Фантастика 2026-102 - Николай Петрович Марчук

– Ты ведь пошутила, да? – жалобно поинтересовалась Амели, явно рассчитывая на положительный ответ. Но я скрестила руки на груди и, откинувшись на спинку стула, спокойно сказала:

– Не шучу. Я говорю предельно серьезно.

Амели еще немного посверлила меня взглядом, нервно барабаня пальцами по столешнице. Потом, мотнув головой, подхватилась со своего места и так вцепилась в спинку стула, что я невольно пожалела бедную мебель. Наблюдать за лицом Амели было настоящим удовольствием – на нем можно было найти и сомнение, и недоверие, и даже некоторый страх. Кажется, за мое душевное здоровье.

– Но это невозможно! – Амели недоверчиво усмехнулась и для большей убедительности взмахнула рукой. Я лишь пожала плечами. Вздохнув, Амели плюхнулась на кровать и сцепила пальцы. – Я просто не понимаю! Ты ведь ненавидела Вайдера, пыталась от него избавиться, и у тебя это вполне удачно получилось! А теперь ты говоришь, что любишь его и все это время была с ним. Я просто не могу понять, как такое может быть!

Я подперла голову рукой и практически легла на стол, с каким-то непонятным интересом наблюдая за тем, как Амели, отчаянно жестикулируя, начала расхаживать по комнате из угла в угол. Но подруга молчала, явно ожидая от меня объяснений. Я устала. И не хотелось мне сейчас ничего ей объяснять. Но она вполне имела право на это, ведь с ее точки зрения мое поведение выглядит более чем странным. Я пытаюсь как можно скорее забыть Вайдера, скрываюсь от него по другим мирам, даже получаю официальный развод, а теперь заявляюсь после полуторанедельного отсутствия и заявляю, что люблю его. И реакция Амели, пытающейся найти хоть какой-то смысл в том, что я делаю и говорю, вполне понятна. Я ведь старалась убедить себя и окружающих, что мне нет никакого дела до Вайдера. И убедить друзей у меня получилось лучше, чем саму себя.

– Все очень просто, – вздохнула я. – Пойми, я была на него очень зла за то, что он со мной сделал. И действительно хотела забыть его. Но не могла. А теперь я действительно признала то, что чувствовала давно. Я люблю его, и это настоящее. Это не влюбленность и не увлечение, с этим мужчиной я готова провести всю свою жизнь, и я знаю, что он любит меня не меньше.

Амели внимательно слушала меня, а я говорила со все большей убежденностью. Потому что знала, что это все правда. И знала, что в конце концов Амели все поймет и примет. Она моя лучшая подруга и всегда поддерживала меня даже в самых безумных идеях и начинаниях.

– Мне плевать на то, кто он и кто я. Мне все равно, что он демон и Повелитель, что по своей природе он может быть более склонен к тьме. Но мне не все равно, что чувствуем мы оба. Я готова быть с ним до конца жизни, хотя и понимаю, что легко не будет – этому будут мешать и обстоятельства, и могущественные враги, да и мы сами. И эта идея… пусть она кажется безумной, но я знаю, что это будет правильно.

Амели, доселе спокойно и внимательно слушавшая меня, улыбнулась. Она действительно поняла. Впрочем, другого я и не ожидала.

– В общем, я все поняла! – выдала она со своими обычными легкомысленными интонациями, далекими от трагического надрыва (и такой перемене я была безмерно рада). – Логика у тебя истинно женская, да и крыша прохудилась по всему периметру, но я останусь с тобой мужественно подставлять тазики в местах протекания! Прибью любого злодея, а та блондинка после встречи со мной перекрасится и запишется в монашки!

– Заманчивая перспектива, – усмехнулась я. Вся моя апатичность растаяла майским снегом, сменившись бесшабашной легкостью и ощущением собственной силы. Сейчас я готова была поверить, что Каридад действительно хватит одной встречи с Амели, чтобы слезно покаяться, а я так и вовсе уделаю всех нехороших мизинцем левой ноги. – Но пока все-таки не стоит. Вполне достаточно, если ты сваришь мне оборотное зелье. Обещаю притащить тебе в качестве трофея скальп Каридад, чтобы ты могла собственноручно его покрасить и продемонстрировать Элинимии, что она единственная и неповторимая красавица блондинка. Кстати, что там с ней? Она вроде собиралась ехать с вами… с нами.

– А, совет да любовь! – Амели закатила глаза и, ехидно подражая голосам Лин и Бьена, процитировала: – «Лин, любимая, а если у нас будут дети, они будут полуэльфами?» – «Нет, сначала они будут полуэльфятами!»

Я хихикнула, представив этот диалог в лицах. Интересно, их суровые будни действительно протекают таким манером?

– Что, уже дело до детей дошло? – поинтересовалась я.

– До детей еще нет, а вот до свадьбы дошло, – пожала плечами Амели и, посмотрев на мою ошарашенную физиономию, расхохоталась. Отсмеявшись, она с трудом выдавила: – Нет, ну я серьезно! Ко мне Бьен приходил, репетировал, а потом заявилась довольная Лин и, демонстративно размахивая в воздухе окольцованной рукой похвасталась, что Бьен сделал ей предложение, а она согласилась. Нас с тобой, кстати, она собирается взять в качестве подружек. Правда, потом она стала перечислять, кого пригласит из своей эльфийской родни, и где-то на сотом госте я сбилась.

– Весело! – ошеломленно присвистнула я. – Такие темпы… с чего бы?

– Любовь! – хмыкнула Амели. – И вообще, иди сама поинтересуйся. Все равно с Бьеном, Ресом и Лин ты просто обязана повидаться, а то они на нас с тобой потом будут месяц дуться. И мне ты тут в любом случае только помешаешь. Я буду зелье готовить, а в твоем присутствии это несколько проблематично. Ты, всего лишь находясь в одном помещении с варящимся зельем, можешь такого натворить…

– Неправда! – польщенно отозвалась я, но, показав Амели на сумку с книгой, волосами и еще несколькими компонентами зелья, все же поспешила ретироваться.

Ну не такой уж я и кошмар для зелья! Это она мне до сих пор припоминает тот случай на первом курсе, когда мы в этой самой комнате вместе готовили стойкое зелье для окрашивания волос. Амели приспичило покраситься в какой-нибудь оригинальный цвет, и она принялась варганить средство, неосмотрительно пригласив меня помочь. Я по сути ничего особенного не делала, а Амели так и вовсе слово в слово следовала инструкциям, но результат превзошел наши ожидания – на добрую неделю все в комнате до мельчайшей детали (включая нас самих, естественно) приобрело ровный стойкий ярко-салатный цвет, на выведение которого понадобились недюжинные усилия самой Наины. Через пару месяцев от моей ручки пострадали