Цивилизатор в СССР 1985 - Игорь Евгеньевич Кулаков

А для наших соперников — это настоящая война, в отличие от нас с нашими воспоминаниями на Великой Отечественной! Вот в этом и разница — пусть и не говорили орудия, но в «Холодной войне» наши соперники действовали по настоящему, для них это была самая настоящая война. а мы — вполсилы, считая её лишь соперничеством и полагали, что имея ядерное оружие и статус сверхдержавы, хозяева запада нас признают равными себе. Такого даже русские императоры не смогли добиться! Нас там просто не считают равными себе и не будут считать! Работу, подобную той, которую вёл Коминтерн, мы конечно, вряд ли восстановим. Но сопротивление врагам… — тут Романов то ли сознательно, то ли нет не стал использовать, как ранее, термин «соперник» деятельности — .. усилим. А вам, Николай Васильевич нужно довести Советскую Армию до такого уровня, чтобы мы стали опережать США и НАТО в обычном оружии и способах его применения, как и подготовке войск. У вас есть козырь — знание будущего, вот и реализуйте его сполна! Так, чтобы Советская Армия была готова ко всему.

Огарков воспринял эти указания генсека как карт-бланш на усиление и полноценную реализацию его замыслов, а то, что ему пришлось лично (не полагаясь на носящих погоны, но по совсем другому, не военному, а «спецслужбистскому» ведомству) тянуть из пришельца из будущего.

Картина изменений в стратегии и тактике военных сражений за период 2024–2026, которую рисовал Вяткин, с вытягиванием из того деталей более-менее обрела ясность и начальник Генштаба СА стал дополнять свои планы, родившиеся в 1980-м и которые к настоящему моменту привели к тому, что каждый военный округ ныне имел в своём боевом составе от 8 до 20 эскадрилий БПЛА — от тяжёлых ТУ-141/143 до пошедших в серию малых развед-БПЛА «Шмель».

Усилившиеся рабочие контакты с МЭП-м и двумя людьми на его вершине, так же, как и Огарков с Устиновым, владевшим послезнанием, вкупе с тем, что именно сейчас, в 80-е в связи с миниатюризацией электронной элементной базы, появилась возможность реализации идеи лёгкого БПЛА с поршневым ДВС, предназначенного для контроля поля боя, корректировки артогня и ведения разведки ближнего вражеского тыла, привело к тому, что тема разработки и внедрения БПЛА и дронов в целом находилась под личным контролем верхушки МО СССР, понимавших, к чему это приведёт в итоге.

…«Тогда» первые звонки многими в мире были проигнорированы.

* * *

Вяткин И. Ю.

— … Мы, с товарищами министром обороны и начальником ГРУ, внимательно знакомимся с тем, что комитетские товарищи нам присылают из твоих новых… воспоминаний…

Высокого военного начальника снова что-то допекло и сегодня, в помещении «Лаборатории N31», где спецгруппа обычно задаёт мне скучные вопросы, над которыми приходится ломать память — дело серьёзное, работа, за которую деньги платят:-) сегодня всего один собеседник вместо КГБ-шных служак.

Меня пожелал вновь увидеть лично Огарков, начальник советского Генштаба. Вот что его так допекло? Да, из головы вылезли новые куски памяти, раскрывшие ход событий в мире и на спецоперации после середины 2024-го, но… там, на территории бывшей УССР, всё в русле дальнейшего развития дроновой революции в военном деле. Что такое заставило его лично захотеть увидеть дилетанта-жителя будущего? Из головы которого иногда, ещё в 80-м вылезали то мелкие, полезные Советской Армии полезности («…толщина лба башни „Абрамса“ 62-мм стали + 500-мм наполнителя + 101-мм стали, а низ лба корпуса также, только наполнитель не 500, а 400 мм…») до более серьёзных вещей, как описание того же увеличивающегося числа и разнообразия типов БПЛА и дроновой революции в военном деле, случившейся в 2023 на полях сражений спецоперации…

Как я понял из беседы в тот вечер, первый раз за долгое время личность такого калибра, как Огарков не удовлетворилась моими ответами на вопросы по теме военного дела из новой порции распаковавшейся памяти потому, что ему хотелось лично, не возлагая обязанности на промежуточное звено — комитетских служак, задавать вопросы и получать ответы — «свежьё».

По двум главным, как я понял, на тот момент для него темам!

Первое, что больше всего интересовало начальника генштаба МО СССР:

Дальнейшие витки дроновой революции в военном деле. Стратегия и тактика сторон во время спецоперации… ну тут ясно — его хлеб. И любые «новости из будущего» для главы генштаба Советской Армии обр.1984-го, пусть и в изложении «диванного аналитика», чьи речи он обчистит от плевел — бесценная инфа, которая поможет ему хоть немного, но лучше подготовить армию страны к возможным будущим войнам и дать задания ВПК.

С дотошностью Огарков выдавливал из меня всё, что я мог вспомнить про этапы ускоренного развития дронов, которые в условиях специальной войны менялись очень быстро.

…От самодеятельности фанатов этого дела и немногих специализированных и дорогих, что давала промышленность ранее, до всяких изысков уже в 2024-м наподобие дроны-матки (через которая велась визуальная разведка и которая выступала ретранслятором), позволяющих забрасывать по паре FPV-дронов в 40 км от линии фронта…

… и вскоре через год — засилия FPV на оптоволокне с большей дальностью.

Война заставляла учиться и меняться быстро.

Мне пришлось вспоминать всё, что я читал за это время в сети про:

…Недорогие ПВО-дроны, работающие против разведывательных БПЛА…

Характеристики дальности первых FPV, а затем тех, что на оптоволокне −10 −20 позже 50–70 км.

Барражирующие «Ланцеты» с дальностью 20,50, а после и до 70–80

Ещё дальше «Герани».

Очевидно, что Огарков, строил себе в голове общую картину самого революционного изменения стратегии и тактики войны в третьем десятилетии 21 века. Пусть под его рукой был дилетант с послезнанием, но он и не требовал от меня большего, чем я мог сказать. Исходные сведения! Вот что ему было нужно от меня.

То, что США провернули в 1991-м с Ираком, в принципе, можно было теоретически предвидеть и сейчас, по крайней, мере, в своё время рассказа о «Буре в пустыне» не вызвал у него и министра обороны большого удивления, а вот дроновая революция… это да. Это было то будущее, которое сейчас никто не предполагал.

Кроме маршала Огаркова:-) дорвавшегося до содержимого головы попаданца, у которого распаковалась очередная порция послезнания…

Высокоточное оружие, бенефисом которого стала «Буря в Пустыне», при всей своей дороговизне упёрлось в проблему быстрого истощения запасов в «большой войне» и там, на масштабной и растянувшейся на годы «спецоперации», эту проблему, помимо раскручивания темпов работы ВПК, решали использованием гражданских технологий и гражданской же массовости производства.

Концепция