник вскрылся… Думаю вот, не прикопать ли вас где-нибудь по-тихой в благодарность-то, Алексей Григорьевич.

На эту гнусную инсинуацию я счёл возможным промолчать. Видимо, «высокие покровители» уже высосали мозг генерала через трубочку. Я не сомневался, что подполковника кто-то прикрывает — слишком нагло, не по чину он себя вёл. Но разве это мои проблемы? Генерал сам глаза закрывал на эту грязь, которая творилась у него под носом. Пусть теперь разгребает.

— Если меня никто не собирается арестовывать, я, пожалуй, пойду? — невинным тоном осведомился я.

— Куда! Сидеть, Орлов! — рявкнул генерал, немедленно став тем самым Громовым, которого я знал. Всё благолепие с него слетело вмиг. — Решение о вашем аресте принимается прямо сейчас.

— Это за что ещё? Какое обвинение мне собираются предъявить? — я принял вид оскорблённой невинности.

Нет, речь ведь явно не о моём не очень законном задержании капитана с сообщником. Здесь, кажется, колёса следствия крутятся в нужную сторону.

— Присвоение княжеской собственности в особо крупных размерах, в основном. В составе организованной группы. Там ещё административки до кучи докидаем. Вынос из зоны заражения потенциально опасного предмета, неподчинение приказу ликвидатора в зоне заражения, совершение действий, могущих подвергнуть опасности гражданское население… Что ещё, Волков?

— Макар Ильич, я жду, когда вы к сути перейдёте. Ко всей этой чуши я не хочу иметь никакого отношения. Нет, если хотите, я добавлю пару статей из уголовного и административного имперских уложений к вашему набору. Просто мне не кажется, что Алексей Григорьевич впечатлён всем этим сотрясением воздуха, — раздражённо ответил Волков.

— За что я вас терплю, Орин? — генерал закатил глаза. — Ладно, не отвечайте. Или мы будем вынуждены выслушать получасовой дифирамб вашей гениальности. Так что скажешь, Орлов? Сам отдашь похищенное, добровольно так сказать и с искренним раскаянием? Или как?

— У меня два вопроса, ваше превосходительство. Первое: почему вопросом присвоения княжеской собственности занимается ваше ведомство? Здесь вроде не тяжкие и не опричнина. И второе: что именно я похитил? Не просветите меня?

Ну, ясно всё. Такое странное продолжение истории со скрижалью. Как-то очень быстро всё наружу выплыло. Выходит, о том, что «скрижаль» не уничтожена и находится на территории района, знали или предполагали. Откуда дровишки — мне понятно: лесенка короткая, Иваныч — Воронцовы. А там… княжеский двор, что решето, информация могла уйти вообще куда угодно. А вот то, что Громова в этой схеме задействовали, действительно странно. Хотя…

— По моим сведениям, — он снова бросил взгляд на бумаги, — вы нашли в районе, находящемся под патронажем княжеского рода Воронцовых, некий артефакт, изготовленный родом, который был низложен императорским указом. Согласно… короче, Орлов. Все артефакты поверженного рода Синицыных, а также принадлежавшие им средства производства, да вообще всё в районе Синицыных — собственность рода Воронцовых. И вы сейчас беседуете со мной, а не со службой безопасности князя, только потому, что происшествие произошло в зоне ответственности Управления и частично находится в нашей юрисдикции. Проще говоря, я пытаюсь дать вам шанс выйти из этой ситуации с минимальными потерями. Не только у Неклюева есть высокие покровители. У некоего Орлова, оказывается, тоже есть крыша. Дворцовая.

Ну, я так и думал. Дорогая сколько-то-юродная бабуля всё же позвонила куда следует. Причём даже раньше, чем мне об этом сказала. Не думал только, что всё так серьёзно. Понятно, что арестовывать меня никто сейчас не будет. Но обвинение в присвоении предъявить вполне могут. Вовремя я титулом обзавёлся. Да и покровителями тоже вовремя, что скрывать.

— Удивительно, откуда вы эти сведения получили, ваше превосходительство? Ни один из тех, кто спускался со мной на первый уровень, такого рассказать не мог. Да и всё это как-то неконкретно. Какой артефакт? Что он делает? Почему кто-то считает, что он принадлежал Синицыным, а не, например, группа погибших обронила?

— Отрицать, значит, будете? И в своих людях вы настолько уверены, что думаете, они пройдут проверку ментата? Напомню: всё, что находится в районе Синицыных, — собственность князя.

— Кроме эфириумов, ваше превосходительство. Не так ли? Трофеи, выпавшие из дрянских монстров, и в их числе эфириумы, принадлежат добывшей их команде. Могу поклясться, и мои люди это подтвердят, что ничего, кроме эфириума, мы на Синице не находили и не брали.

— И даже, — он перелистнул страницу, — алтарь неких «Первородных» не потрошили? С извлечением артефакта?

— Санек раскололся, что ли? — я поднял бровь. — Так его с нами не было на конечном этапе. Я же его вместе с инженерами спасёнными наверх отправил. Как он там, кстати?

— Покончил с собой в камере, — сквозь зубы произнёс Громов. — Официально. Неофициально, когда люди Неклюева выбивали из него эти показания, перестарались. Но его показания косвенно подтверждаются показаниями спасённой вами пары инженеров. И то, что поселения «Первородных» больше не существует, — факт.

— До поселения мы не дошли, Макар Ильич. Завалили охранника — властелина тамошнего гнезда — и ушли наверх. Никто из нас алтарь этот в глаза не видел. Готов пройти допрос с ментатом… а вот же он, — я не очень вежливо ткнул пальцем в Волкова, который в очередной раз пытался поудобнее пристроиться на стуле и одарил меня в ответ весьма злобным взглядом. — Когда моих людей на допрос присылать?

— Слушайте, Орлов. Если всё было так, как вы говорите, мне допроса ваших людей с ментатом будет вполне достаточно. Более того, до всех кого нужно я результаты допроса доведу. Но, боюсь, люди, которые заинтересовались вашей эскападой на Синице, этим не удовлетворятся. Понимаете?

— Понимаю, ваше превосходительство. Как не понять. Но это уже будут в чистом виде мои проблемы, ведь так? Официально