Фантастика 2026-158 - Максим Арх

Мимикой обозначая свое удивление фрау чуть подняла брови, Наташа машинальное отметила, что брови у нее подведены гримерным карандашом от известной и очень дорогой косметической фирмы.

- И овдовев, вы в девятнадцатом веке не вышли замуж за господина Ланского и не рожали от него детей? – насмешливо спросила холеная фрау,

- Не ваше дело! – сильно покраснев, зло выкрикнула Наташа,

- Ваше слово, господин Пушкин, - обратилась фрау к поэту,

- То, что мне предназначено, мы выслушаем вдвоем, - тихо ответил бледный поэт и пододвинув второй стул сел рядом с женой и взял ее за руку.

В 1819 году, когда они встретились впервые, Александр Пушкин был молод, полон духовных и физических сил, он не боялся судьбы, верил в свой гений и свою грядущую славу. Теперь в третьем тысячелетии Лукоморья глядя как гадалка раскладывает карты на пасьянс, зрелый мужчина Александр Сергеевич испытывал не волнение и конечно не страх, а томительный трепет ожидания, как его чувствует обвиняемый в суде перед оглашением приговора или тяжело больной человек перед получением диагноза от врача.

Гадалка на столе раскладывала пасьянс. Наташа внимательно следила как фрау мешает раскрашенные листы выполненные из прочного многослойного картона с износоустойчивым пластиковым покрытием. Интересно, а где она делает маникюр, подумала Наташа, глядя как ловко и быстро перебирает карты пальцами рук женщина с хорошо ухоженными ногтями. Этот нелепый и посторонний интерес к маникюру гадалки, врача ничуть не удивил, она прекрасно понимала, что так ставит защиту ее мозг, сберегая себя от излишнего напряжения.

- Готово, - сказала, как отрубила слова ножом, фрау окончив раскладывать карты и внимательно смотрела на Пушкина, фиксируя его нервные реакции, Наталью Николаевну гадалка игнорировала.

- Все сбылось, не так ли Александр Сергеевич? – четко и уверенно выговаривала слова гадалка, пытаясь психологически подавить поэта, - В девятнадцатом веке вы получили деньги, вам было сделано неожиданное предложение, вы были в ссылке, вы стали кумиром соотечественников и вас убил на тридцать седьмом году жизни, блондин одетый в белый мундир приехавший на дуэль на белой лошади[1].

Наташа почувствовала как дрогнула рука Пушкина и стала сильно пульсировать кровь в его венах, сердце усиленным давление гнало кровь, как крича: «Тревога! Смертельная опасность!», но внешне он оставался бесстрастным. Так и до инфаркта не далеко, решила врач и Наташа бросилась спасать мужа заговорив, властно, уверено, как при проведении операции где была ведущим хирургом:

- Шарлатанка, - насмешливо, с оттенком презрения, резала она фрау, - прочитала в сети начало романа, узнала про Пушкина и решила провести пиар акцию, прикидываясь настоящей фрау Киргхоф!

Наталья Николаевна указательным пальцем ткнула в карту пасьянса.

- Смотри тупица, у тебя же тут карты неправильно лежат! Ты овца, ты кого тут обмануть хочешь?

Честно говоря, Наташа с трудом выговорила слово «обмануть», ей хотелось сказать более хлестко, но помня о вирусе мате и его последствиях, она сумела воздержаться от употребления непристойного глагола.

Между тем фрау со злорадством отметила, что маникюр у Наташи хуже чем у нее, ногти коротко острижены, лак давно не обновлялся, и фрау гордо, но скандально, утратив подчёркнутую нерусскость выговора с волжскими интонациями по базарному выкрикнула:

- Ты то, коза, откуда знаешь, как надо?

Атмосфера торжественного таинства предсказания будущего утратилось. Две бабы ругались как на базаре при перевеске купленной картошки.

- Со мной на курсе девчонка училась, - азартно разоблачала мошенницу Наташа, - у нее бабка травница из ведающих, так она мне много про гадания рассказывала и пасьянсы учила раскладывать, а ты даже …

- Так ты сама ведьма! – со склочной радостью рыночной торговки заорала фрау Киргхоф и возбужденно крикнула Пушкину голосом вредной бабки:

- Смотри с кем ты связался! С ведьмой!

- А ты … - взвилась Наташа, резкими быстрыми движениями рук собрала разложенные на столе карты и швырнула их в холеное лицо фрау Киргхоф,

Та взвыла как дворняжка которой прищемили хвост, сняла очки, вскочила с кресла и бросилась в драку.

У Пушкина что называется «отлегло от сердца» он с улыбкой смотрел на женщин и чувствовал себя как обычный мужик Лукоморья, когда вечером в пятницу пришел с работы, на осенней улице промозглый дождь и слякоть, а дома тепло, в холодильнике стоит заветная бутылочка, у жены и детей всё нормально, горячий ужин уже готов и он с наслаждением свободы выпивает первые сто граммов хорошей ледяной водки. С понедельника опять на работу, да и на выходных дел полно запланировано, но именно сейчас он почти счастлив и наливает вторые сто грамм, не пьянства ради, а удовольствия для. Приходит тепло, умиротворение, а Госпожа Жизнь уже не кажется такой страшной и тяжелой.

- Да хватит уж вам, - рассмеялся Пушкин, пытаясь остановить женщин готовых вцепится друг другу в волосы, а далее с наслаждением битвы царапать лицо соперницы ногтями. Но разбушевавшиеся бабы мужчину не слушали.

Наташа была моложе, сильнее, как врач она знала все болевые точки на теле человека, а как хирург умела эти знания использовать, шансов на победу у фрау Киргхоф не было, а потусторонние силы не спешили ей на помощь. В начале схватки Фрау Киргхоф сразу пропустила сильный удар кулаком в переносицу, утратила координацию движений, рухнула обратно в кресло и заплакала.

- Голову вверх задери, - приказала хирург поверженной сопернице, - тогда кровь остановиться,

Питьевой водой из стоявшей на столе пластиковой бутылки смочила свой платок, подала гадалке.

- Вытри кровь и сопли, - как милосердный победитель стала советовать Наташа, - потом сразу намажь синяки мазью с бодягой, выпей успокоительного и больше к нам не лезь, а то я хоть и не гинеколог, но матку наизнанку тебе вывернуть сумею.

Фрау Киргхоф стала вытирать лицо платком стирая отличный макияж и размазывая по нему кровь с носовой слизью, потом уже без искусного грима превратившись в старую патлатую ведьму, выбросила испачканную влажную ткань в мусорную корзину и с окровавленным лицом из носа которого все не останавливаясь текла ее кровь закричала:

- Ты видел? – обратилась она к Пушкину, - Она смешала и выбросила карты, чтобы ты не узнал свою судьбу в Лукоморье!

-Но я, – торжествуя продолжала кричать гадалка, - успела узнать, тебя тут как и там убьет человек с белой головой, в белой рубашке, на белой лошади,

Пушкин заметно вздрогнул, как и каждый настоящий поэт в любое время и в любом месте,