Идеальный мир для оценщика 4 - Натан Раух

Гончая подбирается совсем близко, и тут… Обалдеть.

— Лия? Дерзкая какая! Прет напролом через пустоши…

Походка у девушки странная, слишком уж рваные движения.

Движется словно… живой труп.

Снова всматриваюсь. Лия поднимает голову, глаза ее пусты, она словно не видит, куда идет.

— Плохо, очень плохо…

Хотя у нее рука висит плетью и капает красная кровь, а разве у зомбарей течет кровь? Тем более красная?

Надо помочь ей. Собираюсь призвать Костянов, что работают в отдалении.

— Стоп! А чего я торможу? Ждать их некогда…

Просто отпускаю скелетов, и они рассыпаются в пыль.

— Белла, сделай новых, пожалуйста…

Из дверей башни выходят свеженькие Костяны. Парочку беру под контроль и выдвигаюсь навстречу Лии.

— Привет! Ты как? — не доходя до Лии с десяток шагов, окликаю я. — Погода сегодня замечательная, правда?

Лия бредет, словно меня не услышав.

Дела хуже, чем я думал…

* * *

Промики за Игги улетают в личку! Победителей два, спасибо за участие!

А за награды отправляем чибиков, спасибо за поддержку!

За лайки горячо жмем руки!

И просто добра всем, кто читает.

Мы стараемся, чтоб история вам нравилось)

Глава 9

Оказавшись совсем рядом, я снова пытаюсь ее позвать:

— Лия, это я, Леонард! Ты меня вообще понимаешь?

Девушка поднимает на меня взгляд, силится что-то сказать, но затем падает без сил. Я успеваю подхватить ее.

Так, и что делать? Лия ранена, ей бы помочь надо… Хотя по-хорошему, целесообразнее ее бросить. Выживет — тогда узнает, что случилось. Она простой исполнитель и получает деньги за работу. О рисках прекрасно знает… В башню тащить ее опасно — она маг, от таких у меня защиты нет. Мало ли какие у нее сюрпризы припасены… Тут нельзя доверять никому. Вон те двое, что были с Лией, оценка показала, что честные, а они по итогу меня кинули…

Я же ей говорил, что мне нужны защитные артефакты. А если я, как Лия думает, могучий маг, то зачем мне артефакты? Да еще и практически от всех угроз? Могла же она сложить два и два и понять, что у меня нет защиты от магических атак? Могла. Могла решить меня прикончить и забрать все имущество? Могла, конечно. А мое имущество, пусть и не суперценное, оно мое, и его много…

Однако все эти мысли, умные, рациональные и правильные, — это просто мысли. Ноги сами несли меня к башне, а на руках лежала истекающая кровью девушка. Конечно, во мне сработало сострадание. Оно древнее и мощнее холодного разума. Часто это самое сострадание доставляло мне неприятности…

Когда я на третьем курсе жил в общаге, соседом моим парень по имени Гриша. Однажды ночью Гриша завалился в комнату пьяный и с разбитой головой, слабо соображал, что происходит вокруг.

Голову соседу я перевязал, уложил в постель, а сам сбегал на улицу к телефонной будке и вызвал скорую. Приехавшие медики осмотрели соседа и вызвали милицию…

Меня две недели таскали по допросам, как будто голову соседу я разбил. Из-за этого я пропустил первый экзамен. Потом столько коньяка пришлось отнести преподу по матанализу — Геннадию Викторовичу Пономареву, чтобы он вошел в мое положение. Я ему даже фотки Гриши показывал на больничной койке. Однако старый хрен ни в какую не хотел ставить мне зачет. Не его, мол, проблемы. В итоге через кафедру порешали. Я уже тогда был там на отличном счету… Беда в том, что Гриша, оказывается, связался с мутными типами, авторитетами какими-то. Ну, тогда они мне казались авторитетами. Встреть я таких в свои шестьдесят — и разговаривать бы не стал. Хватило бы одного звонка постоянным заказчикам, чтобы проблема была решена. В шестьдесят я общался с реально сильными мира сего, которые имели хобби, требующие привлечения лучшего оценщика, коим я и являлся…

… но тогда я был в панике. Гриша умудрился прикарманить кое-что чужое. А потом потерял! Признаться в халатности он не мог, тогда бы его точно прихлопнули. И этот гад, не придумал ничего лучше, чем сказать, что я взял ту вещь. Так что злые дяди с оружием пришли ко мне и объявили, что я должен вернуть потерянное. А я ни сном ни духом…

Кормил бы я рыб в пруду, но помогла людская болтливость. Шпана на районе начала козырять тем, как обчистили они пьяного лоха. Эта болтовня дошла до дядь с оружием, шпану поймали, надавали тумаков и вернули украденное. От меня отстали. А Гриша, вот уж тип… кличка у него была Быстрый, кстати, потому, что быстро принимал решения, быстро говорил. Только соображал медленно… Гриша, пока длилась вся эта история, несколько раз приходил ко мне и убеждал отдать украденное. То есть он обменял свою жизнь на мою… после того как все разрешилось, Гришу Быстрым уже никто не называл… За кражу и вранье досталось ему от своих же. Я его потом в парке встречал. На каталке возили Гришу…

За воспоминаниями я даже не заметил, как добрался до башни.

Лию занес на второй этаж, камин развел пожарче. Снял с девушки плащ. Осмотрел ее получше.

В плече Лии торчит расщепленный кусок болта, видимо, сама обломала, чтобы не мешал двигаться.

— Твою мать, и как его вытаскивать? Я ж не хирург, да и инструментов у меня нет… Да что ж за закон подлости — только соберусь в шахту, как новая проблема! Там такими темпами опять толпа мертвяков соберется! Я на хрена эти гонки по пересеченной местности устраивал, под башню чуть ли не миллион скелетов привел? Чтобы все по новой делать?

Вливаю в рот Лии несколько зелий лечения, обрабатываю рану заживляющей мазью и сажусь напротив.

Этот мир явно не парк для прогулок. Лия вроде опытнее меня в здешних делах, пустоши знает, еще и магичка. И на тебе, лежит и кровью истекает. А я цел, ни царапины… Надо в этом мире всегда быть начеку, ни на мгновение нельзя расслабляться.

* * *

Интерлюдия

Лия

Лия пришла в себя. Сознание к ней вернулось, она понимала, что лежит где-то, вроде даже не на голой земле, а рядом кто-то есть. Она понимала, что жива, потому что у мертвых ничего не болит. А у нее болело все-все, тело стало одним большим куском боли. Лия и открыть глаза не могла, а уж о том,