Изгой рода Орловых: Барон 2 - Данил Коган

Из центрального района я переместился к себе в «соколятник». Время, которое меня будут мурыжить у Воронцовых, я рассчитал даже с некоторым запасом, поэтому перед встречей заскочил домой.

«Чайку» я оставил на общественной стоянке и проулками дошёл до неприметного ресторанчика с лучшей кухней в Соколовском районе. Чуть-чуть, по моему мнению, до кухни «Диогена» не дотягивало.

Меня с поклоном встретил владелец и проводил в частную комнату. Впрочем, у этого ресторана в принципе не было общего зала. Банкеты или прочие торжества ребята устраивали на выезде.

Массивная фигура его милости Фурсова уже заняла низкий кожаный диванчик. Барон задумчиво щипал виноградную гроздь. На моё появление он вяло махнул рукой. По телефону, когда я предложил встретиться, он, кстати, тоже не проявил никакого энтузиазма. Я поздоровался и упал в кресло на противоположной стороне стола. Прану из-за печати Воронцова вычерпало из меня изрядно, и я ощущал себя так, как будто мне к каждой ноге привязали грузило в пяток килограмм весом.

— Ну, вы, конечно, удружили, Алексей Григорьевич, — наконец произнёс барон своим сильным низким голосом. — Не знаю, что вы там спёрли в глубине района, и знать не хочу, но моих партнёров второй день потрошат как рыбу на прилавке. Кучу народу упекли, поставки пришлось прервать. Часть товара конфискована. Ребята говорят, что лет десять такого шмона не было.

— Ваши партнёры что, хотят предъявить мне претензии? — удивление в моём голосе было вполне искренним.

Пропасть между «партнёрами» барона, то есть полисными бандитами, и бароном была такой же, как между бароном и Воронцовыми.

— Они, конечно, люди отбитые, но не идиоты же. Идиоты в этом бизнесе долго не живут. Или высоко не поднимаются. Но у них есть претензии ко мне. Я ведь их крыша. А накат идёт с такой высокой колокольни, что я совершенно ничего не могу сделать. Так что, Алексей Григорьевич, я пребываю в состоянии меланхолии и некоторого охерения, если позволите.

Я понятливо кивнул:

— Воронцовы. Здесь я ничего не могу сделать, Максим Андреевич. Но с сегодняшнего дня напор должен сойти на нет. Меня вызывали в башню и, как видите, отпустили.

— Если бы только Воронцовы. У них руки коротки. Всё же здесь не их район. Нет, гвардия их что-то там шмонала, но так — больше шуму, чем убытков. С соколовскими ментами у нас всё более-менее ровно. Они поизображали бурную деятельность, мы им сдали два протухших склада да котлету денег сунули — и все дела. Но опричники свирепствовать начали. Опричники! Контрабандистов ловят! Последние времена настают, верно вам говорю, Алексей Григорьевич.

А этим-то что понадобилось? Хотя понятно что. Меня не дёргали, потому что получили документы от Громова. Повода нет. Но вдруг я настолько тупой, что решил сбыть «покраденный» артефакт через местных контрабандистов? Вот и трясут их. Заодно агентуру обновляют, я так понимаю.

— Думаю, это тоже ненадолго, — «утешил» я своего делового партнёра. — Я так понимаю, все операции по обороту трофеев встали? У меня здесь гора трофеев с четвёрок и троек в очистку ушла.

— Да. Придётся переждать недельку, как минимум, — ответил барон. — Но вы же не за этим встретиться хотели, Алексей Григорьевич?

— Не за этим. У меня к вам специфическая просьба. И я бы хотел, чтобы вы отнеслись к ней со всей серьёзностью. Ну как будто от этого зависит ваша жизнь и жизнь близких.

— Будь вы из моих партнёров, Алексей Григорьевич, я бы воспринял ваши слова как неприкрытую агрессию.

— Но я не из них. Я много не могу вам сказать, но представьте: по уровню нанесёт удар парагон. Много у вас шансов выжить?

— Только если повезёт. Я понял: что-то масштабное готовится. Не проще из полиса свалить в таком случае?

— На Воронеже строится весь ваш бизнес и положение в обществе, не так ли? — Фурсов кивнул, лицо его помрачнело ещё больше. — Ну вот. Мне нужна информация. Нет, не с того начал. Будет теракт, организованный Белой Ордой. Теракт готовится масштабный. Сотни тысяч жертв, — увидев недоверчивое выражение его лица, я подчеркнул: — Не тысячи, сотни тысяч. Я, естественно, слил информацию СБ Воронцовых, но у меня такое ощущение, что мои слова там всерьёз не восприняли.

— Да знаете, — он покачал головой, — мне пока что тоже трудно серьёзно отнестись к вашим словам. Хотя… это же вы колдуна поймали? Потом ещё в центральном районе была какая-то история со шпионом Орды. Тоже вы?

Я развел руками и улыбнулся. Мол, было дело под Полтавой.

— Что же, я вас внимательно выслушаю.

— Да про угрозу почти закончил. Планируется какой-то ритуал, который запустит самовоспроизводящуюся печать, — увидев на его лице непонимание, пояснил: — Пожирая людей, эта штука растёт. Дотягивается до новых и снова растёт.

— А! — сказал он. — Как гнездо, только быстрое. Ну да, такого от ордынцев стоит ожидать. Хрена себе новости, Алексей, вы притащили. Это если такую хреномантию на третьем уровне запустить… реальный звездец может наступить. Но что я-то могу сделать?

— Вы сразу уловили суть, Максим Андреевич. И вы можете сделать, пожалуй, побольше, чем СБ Воронцовых в этом вопросе. Вот какой помощи я хочу от вас: для ритуала требуются жертвы. Довольно много. Ордынцы ограничены в передвижениях по уровням. Значит, будут использовать для похищений уличные банды и подобную шваль. У вас есть свои информаторы в этой среде… — Фурсов энергично закивал, и я не стал продолжать. Умному достаточно. — Второе. Они как-то должны проникнуть в центральный район полиса. Не скажу, что это сильно сложно… Однако они тоже могут подстраховаться и обратиться к тем, кто знает неконтролируемые безопасностью тропы.

— Я понял, Алексей Григорьевич. Можете не продолжать. Что ещё мне можно знать, чтобы задать нужным людям правильные вопросы?

— Есть информация, что теракт произойдёт под одним из торговых центров «Полоса». Место должны готовить заранее.

— Допустим, я что-то узнаю. Передам вам. Что вы планируете делать с этой информацией?

— Если мы определим место, я со своим отрядом пойду и разнесу ублюдков к дрянской матери.

— Хм. Думаете, официальные власти вам не поверят? Или…

— Я был предельно откровенен с вами, барон! — слова «с вами» я выделил интонацией. — И попросил помощи именно у вас. Что я сделаю с информацией дальше, согласитесь, уже моё дело.

Фурсов согласно покивал, даже ладони выставил: мол, ты прав, твоё дело.

— Последнее, Максим Андреевич. Цена за вашу помощь? Я бы хотел знать её заранее. Вряд ли вам такую информацию будет легко добыть.

— Вы меня сейчас обидеть хотите? Я какой никакой, а всё же