"Фантастика 2026-160". Компиляция. Книги 1-28 - Вахтанг Глурджидзе

class="p1">Карамелька недовольно заворчала. Меня опять мучил голод. Но еще сильнее хотелось определенности. Я до сих пор не знала, что со мной будет.

— Яра, я все же должен тебе сказать…

— Меня убьют? — перебила я его.

Разумовский вздохнул, подвинул стул ближе к кровати и сел напротив меня.

— Формально ты не давала присягу. Ни как курсант академии, ни как эспер. То, что твоя сила вышла из-под контроля, косяк твоего куратора.

— Савы⁈ — воскликнула я, холодея. — Но его там не было вовсе! Нет! Не надо! Я сама отвечу…

— Яромила! — рявкнул Разумовский. — У Бестужева ты, как минимум, наглости набралась! Или кто-то другой научил тебя перебивать старших?

— Прошу прощения…

— Учитывая все обстоятельства и сведения, что тебе удалось добыть, инцидент не будет предан огласке.

«Тогда зачем меня сюда притащили⁈» — чуть не воскликнула я. К счастью, удалось вовремя прикусить язык.

Разумовский довольно усмехнулся.

— Спрашивай.

— Вопрос все тот же, Сергей Львович. Зачем я здесь?

— А кто еще поможет тебе справиться с откатом? — как-то устало поинтересовался он. — Так уж получилось, что кроме меня — некому.

— Это потому, что я такой же сильный эспер, как и вы?

Он не рассердился. И даже ответил.

— Нет, Яра. Ты сильнее. После такого выброса силы эспер либо наслаждается обретенным могуществом, либо мучается угрызениями совести, причем и то, и другое может свести его с ума. Определить вектор твоего дальнейшего развития мог и Шереметев. Но удержать тебя от помешательства не в его власти.

И что, не будет никаких условий? Никакого шантажа? Я пристыженно молчала.

— Нет худа без добра, — сказал Разумовский. — Теперь ты перестанешь подозревать меня в нечестной игре?

— Прикажите мне что-нибудь, — оживилась я. — Ментально.

— Яра, не смешно. Я никогда не делаю этого просто так. Ты же знаешь, как это противно!

— Пожалуйста. Я хочу проверить.

— Наглая девчонка, — проворчал Разумовский.

Внезапно у меня зачесалась левая ладонь. Я поскребла ее ногтями, испытывая облегчение. Да, я чувствовала силу князя.

— Убедилась? — спросил он. — Теперь ответь на мой вопрос.

— Постараюсь, — пообещала я.

— Ты жалеешь о том, что сделала?

А вот это неожиданно. Так разговор еще не закончен…

— Нет, — ответила я честно. — Я ощущала эмоции этих людей. Я понимала их намерения. Они бандиты, а Ваха — монстр. Я не хотела убивать. Если бы у меня был опыт, я смогла бы предусмотреть… То есть, я не подумала о том, что они начнут стрелять друг в друга. Но я не жалею. Я понимаю, что нарушила закон. Я не хочу никакого могущества. Но я не жалею.

Разумовский кивнул.

— Ты справишься. В гостиной сейчас закончат уборку, накроют на стол. Спокойно поешь и отдыхай. Постарайся не думать о том, что произошло. Если не получится, повторяй: я ни о чем не жалею. Если станет совсем плохо, химеры меня позовут.

— Сергей Львович…

Он обернулся, взявшись за дверную ручку.

— Что?

— Вы же не накажете Саву? Не его вина, что…

— О господи! — Разумовский возвел очи горе. — Пошли мне терпения!

И он вышел из спальни, ничего не ответив.

Глава 53

— Еще не вернулась?

— Не вернулся, — процедил Савелий, не отрываясь от очень важного занятия.

Он запихивал в рюкзак резиновые сапоги. Следовало отправить их туда раньше, сразу после консервов с тушенкой, а внутрь засунуть мыло, мочалку и прочие банные принадлежности. Но Савелий о сапогах забыл, а когда вспомнил, в рюкзаке почти не осталось места. И что, теперь его разбирать и заново укладывать⁈

— Точно. Я уже как-то и отвык говорить о Яре, как о парне, — вздохнул Матвей.

Он привычно оседлал стул и с минуту наблюдал за мучениями Савелия.

— Не впихнется, — наконец резюмировал Матвей. — Тупо объема не хватает.

— Да знаю я! — воскликнул Савелий и пнул многострадальный рюкзак.

— Что-то ты рано вещи собираешь, — заметил Матвей.

— У тебя есть другие предложения, как убить время? — мрачно поинтересовался Савелий. — В комнате уборку сделал. Шкаф разобрал. Полы помыл. Дважды. На стадионе не знаю сколько километров нарезал. Из тренажерки меня выгнали.

— Кто посмел?

— Инструктор. Там сегодня Бес дежурит. Сказал, что ему трупы без надобности.

Бес, он же Бесо Давидович Ниношвили, безусловно был прав. Савелий и сам понимал, что истязал себя нагрузками, вопреки здравому смыслу. Если сердце не выдержит, то никакой врач десятого уровня не поможет.

Ожидание давалось Савелию нелегко. Разумовский забрал Яру вчера утром, а сейчас уже шесть вечера, а она еще не вернулась. Собственная беспомощность бесила, как никогда.

Савелий перевернул рюкзак и вывалил его содержимое на кровать.

— Яре не предъявят обвинений, — произнес Матвей. — Дед сказал. Дядя Саша подтвердил.

Савелию Александр Иванович говорил то же самое. Но зачем Разумовский держит ее при себе? И почему так долго!

— Сава, зачем тебе тушенка? — спросил Матвей. — Насколько я помню, там хорошо кормят.

— Кормят хорошо, — согласился Савелий. — Ты же в прошлый раз в другом хозяйстве был? Не на картошке?

— Мы свеклу убирали.

— Ага, точно. Так у нас с ребятами традиция. Картошку варим, потом в нее банку тушенки добавляем. Классный перекус, когда ночной жор нападает.

— А варите в чем? — заинтересовался Матвей. — В котелке? На костре?

— В чайнике.

— Вещь, — согласился Матвей.

— Ладно, ты о сестре расскажи, — попросил Савелий. — Как она? Ты у нее был?

— Она в порядке. Дед лучших врачей подключил, оплатил лечение. Я у нее не был. Она ж ребенок, только родных пускают.

— А ты кто? — опешил Савелий. — Ты ее брат.

— Я и Яре брат. Об этом все знают? — неожиданно зло огрызнулся Матвей.

— С Ярой особый случай, — возразил он. — Она скрывает принадлежность к роду. И тебе невыгодно становиться бастардом опальных Морозовых. А с Любой что не так?

— С ее матерью, — пояснил Матвей. — Все не так с ее матерью. Она не хочет говорить дочери о старшем сыне. Да и черт с ней. Так даже лучше.

— Она тебя хоть за спасение дочери поблагодарила?

— Зачем? — Он усмехнулся. — Сказала,