Фантастика 2026-98 - Андрей Волковский

«Что ж, значит, пока что можно отдыхать. Сейчас ведь и сударь Норт мается с такой же точно ерундой», — сказал внутренний голос. Голос тоже слышался глухо, словно с большого расстояния или через толстую перину. Но он по-прежнему был здесь. Это немного утешало. Ник все еще не видел никакого выхода из ситуации. Но он все еще был жив и даже почти что цел. Это само по себе было весьма неплохо.

К тому же отравленный пыльцой среброзвонника Норт совершенно точно будет отсиживаться где-то в тишине и покое, подальше от людей. Внезапно приключившуюся с волшебником немоту трудно было бы объяснить. А то и вдруг кто-то что-то, напрямую обращенное к нему, скажет — и придется выполнять. И, значит, сейчас он не только сам не навредит Скаю и Питу, но и не отправит для этого кого-нибудь другого. А это уже даже вполне хорошо. Можно засчитать себе и этот раунд поединка. Интересно, сколько продлится действие пыльцы? Доза им досталась примерно одинаковая, значит, и закончится все примерно в одно время. Жаль, что нет отмеряющих время свечей или хотя бы оконца.

Время, хоть и неизмеренное, тянулось бесконечно. Боль от неподвижности и жестких досок уже невозможно было игнорировать. Голод и жажда тоже становились все более мучительными. Голос, который все это время не позволял Нику остаться наедине с собственным телом, звучал все тише, теряясь в навеянном пыльцой тумане. Хотелось плакать, кричать и молить о пощаде. Единственное, что его останавливало, так это что никакой надежды на то, что кто-то придет и поможет, не было. А вот враг может и порадоваться, если вдруг услышит отголоски его воплей.

Голос, впрочем, был иного мнения.

«Хочешь — так поори! С чего тебя должно волновать, что о тебе подумает Норт?» — пробурчал он из вязкого тумана.

От возмущения Ник даже на пару мгновений забыл о боли. Сдаться? Ну уж нет. Хотя, кажется, совсем скоро у него просто не останется сил на сопротивление.

«Ну и дурак, — прокомментировал Голос. — Ты сейчас с кем бьешься?»

Что за дурацкие вопросы? Ник понял, что кто-то здесь сходит с ума — то ли внутренний голос, то ли он сам.

«Ты и правда думаешь, не сошло ли с ума твое же сумасшествие?» — спросил Голос с таким непередаваемым выражением, что Ник нервно хихикнул. Впрочем, сумасшествие больше не пугало. К тому же этот безумный внутренний диалог немного отвлекал от ощущений.

Он даже снова попытался сосредоточиться и вызвать немного волшебства, но от этого стало настолько плохо, что сознание опять расплылось и погасло.

* * *

На подъезде к Скалкам Пит посоветовал Скаю спрятаться в экипаже и улечься на сиденье. Неизвестный злодей вполне мог уже выяснить не только кто они такие, но и примерно прикинуть, какой дорогой будут возвращаться в городок. Сам Пит в такой ситуации счел бы разумным нанять нескольких парней с самострелами. Среди здешних камней можно устроить очень неплохую засаду. Вдруг да повезет попасть в волшебника?

На защитный купол у Ская сейчас сил не было, но идея прятаться, когда Пит поедет в открытую на ничем не прикрытых козлах, ему совсем не понравилась.

— Не волнуйся, — непринужденно рассмеялся кучер. — Нас с тобой даже с расстояния не перепутаешь. Останавливать повозку и нападать в открытую на волшебника, да еще в виду городской стены, они не рискнут. А значит, стрелять в меня им нет ни малейшего резона. Я буду в большей опасности, если ты будешь сидеть рядом: вдруг да промахнутся?

Скай счел аргумент весомым и спрятался. Никто на них так и не напал, но в город волшебник въехал в прескверном расположении духа.

В таверне их встретила Олси, и по ее встревоженному лицу сразу стало ясно: случилось что-то неприятное. С порога девушка ничего говорить не стала, сперва провела их в ту же комнату, где они жили в прошлый раз. Прикрыв дверь, Олси рассказала им, что Ник в первую же ночь сбежал из обители Сестер и больше его никто в городе не видел.

— Он даже ваше полотенце и бритву в комнате оставил, — сказала Олси не то расстроенно, не то возмущенно. — Тетушка Лиз велела их тебе передать.

Олси вышла. Пит и Скай переглянулись.

— Вот же болван! — резюмировал Пит. — Решил, видимо, что и без нас обойдется.

— И что будем делать?

— Да ничего, сам же решил. Претензий у нас к нему нет, обязательств перед ним тоже. Грустно, конечно, если пропадет. Но ведь он это выбрал совершенно самостоятельно. К тому же он наверняка сразу покинул город. Нам его и не найти.

Скай хотел бы что-нибудь возразить, но что тут скажешь?

Вернулась Олси и принесла полотенце с завернутой в него бритвой.

— Да, наверное, нужно просто с этим смириться, — признал волшебник. — В конце концов, он взрослый парень. Вот это полотенце, кстати, мне продала маленькая девочка в булочной. Весь город лежал с похмельем после дня урожая, а детишки булочника взяли дела в лавке в свои руки. И ничего, справились. И Ник справится.

Развернув полотенце, волшебник замолчал. На белой ткани виднелось большое темное пятно от какого-то травяного настоя. На первый взгляд пятно казалось случайным, но формой что-то явно напоминало. Скай расправил полотенце и с недоумением на него уставился. Пятно случайным не было — жидкость на полотенце наливали тонкими струйками, а кое-где, похоже, помогали пальцем. Знак Гильдии волшебников расплылся и растекся, но оставался вполне узнаваемым.

— Что там? — подошел поближе Пит.

Волшебник молча показал ему полотенце. Пит всмотрелся и помрачнел.

— Вот же балбес! Ну нет бы по-человечески, записку написать или еще что. Нет, обязательно нужно оставлять загадочные знаки, как в таинственных романах прошлого века!

— Может, времени не было? Или его силой кто-то увел? — предположил Скай.

— Надо поговорить с тетушкой. Узнать, с кем и о чем он говорил, кого видел перед тем, как исчезнуть.

— Ладно, час еще не поздний для визитов. Давай ты к тетушке, а я пока городского волшебника найду, передам отчет для Гильдии, чтобы больше на законченное уже дело не отвлекаться.

— Хорошо, сейчас я тут дела улажу и пойду. Закончишь с волшебником — возвращайся сюда, эта комната за нами. Кстати, живет он на Зеленой улице, в самом центре. Тебе любой тут дорогу покажет.

Скай посмотрелся в умывальное зеркальце, плеснул в лицо водой из тазика, поправил волосы и решил, что без долгого мытья и основательной стирки все равно не сможет привести себя в приличный вид. Что ж,