Фантастика 2026-95 - Павел Шимуро

— Гильдия предлагает «Настой Чистой Крови», ранг D, по двадцать Капель за склянку. Паллиатив. Замедляет свёртывание на пару дней, не лечит причину. Диагностики у них нет, определяют на глаз, по цвету кожи и количеству кровоподтёков. К тому моменту, когда диагноз ясен, лечить обычно уже некого.

Он помолчал, поглаживая обрубок левой руки правой ладонью.

— Люди боятся пить воду. Скупают настои по тройной цене. Солен и его мастера продают больше, чем за весь прошлый год. Считай сам.

Я посчитал. Монополия на рынке плюс эпидемия, создающая спрос, плюс отсутствие конкурентной диагностики. Формула стара как мир. В прошлой жизни я видел, как фармкомпании наживались на дефиците, выкупая патенты на жизненно важные препараты и задирая цены. Здесь механизм был проще и грубее, но суть та же.

— Древоотступники, — сказал я.

Брюн посмотрел на меня внимательнее.

— Раньше были чокнутые одиночки. Человек десять на весь Узел. Резали надписи на стволах, орали на рынке про «оковы Виридиана», получали по шее от Стражей и расползались по щелям. Сейчас они другие — у них деньги, у них Чёрная Смола, у них кто-то наверху.

— Наверху — это где?

— Если бы я знал, то не держал бы таверну. Я бы продал информацию и уехал на побережье, если оно существует. — Он усмехнулся без веселья. — Но я знаю вот что. Мосты режут не случайно. Каждый мост — торговый путь. Каждый путь — чьи-то деньги. Когда старый маршрут закрывается, караваны идут длинной дорогой. Длинная дорога проходит через чью-то территорию, на чьей территории стоят постоялые дворы, склады, охрана. Кто владеет этой территорией, тот получает пошлину, которую раньше не получал.

Вейла перестала записывать. Посмотрела на Брюна.

— Кто владеет длинным маршрутом на север?

Брюн покачал головой.

— Три Капли — это цена общих сведений. За имена уже другой тариф и другой уровень риска. — Он встал с табурета. — Ешьте. Утром на рынок, записывайтесь на площадку. И мой совет, бесплатный, потому что Керн мне когда-то помог — не тащите на прилавок всё, что привезли. Покажите малую часть. Посмотрите, кто подойдёт. Послушайте, что спросят. В этом городе информация дороже товара.

Он ушёл за стойку.

Я доел похлёбку. Вейла складывала записи в поясную сумку. Далан и Нур молча жевали хлеб. Ученик Гильдии за угловым столом допил свой эль, поднялся и вышел. Проходя мимо нашего стола, он не замедлил шага и не повернул голову, но за секунду до того, как миновал меня, его витальный фон дрогнул — едва заметный импульс, похожий на пинг радара. Он меня «просканировал» — быстро, поверхностно, на уровне определения Круга культивации. Второй Круг мог это сделать, ученик Солена тем более.

Вейла дождалась, пока дверь за ним закроется.

— Заметил?

— Заметил.

— Солен уже знает, что мы здесь. Рен написал ему. Или Стражи на воротах доложили. Или этот парень сидел здесь до нашего прихода и ждал. В этом городе секреты живут полдня.

Она собрала записи, поднялась.

— Иду регистрировать площадку. Далан со мной. Нур, ты с лекарем. Вещи не оставлять.

Они ушли. Нур сел на скамью у двери, положив копьё на колени. Я допил эль, встал и вышел на балкон.

Вечерний город.

Нижний Город под ногами выглядел как паутина, подсвеченная изнутри: мостки, верёвочные перила, платформы, и на каждом перекрёстке кристалл, отбрасывающий конус голубоватого света. Люди внизу двигались, как тёмные точки в световых кругах, появляясь и исчезая, и их тени прыгали по стенам домов, как театральные силуэты на занавеске.

Рыночная площадь была почти пуста, но несколько лавок ещё работали. Я видел их масляные светильники, качавшиеся на крюках, и ровное свечение кристаллов на стойках. Одна лавка в дальнем углу площади была открыта: торговец ингредиентами, судя по связкам трав и рядам горшков на прилавке.

Фигура в ученической робе подошла к лавке.

Я подался вперёд, облокотившись на перила. Молодой человек, белая повязка на запястье, ровная осанка, деловитые движения. Может быть, тот же, что сидел в таверне. Может быть, другой. Ученики Гильдии одевались одинаково.

Он говорил с торговцем недолго. Достал из-за пазухи полоску коры и протянул, торговец посмотрел, кивнул. Список. Заранее составленный список.

Торговец снял с крюка три мешочка. Первый я узнал по цвету и текстуре даже на расстоянии: сухой Кровяной Мох, связка стандартного размера. Второй — серебристый порошок, мелкий, как пыль, в промасленном кульке. Серебряная пыль — побочный продукт переработки Серебряной травы. Третий — комок тёмной смолы, завёрнутый в листья.

Три из пяти компонентов. Мох, серебро, смола. Базовые ингредиенты, входящие в состав «Индикатора Мора».

Ученик расплатился, спрятал покупки в сумку и пошёл прочь, в сторону подъёма на Верхний Город. Там, наверху, за кристаллами и мостами, стояло здание Гильдии Алхимиков с символом чаши и трёх капель над входом.

Я стоял на балконе и смотрел, как его силуэт растворяется в переплетении мостков и лестниц.

Рен не просто инспектировал деревню — он собрал образцы. Описал состав, насколько мог. И передал данные Солену. Мастер Гильдии, контролирующий рынок алхимических товаров в городе, где только что вспыхнула эпидемия Мора, получил информацию о диагностическом инструменте, которого у него нет. Инструменте, который мог стоить десятки, сотни тысяч Капель, если Мор продолжит распространяться.

Я вернулся в комнату. Вейла ещё не пришла. Нур дремал на скамье, но копьё лежало поперёк коленей, и его рука не отпускала древко.

Лежанка была жёсткой, матрас набит чем-то хрустящим. Я лёг, вытянул ноги, закрыл глаза. «Внутренняя Петля» замкнулась легко, по привычке.

Рен передал данные Солену. Солен пытается воспроизвести Индикатор. У него есть три из пяти компонентов. Зерно-Катализатор ему не получить, так как оно привязано к субстанции Реликта, а Реликт привязан к деревне, но Солен — четвёртый Круг и опытный алхимик. Ему не нужно копировать рецепт — ему достаточно понять принцип и создать аналог. Пятнадцать-двадцать процентов вероятности, как сказала система, это немного. Но если у него есть две-три недели и доступ к библиотеке Гильдии…

Если Гильдия создаст свой Индикатор, то деревня потеряет единственное конкурентное преимущество. Корневые Капли, «стандарт», как выразился Рен. Без Индикатора мы привезли просто товар. С Индикатором мы привезли монополию.

А Аскер дал двенадцать дней. Шесть прошло, шесть осталось. И каждый из этих дней Маяк в мастерской пускал корни глубже в дерево.

Сон не шёл. Сердце работало исправно, Рубцовый Узел работал исправно — всё работало. И всё было не так.

Я лежал, слушая ночные звуки