Криндж и электротатары - Харитон Байконурович Мамбурин

Она была уже близко, останки становища, в котором заседал сам этот «агент Мерч», уже были видны невооруженным взглядом. Микаэлла даже не пыталась гадать, что этот киборг теперь придумает. Она была права, он обосрался, оставшись посреди пустыни ни с чем, кроме чувства собственного провала, так что…

От могучего гула, моментально наросшего вокруг, скарабей, на котором восседала мьютка, попросту рухнул на бегу, поджимая под себя лапы. Мощнейший низкий звук, казалось, впечатал бедное насекомое в горячий злой песок. Судьба наездницы была более печальной, так как Микаэлла, слетев с жука, с глухим воплем поехала по песку, увлекаемая инерцией и весом собственной брони. Через несколько секунд её вяло шевелящееся тело накрыла тень.

Огромная тень.

Чудовищно огромный корабль, превышающий размерами всё становище, в котором они обосновались, медленно и величаво проплыл над мьюткой, плавно снижая высоту. Правда, она даже не успела его разглядеть, да чего там, хотя бы приподняться… как её бронированное тело оказалось вновь вбито в песок, на этот раз — ударом массивной ноги.

С корабля спрыгивали люди, одетые в силовую броню незнакомого мьютке дизайна, напоминающего черные толстые комбинезоны, состоящие из плотно пригнанных друг к другу силовых кабелей. Огромные и высокие, вооруженные плазменными и разгонными пушками, они сыпались со снижающегося корабля без каких-либо приспособлений, запросто амортизируя ногами свои самоубийственные прыжки с высоты нескольких десятков метров.

Их было много. С сотню, может с полторы. Настоящая армия.

— Союзник, — безразлично озвучил тот, кто прижимал ногой Микаэллу, наведя на неё монструозную пушку. — Распоряжение проводить вас к коммандеру Мерчу. Поднимайтесь, немедленно.

— Или помоги подняться… — прохрипела ему в ответ фиолетовокожая, вяло шевелясь. — … или тащи по песку. Вы кто такие вообще⁈

Вместо ответа её схватили за воротник брони сзади, вынудив металл протестующе заскрипеть, а затем потащили к приземлившемуся кораблю так легко, как будто бы женщина и её доспех ничего не весили. Сопротивляться было бесполезно. Микаэлла закрыла глаза. Тупой Фаволо Мерч. Какой же он тупой. Там, где нужны просто мозги — он пытается всё решить силой.

Такой дурак никогда не поймает Кринджа. Он просто его никогда не поймет!

Глава 12

Суровость мест

Чихнув от набившейся в носоглотку радиоактивной пыли, я погладил лежащую нимфу по спине, на что она злобно заворчала, а после хлопнул пониже, потому что нефиг ворчать, когда ты днями напролет едешь на чужой шее, а потом спишь как сурок!

— Ты невыносим! — поставила диагноз тоскливо потягивающаяся Тамарис, — Дед невыносим. Это место — невыносимо! А вы — особенно невыносимы!

Последнее относилось к зедам, заглядывающим в нашу тесную пещерку снаружи. Их оранжево-красные глаза поблескивали, облизывая взглядами вкусную и почти доступную девушку, путь к которой преграждала моя туша. Иссушенные мутанты, невесть как и на чем живущие в этой местности, были поражены красотой прекрасной девы, отчетливо желая оставить кусочек на память себе… ну или даже сохранить внутри.

Угнетенно ворча, Тамарис приняла от меня колбу со съедобной дрянью, начав отхлебывать её мелкими глотками. Лежащий на полу Абрахим молчал, он со вчера с нами не разговаривал. Быстро перекусив, мы собрались, Тамара снова села мне за шею, устроив дипломат с бывшим отшельником на спине, после чего я шагнул к выходу из пещерки. Светало, зеды быстро рассасывались по скальным щелям и трещинам, спасаясь от солнечного света.

Над горами всходило солнце.

За пять дней мы тут прошли расстояние меньшее, чем скарабей пробегает за пару часов. Скалы, горы, искаженный рельеф местности, расплавленный столетия назад камень в виде сложнопреодолимых преград, ветер и зеды, всё это мешало само по себе, а еще ведь приходилось проверять любое (!) мало-мальски ровное место, на котором могли уцелеть мины или еще какие-нибудь пакости. Парочка таких гадостей в начале пути едва не оставила меня без ног.

В общем, крайне недружелюбное место с полностью отсутствующим биоценозом. То есть, сколько я не приглядывался и не принюхивался, никак не мог определить, что именно жрут местные зеды. Тонкие и ломкие фигуры, черные и паукообразные, таились, казалось, в каждой щели, сверкая оттуда огненными глазами. В каждой! А мы не в старой заброшенной церкви, мы, блин, в горной местности!

Естественным подобное быть не могло ни на крошку, от чего я, скользя ботинками по очередной чересчур гладкой каменной поверхности, мысленно аплодировал даосам, когда-то создавшим из подручной хрени тут настоящую зону смерти. А как иначе-то сказать? На всём белом свете (хотя какой он, к черту, белый), есть только одно существо, которое зеды не могут разодрать в клочья за считанные секунды. Это я. Точнее, могут, но не хотят. Всё остальное эти милые гуманоиды расчесывают запросто, включая силовые доспехи!

Они, кстати, и послужили причиной молчания нашего бывшего отшельника. Абрахим, понявший, что злобные гадкие твари выполняют точно такую же функцию, как и его духовно богатые соплеменники, проникся моими откровениями на всю кору головного мозга, а теперь страдал в горести и печали нежелательного прозрения. Ну, то есть, а как ему было возмутиться? Безымянные Боги натурально спасли его народ, дали возможность стать полноценными, очистили родные земли, всё такое. Подумаешь, всё построили так, чтобы дети пустыни стали первым барьером для тех, кто захочет покопаться в каких-то странных, никому не нужных, горах, да? А теперь вон, видит кучу черных убийственных монстров, зырящих на нас отовсюду, и понимает, что никто электротатар за людей и не держал.

Да и не собирался.

— Сами дурни, — со вздохом резюмировал я, взойдя на очередной пик, — Могли бы развиваться, обогащаться культурно, развивать промыслы. Творить всякую такую цивилизационную херню и прочую дипломатию. А вы что? Столетиями бегали по пустыне, сливали излишки населения в набегах, а потом… снова бегали по пустыне. Даже зеды умнее вас.

— Почему они умнее? — озадачилась нимфа, скучающая на моем загривке.

— Потому что мозгов нет, проблем нет, а все горы — их! Да и достижений столько же.

Ну а чем еще заниматься, когда ты то вверх лезешь, то вниз, то обходишь очередной кусок когда-то наполовину расплавленной породы, торчащий из земли, на которой почти нет ровных мест? Только разговаривать. Опасностей-то тут нет, только зеды и гравитация!

Контрольный центр, к которому мы направлялись, был когда-то мелким КПП, которому сильно повезло оказаться не разрушенным, а просто поднятым вместе с солидным куском скалы так, что каким-то чудом выжили даже сетевые коммуникации, соединяющие этот небольшой пункт с