"Фантастика 2026-160". Компиляция. Книги 1-28 - Вахтанг Глурджидзе

Другой оказался грузинским князем, звали его Мамука Эристави. Черноволосый красавец в богатой одежде и грязных рукавицах, перебирающий картофель, выглядел сюрреалистично. Однако Мамуку это ничуть не смущало. Каким ветром его занесло в академию госбезопасности? Допустим, его семья — подданные Российской империи. Но эту профессию он выбрал… потому что эспер?

Мишка, в отличие от меня, не гадал, а спросил прямо. В ответ получил удивленный взгляд и кривую усмешку. Но Мишка, как и я, наверняка, почувствовал досаду Мамуки и настороженное беспокойство Якова. Неужели оба эсперы? Нас тянет друг к другу, что ли?

Надо спросить об этом Сергея Львовича…

Теперь досаду испытала я, сообразив, что опять думаю о князе Разумовском. Но что поделать? Относиться к нему, как раньше, со страхом и предубеждением, я уже не смогу. Друзьями мы не стали, однако я не могла отрицать, что помогал он мне искренне и бескорыстно. То есть, возможно, какие-то планы на меня у него есть, но целых два дня Разумовский возился со мной без всяких условий.

Лечил ментально, поддерживал психологически. А когда я почувствовала себя лучше, учил… уверенности.

— Яра, технически ты выглядишь, как парень. Но ментально ты — девушка. Ты же понимаешь, что в академии концентрация эсперов на один квадратный метр…

— А что делать? Это можно как-то изменить?

— Для начала перестань бояться того, что тебя раскроют. Пусть раскроют. И что? Небо на землю упадет? Что такого страшного случится? Из академии не выгонят. Секреты академии, в том числе, о личности курсантов и выпускников, хранят все без исключения.

— Александр Иванович…

— … расстроится?

Шереметева Сергей Львович критиковал с удовольствием. У меня сложилось впечатление, что они таки учились вместе. И соперничали.

— Нет. Я, кажется, поняла, зачем он переодел меня в парня. К девушке было бы предвзятое отношение. Даже мои друзья… долго не воспринимали меня всерьез.

— Допустим. В любом случае, если тебя раскроют, академия устоит на месте. Так зачем бояться? Как только ты расслабишься, ментальное состояние подстроится под внешний вид и поведение. Последнему тебя, как ни странно, прекрасно обучили.

Надо будет Саве передать, что Разумовский его похвалил. Если бы Сава вдруг захотел поговорить о том, что я делала у Разумовского…

Вообще, он спрашивал, но я не захотела рассказывать подробности. То есть, я не собиралась ничего скрывать. Однако Сава, задавая вопрос, так ревновал…

Разговор я отложила, а потом как-то забылось, стало не до того.

На обед нас отвезли в лагерь, а после мы вернулись к дяде Пете.

— Слышали? — спросил Яков, пока мы ждали грузовик. — Сегодня вечером нам устроят посвящение.

Мы с Мишкой переглянулись. Сава ничего нам не сказал.

— Ай, или через костер прыгать заставят, или в речке купаться, — поморщился Мамука.

— Тут кладбище рядом. — Яков понизил голос до шепота. — В прошлом году перваки там знаки судьбы искали.

— Чего? — переспросила я. — Знаки судьбы?

— Старшие среди могил картонки с нарисованными значками спрятали. Нужно было найти три любых. Никто не знал, что значки обозначают.

— А потом ка-а-ак узнали… — задумчиво произнес Мишка.

— Как же… не тревожить сон мертвых? — поморщился Мамука. — Есть же закон, запрещающий проводить любые мероприятия на кладбище.

— Кроме похорон, — уточнил Мишка.

— Так это тоже часть испытания, — сказал Яков.

— Достали со своими испытаниями, — пробурчала я. — Детский сад!

— Вот-вот, — согласился со мной Мамука.

— А еще говорят, что среди нас есть девчонка, — выдал Яков.

— Эй, работнички! По коням! — окликнул нас дядя Петя.

Мы полезли на комбайн, и разговор вынужденно прервался. А быстро, однако, в мужском коллективе распространяются сплетни.

Глава 2

После обеда работа на комбайне уже не казалась мне легкой. Грузовики подъезжали один за другим, и перерывов дядя Петя не делал. Еще и скорости прибавил: лента конвейера двигалась быстро, перед глазами мелькали картофельные клубни и камни, и отделять одно от другого требовалось стремительно.

Болтать о ерунде стало некогда, а к вечеру уже и не хотелось.

Яков, казалось, вовсе не чувствовал усталости. А сильнее всех вымоталась не я, а грузинский князь. Или княжич? Запамятовала их титулование.

В лагере Мишка, улучив момент, отволок меня в сторонку и горячо зашептал:

— Яр, это не я! Чем хочешь поклянусь! Я никому… ни с кем…

— Миш, успокойся, — попросила я. — Я знаю, что это не ты.

— Но кто? — Он взмахнул густыми ресницами. — Сава или Матвей? Бред. Кто еще знал? Ленька? Но его нет…

— Я.

— Э-э… Что?

— Что слышал. — Я похлопала его по плечу. — Выдыхай. Вечером обсудим. Вчера не до того было.

Я собиралась принять душ до ужина, но Мишка вцепился в меня, как клещ.

— Но зачем? Разве тебе не надо… оставаться парнем?

К счастью для себя, Мишка был незнаком с методами Александра Ивановича, поэтому я сжалилась и объяснила:

— Это такой план, для адаптации в мужском коллективе. Я от него не в восторге, но моего мнения никто не спрашивал.

— То есть… теперь надо, чтобы тебя раскрыли?

— Нет. — Я вздохнула. — Теперь надо, чтобы меня искали. Подробности после ужина.

Помыться я все же успела, но только потому, что Матвей занял нам с Мишкой очередь. В душевой кабинке едва хватало места одному, поэтому курсанты вынужденно ждали снаружи. Кабинок установили десятка три, а нас гораздо больше.

За ужином Сава заметил, что у меня слегка дрожат руки. Или, что вероятнее, почувствовал мою усталость.

— Яр, вовсе необязательно выкладываться по полной, — заметил он. — Тут половина норму не добирает, и ничего.

— А у меня нет нормы, — ответила я, взглянув на Мишку. — Майк нам легкую работенку нашел. На комбайне.

— Да вы с ума сошли? — удивился Сава. — Зачем?

— Ну… мне показалось, там лучше… — пробурчал Мишка.

— Там, действительно, неплохо, — вступилась я за него. — Это с непривычки. Завтра пройдет.

И уставилась на Саву, заставляя его почувствовать мое недовольство.

— Ты чего? — нахмурился он.

— Если мы с Майком доживем до завтра, — сказала я. — Что еще за испытание? Почему ты ничего мне не сказал?

— А, это… — Сава заметно расслабился. — Яр, ты предпочел бы все знать заранее? Серьезно?

Я перевела взгляд на