Сын помещика 11 - Никита Васильевич Семин

к моим девушкам в самом начале приема. Не сказал бы, что мое чувство было взаимным, но не устраивать же разборки при всех, да еще в читальном зале? Тем более на даму уже начали искоса поглядывать посетители, недовольные тем, что она нарушила тишину. С другой стороны — а почему бы у нее не спросить совета? Незнакомец может еще и послать меня, пусть и вежливо, а приказчик в магазине занят другими покупателями. Там за нами уже очередь собралась — место было популярным у жителей Воронежа.

— Здравствуйте, — присел я рядом с ней, — действительно, наша встреча нежданна.

Сегодня на Фаттеевой было надето обычное платье в пол. Такие иногда еще называют «домашними». Коричневое с поясом под грудью, благодаря чему не слишком бросался в глаза ее животик, зато подчеркивалась грудь, пусть и не особо большого размера.

— Ищете, что бы почитать? — задала она чисто риторический вопрос. И тут же предложила свою помощь.

— Не знаю, найду ли, — с сомнением протянул я. И чтобы поскорее отвязаться от невольной собеседницы и при этом не выглядеть хамом, решил дать ей заранее невыполнимый запрос, — вот, ищу писателя с богатой фантазией. Который мог бы описать несуществующие вещи. Например, — тут я невольно хмыкнул, — о переносе человека во времени.

— О, вы хотите ознакомиться с творчеством господина Булгарина? — живо откликнулась Елена Максимовна.

И признаться, сильно меня удивила.

— Прошу прощения, но не знаю такого. А он написал то, что меня интересует?

— Вы что, никогда не читали книги Фаддея Венедиктовича? — округлила глаза Фаттеева. — Не верю! А как же его всемирно известный роман «Иван Выжигин»? И продолжение — «Петр Иванович Выжигин»? Он был переведен на множество языков! А то, о чем вы ищете, Фаддей Венедиктович описал в своей книге — «Правдоподобные небылицы, или странствования по свету в двадцать девятом веке». Ну же! Никогда не слышали?

Она так правдоподобно в и то же время эмоционально показывала свое удивление, что я не мог понять — действительно ли она испытывает такие чувства, или элегантно мстит за вчерашнее, тыкая меня носом в мое невежество и незнание «всемирно известного писателя». Отбросив пока эти мысли, я перешел к сути.

— Так вы поможете мне найти этот роман?

— Конечно, но вы мне будете должны, — тут же хитро улыбнулась она.

— Благодарю, но не люблю быть должником, — тут же встал я со стула. — Как-нибудь сам найду.

— Ну не нужно быть таким букой, Роман Сергеевич, — тут же сдала она назад. — Я помогу вам просто так. Без всяких долгов, как гостеприимный житель города, — все же не удержалась и вернула мне вчерашнюю шпильку женщина.

— А книги, что здесь выставлены, можно купить? — вдруг пришла мне в голову мысль, что из читального зала как раз я вряд ли что смогу с собой в дорогу взять. Я же просто хотел здесь посмотреть, что меня заинтересует, а потом вернуться к приказчику и узнать — есть ли такая книга на продажу.

— Что находятся в читальном зале — нет. Но можно их взять почитать на дом.

— Вы же знаете, что я не местный, — вздохнул я. — Мне бы в дорогу что-то.

— Тогда уточните у Сергея Алексеевича, — пожала плечами дама, уверенно направляясь к одной из полок.

Наконец мы дошли до места, куда так целеустремленно вела меня Фаттеева. Тут оказался раздел фантастики. И кроме упомянутого ей Булгарина были представлены и иные писатели этого жанра. Так я заметил немало книг некоего Одоевского, была книги какого-то Загоскина, и рядом я увидел вполне себе знакомого Гоголя с его «Вечерами на хуторе близ Диканьки». Еще одним плодовитым нынешним фантастом оказался Антоний Погорельский. Запомнив имена, я уже хотел отправиться к приказчику, чтобы узнать — что из их творений я могу купить в дорогу, как внезапно Елена Максимовна прижала меня своим пышным телом к книжной полке.

— Роман, — жарко зашептала она, — я хочу извиниться перед вами. Вы были правы вчера, когда защищали своих женщин. Это было так благородно. Увы, не всем так повезло с партнером. Будь я на десять лет моложе, то уверена, вы и мимо меня бы не прошли.

— Елена Максимовна, я принимаю ваши извинения, хотя говорить их стоит моей невесте и ее сестре. Но сейчас прошу меня отпустить.

Та усмехнулась, но освобождать мне дорогу не торопилась.

— А ведь и ваша невеста через десять лет будет выглядеть как я, — вдруг заявила Фаттеева. — Станете ли вы тогда ее защищать?

— Во-первых — стану, а во-вторых — с чего вы взяли, что так произойдет?

— Мужчины! — фыркнула женщина. — Ты еще молод, Роман. Однако я не просто так заметила, что десять лет назад смогла бы побороться за твое внимание. Я ведь ничем тогда не уступала твоей невесте. Но роды и года берут свое. У всех женщин так.

— Больше двигаться надо, — не выдержал я. — И умерить свой аппетит.

— Это пустые выдумки, — отмахнулась Елена Максимовна. — Оглянитесь, большинство дам с годами становятся лишь шире. Увы, против нашего естества не пойдешь. Лишь редким исключениям даровано господом быть такими же, как в молодости.

— Это вы оглянитесь, Елена Максимовна. На тех же офицеров. Если они не заседают в кабинетах, то большинство — подтянуты и имеют лишь небольшой лишний вес. Но стоит тем же людям сменить коня или палубу корабля на уютный кабинет, так словно им животы кто-то надувает. Но на самом деле — они просто не тратят ту энергию, что приобрели из пищи. И она накапливается, раздувая человека, как шар. Попробуйте заняться спортом. Если хотите, я вам даже упражнения посоветую. Я сам каждый день уделяю своему телу время, благодаря чему лишь за последние полгода вырос значительно.

— То молодость… — попыталась возразить, но уже менее уверенно, Елена Максимовна.

— Просто попробуйте, — хмыкнул я. — А на года да свое естество ссылаться — удел слабых и ленивых. Как там говорится: на бога надейся, а сам не плошай?

— Крестьянская поговорка, — фыркнула дама.

— Но истина в ней есть.

Тут в читальню зашли Настя с Аней и заметили нас. Лицо моей невесты вытянулось от праведного гнева. Быстрым шагом, почти добежав до нас, она резко дернула Фаттееву за плечо, чуть не опрокинув ту на пол.

— А ну не сметь трогать моего мужчину!

Глава 12

22 ноября 1859 года

На восклицание Насти оглянулись почти все посетители читального зала. Кто-то с интересом, кто-то с негодованием, что опять нарушили тишину. Но увидев, что шумят благородные дамы,