Лекарь из другого мира - Рина Вергина

Когда дети закончили, раздались аплодисменты.

— Прелестно! — воскликнула баронесса Арвиль, вытирая глаза кружевным платочком. — Просто прелестно!

Она первой подошла к ларцу для пожертвований и с важным видом опустила туда вексель. За ней потянулись остальные.

Я думала, что он просто исчезнет после официальной части. Но Коста — нет, Констанс — остался. И ходил по приюту. Медленно, внимательно. Говорил с детьми. Одному даже взъерошил волосы.

Я заметила, как Лиза уцепилась за его мундир, трогая блестящие пуговицы, а он не оттолкнул ее. Просто присел на корточки, чтобы быть с ней на одном уровне, и что-то тихо сказал. Девочка рассмеялась.

В эти моменты Коста не выглядел принцем, а тем самым простым солдатом, которого я когда-то выхаживала в госпитале.

И это его внимание, эта неожиданная простота трогала меня. Я ловила себя на том, что слежу за ним взглядом в надежде утонуть в бирюзовом цвете его глаз. Наверное, просто понять, что не только приют его интересует.

Разговор, начавшийся с обсуждения выступления, незаметно перетек к более тревожным темам.

— Слышали новости из Лангрева? понизил голос граф де Ланже. — Город закрыли. Говорят, половину жителей скосила лихорадка. А похоронный колокол не смолкает с раннего утра до поздней ночи.

— Лекарства — вот где настоящая беда, — фыркнул советник Мерсье, — Все запасы ушли на армию, как всегда.

Я почувствовала, как Коста, стоявший рядом, напрягся.

— Вот именно! — подхватил кто-то из гостей. — Может, лучше направлять средства в госпитали, а не в приюты?

Леруа резко поднял голову:

— Разве дети менее достойны помощи?

— Конечно, нет, — вмешался Коста, и все сразу замолчали. — Но вопрос резонный. Мне известно о ситуации в отдаленных городах. Хочу заверить, что принимаются все меры по нераспространению болезни.

— Ваше Высочество совершенно правы. Но где взять достаточно лекарей?

Граф де Ланже нервно постучал тростью по полу:

— В моем поместье уже три человека слегли с лихорадкой. Лекарь только руками разводит...

Все взгляды неожиданно обратились к доктору Леруа. Он стоял, скрестив руки, а его обычно добродушное лицо стало необычно серьезным.

— Доктор, — обратилась к нему баронесса Арвиль, — что делать, если болезнь достигнет столицы?

Леруа медленно обвел взглядом собравшихся, затем его глаза остановились на мне.

— У меня… у нас… был опыт борьбы с этой болезнью. Да, было тяжело, но мы справились. Благодаря в том числе, хозяйке этого вечера…

Все взгляды обратились на меня.

— Но баронесса еще не закончила школу… — начала говорить баронесса Арвиль.

— Тем не менее она разбирается в этом вопросе. Я знаю, что вместе с профессором Эльмаром они много времени проводят в лаборатории. Изготавливают лекарство…

— Средство от всех болезней? — кто-то язвительно рассмеялся.

Я вспыхнула.

— Мы разрабатываем то, что может спасти жизни, — резко сказала, поднимая голову.

— Тогда, может, вы спасете нас всех? — баронесса Арвиль затрясла подбородком.

— Может, и спасу, — приняла я вызов.

По-другому ответить было нельзя.

К счастью, в этот момент в зал вошли дети с угощениями, и разговор переключился на что-то более легкое.

Я вышла во двор, чтобы перевести дух. Вечерний воздух был прохладным, и я с наслаждением вдохнула его полной грудью.

— Храбро.

Голос за спиной заставил меня вздрогнуть. Коста стоял в нескольких шагах, его лицо было скрыто тенью от деревьев.

— Но безрассудно, — добавил он.

— Я привыкла отвечать за свои слова, — пожала я плечами.

Он подошел ближе. В свете фонаря его глаза казались еще ярче.

— Я могу помочь? Если тебе понадобится что-то, пришли записку. Через моего камердинера Франка.

— Просто так?

— Просто так.

Он повернулся, чтобы уйти, но вдруг остановился:

— И, Марика...

— Да?

— Я рад, что ты приняла мое приглашение. Твоя помолвка…

— Я разорвала ее.

Коста коротко кивнул. Его губы дрогнули в улыбке.

— Ты сегодня прекрасно выглядишь.

И, прежде чем я успела что-то ответить, он растворился в темноте.

42

Когда мы с Антуаном подходили к госпиталю, то первое, что бросилось в глаза — это толпа перед закрытыми дверьми.

— На этой неделе заболевших еще больше, — проворчал Антуан, — скоро госпиталь не вместит всех, кому требуется помощь.

— Кажется начинается эпидемия.

Я прикусила нижнюю губу. С момента открытия приюта прошло чуть больше двух недель. Разговор о надвигающейся болезни никак не выходил из головы.

По-хорошему, уже пора применять какие-нибудь меры. Непременно нужно расспросить доктора Леруа. Он должен знать, что твориться в городе и насколько велика опасность распространения заразы.

А пока нас ждал урок анатомии.

Преподаватель, сухопарый доктор Моро, стоял у демонстрационного стола с застывшей улыбкой.

— Господа, — он провел рукой над прикрытой простыней фигурой, — сегодня у нас отличный экземпляр. Молодая женщина, умершая от неизвестной лихорадки. Обратите внимание на характерные высыпания на коже...

Мне слишком хорошо были знакомы эти симптомы. Наверное, только годы практики из прошлой жизни позволили мне сохранить хладнокровие.

Я выскочила с лекции раньше времени. Под ехидными взглядами других студентов. Подумают, что дала слабину. Плевать. Мне нужен Леруа.

Леруа я застала в кабинете. Он что-то записывал в тетрадь с мрачным видом.

— Доктор, что происходит? — ворвалась я в кабинет без стука.

Леруа поднял на меня усталый взгляд.

— Присаживайтесь ближе к столу, баронесса.

Он отодвинул стопку бумаг, обнажив карту города с красными отметками.

— Помните ту заразу, что была в госпитале… боюсь, она уже здесь. Те же симптомы. Лихорадка. Сыпь по телу.

— Нужно принять меры… — я посмотрела на Леруа.

Почему же он бездействует? Нужно бить в набат. Закрывать кварталы. А он… молчит.

— На верху и слушать меня не хотят. Будто ничего страшного не происходит. Закрылись в своих особняках от всего мира. Главное деньги. Чтобы порт на реке функционировал. Были открыты дороги для торговли. Налоги… черт их дери, должны своевременно наполнять казну.

Я брезгливо поморщилась. Все, как всегда. Деньги решают все. И связи.

Я шумно выдохнула.

— Я попробую помочь. Но нужен отчет. Сухие цифры по числу заболевших. Уровень смертности. Вы понимаете, что я не могу просить голословно?

Леруа бросил на меня пристальный взгляд.

— Я все подготовлю. Завтра к утру.

Но мне нужно было убедиться самой. Что все настолько плохо.

И не только это.

Я могла принять еще детей. Человек двадцать. А если потесниться, то и больше.

— Антуан, сходишь со мной в бедные кварталы? Те, что у реки возле порта?

— С ума сошла? — Антуан казался испуганным, — думаешь я не понимаю, что творится в городе?

— Вот именно поэтому я и беру тебя с собой. Не бойся. Мы просто посмотрим. Закроем лицо платками. Пропитаем их