Фантастика 2026-98 - Андрей Волковский

химеру. Первые опыты не удавались, люди гибли. Потом был первый образец, он выжил, но совсем тронулся умом. Пришлось добить. Привратник Робби получился не очень ладной химерой, но вполне жизнеспособной. Потом были другие подопытные, еще лучше. Дружище Норт вообще получился отлично. Жаль, староват и волшебник совсем хилый, намного слабее меня, а то я бы, пожалуй, поселился в него. И только после того, как все получилось, я рискнул проделать такое с собой самим. Технология работает. А вот тело мое, увы, состарилось. Время, проклятое время! Но и его можно перехитрить.

Скай смотрел на призрака совсем другими глазами. Идея действительно потрясала воображение.

— И вы уже вселялись в кого-то так, чтобы он выжил? — Ответ Скай знал, но надо было говорить, тянуть время, чтобы что-нибудь придумать. Главное, чтобы у него силы не закончились раньше, чем у проклятого призрака.

— Дельный вопрос, мальчик. Конечно, я это проверил. И вошел, и вышел. Правда, хозяин тела слишком мне противился, пришлось его подмять. Но с добровольцем такого не будет. С тобой мы сможем сосуществовать мирно. Если хочешь, даже разойдемся потом. Я умею быть благодарным. В отличие, кстати, от моего родственничка. — Призрак зло покосился на неподвижного Пита.

— А почему вы не остались в том теле? Ну, в которое вошли?

— Волшебство, конечно же! Я не хочу жить в теле, не готовом отдать мне хоть немножко силы на заклятья. У обычного человека сил не хватает, даже чтобы разорвать мою связь с этим местом. Мне нужен волшебник. Не просто человек с даром, а настоящий, сильный, обученный волшебник. Вроде тебя или моего внучатого племянничка.

— За что вы его так не любите? Я слышал, вы его и не видели ни разу? — Силы были на исходе, колени предательски подрагивали, но любопытство не дало смолчать.

— Когда меня выгнали из Академии, мой старший братец, папаша Маркуса, уже имел достаточно влияния, чтобы замолвить за меня словечко. Но не стал, представь себе. У меня, как я тогда решил, жизнь рухнула, а он мне отказал! Так что я, когда понял, что мне недолго осталось, сразу вспомнил, чей внучок учится в Академии. И придумал, как легко заманить его сюда. Но этот параноик Маркус сперва прислал своих прихлебателей. А идиот привратник не сдержался, пугнул их гаргульей. Мозгов у него всегда было маловато. Пришлось выскакивать из того тела, в котором я временно обустроился, и брать негодника под контроль. С Маркусом и его семейкой вечно все через пень-колоду идет. — Призрак отвесил Питу затрещину. — От этого соглядатая нам с тобой придется избавиться. Он не может двигаться, но все слышал. А нам свидетели не нужны, правда?

Скай посмотрел на Пита, на призрака… И все внезапно стало легко и очень-очень просто. Почти весело. Когда трудное решение принято, всегда становится легче дышать.

— Избавиться? — улыбнулся Скай. — Это совсем нетрудно.

Он поднял руку и показал призраку зажатый в ней нож. Сеть, удерживавшая его, опала, и волшебник шагнул к неподвижной жертве. Идти было все равно трудно. Защита опустошала, вырывала силу из тела. Шаг, еще один.

Призрак отступил в сторонку, давая дорогу.

Скай подошел к неподвижной фигуре Пита и пристально посмотрел ему в глаза. Живые глаза на окаменевшем лице.

— Я знал, что ты не просто кучер, — усмехнулся волшебник. — А теперь говорят, что ты и убивать обучен…

Выдохнул, собираясь с силами. Злобно рассмеялся призрак. И Скай сделал то, что должен был сделать.

Вложил в неподвижную руку свой заклятый нож и перебросил на Пита защиту, влив в нее всю оставшуюся в теле силу. Вообще всю, дочиста. Купол даже на мгновение стал видимым, вспыхнул синим светом, разрывая призрачные чары в клочья.

Скай осел вниз безвольным мешком, из последнего упрямства удерживаясь в сознании.

Освобожденный кучер сжал пальцы и одним рывком настиг призрака. Заклятый нож не проскочил сквозь призрачную плоть, а глубоко, по самую рукоять вошел в бесплотное тело. Дух завопил. По нему прошла рябь, но не угасла, а, наоборот, все усиливалась, пока призрак не расплескался прозрачными неосязаемыми брызгами.

Скай усмехнулся одним уголком рта — на большее не хватило сил — и провалился в темное небытие.

Ник набросил на плечи теплую шаль, осторожно приоткрыл дверь комнатки и выглянул в коридор. Там было тихо и сумрачно, только возле лестницы горел теплым желтым светом волшебный фонарик. Дорогу к выходу он помнил. А вот где искать в это время тетушку Лиз, не имел ни малейшего понятия. Не бродить же по дому, заглядывая в комнаты? Придется идти так, вдруг повезет встретить кого-нибудь. Если же нет, наверняка Олси знает, где живет городской волшебник. Скалки и правда очень маленький город.

Внизу тоже никого не оказалось. Ник пробрался на кухню и прихватил кусок хлеба. Главное, чтобы собаки не были избалованными. Лезть в запертый погреб за колбасой рискованно: можно нашуметь и перебудить весь дом.

Над разделочным столом ровным рядком висели ножи. Не прихватить ли вон тот, самый большой? Нет, куда его спрячешь в женском наряде? К тому же будет очень правильно вернуть господину волшебнику нож, отнятый у его посланца. Да, это будет самым правильным решением. Ник вышел через кухонную дверь и плотно прикрыл ее за собой.

Собаки молча набежали откуда-то из-за сарая. Обнюхали одержимого с подозрением, но хлеб взяли и шум поднимать не стали. Проводили до калитки и остались стеречь покой своих хозяек.

Ник вышел на улицу и огляделся. В этой части города горели фонари, освещая широкую мощеную улицу между коваными оградами богатых домов. Где-то вдали слышались четкие, в ногу, шаги. Должно быть, стража на обходе. Одержимый сосредоточился и стал незаметным. После того как он покончит с волшебником, они могут хватать его, пытать, да пусть хоть повесят! Но только после. А сейчас нельзя никому позволить помешать.

Взгляд Ника остановился на гербе, вплетенном в решетку ограды дома напротив. Интересно, а дом городского волшебника отмечен знаком Гильдии? Может быть, и спрашивать никого не придется?

Одержимый крался вдоль улицы, рассматривая дома и гербы. Знать здесь жила пышно. Ник точно не помнил, но был уверен, что богатство и заслуги тут выставляют напоказ с гораздо большим рвением, чем в столице. Впрочем, вспоминать, когда это он побывал в Аэррии и как там живется на самом деле, было некогда. Незаметность требовала сил и внимания.

Жилище волшебника обнаружилось только на следующей улице, где дома были поменьше и стояли погуще, но заборы все еще оставались коваными и украшались гербами. Впрочем, этот дом одержимый не смог бы