Волшебная больница Святого Владимурра - Виктория Миш

воодушевленно продолжал рассказывать Габриэль, — Мы дружелюбно относимся к другим видам, не берем в плен землян. Рабство у нас запрещено. Мы присягнули на верность короне, и скорее умрем, чем нарушим клятву. Наша стая почти полностью служит в Межмировой армии подавления. Род Аурум щедро награждает за верную службу, и мы не собираемся предавать их… Ты не должна бояться волков, Джули. Мы освобождаем людей, а не вредим им.

— Неплохо. После твоих слов как-то спокойнее находиться с тобой в одной палате, — пошутила я, но Габриэль шутку не оценил.

— Я говорю серьезно, Джули. Никто не защитит баресса так, как род Валдас. Моя метка — это отличительный знак, награда. После совершеннолетия старший отпрыск рода Валдас приносит клятву верности и получает татуировку силы…

— Кому ты принес клятву верности? — заинтересованно подалась я вперед, — Тёмка тогда еще не родился. Ты не мог принести клятву верности этому барессу.

— Ну, да… — Габриэль смутился, — Мы приносим клятву всем барессам, которые могут родиться.

— Странно звучит. Это как поклясться неизвестно кому неизвестно в чем.

Встав, я прошлась по палате. Остановилась у шкафа, распахнула дверцу и механически стала перекладывать вещи с полки на полку, сворачивать их и выравнивать, чтобы они лежали аккуратными стопками. Такая нехитрая уборка всегда успокаивала меня и давала возможность подумать.

Надо же, как они ловко выкрутились! И не подкопаешься. Мы, мол, поклялись, что не причиним вред. Круг пяти, защита, безопасность — какие прекрасные лозунги!.. Приезжайте, дорогие наши барессы, мы вас чаем угостим!

А как обстоят дела на самом деле — непонятно. И проверить, действительно ли они будут защищать интересы Темки — никак нельзя. Только поверить на слово.

А верить без доказательств мне не хотелось. Слишком высокая цена на кону — свобода и благополучие моего сына. Тут сто раз подумаешь прежде, чем отрезать.

Вдруг вся эта муть с клятвой не сработает, и этот Круг Пяти наоборот захочет использовать Темку в своих интересах? Пока я понимала мало, но вся эта ситуация шибко смущала и вселяла тревожность.

— Круг пяти всегда защищал и берег жизнь барессов! — возразил Габриэль, — Ты не имеешь право нас упрекать или подозревать в чем-то.

«Ладно» — решила я. Не буду нервировать волка, пока он рассказывает. Лишь бы делился информацией и не молчал.

Да и накручивать себя — тоже не стоит.

— Кто еще входит в этот круг? Какие-то другие рода?

— Да. Пять сильных волчьих родов: Курды, Комштейны, Фрилы и Гудоносы.

Послышался какой-то скрип, но я не придала ему значения. В пятый раз переложила футболку с полки на полку и пробормотала себе под нос:

— Нерусские какие-то названия. Хотя… первые две фамилии мне как будто знакомы.

— Конечно, знакомы! — раздался бархатный голос Рэя, и от неожиданности я стукнулась лбом о полку, к которой наклонилась, — Джули, ты снова не с тем мужчиной связываешься. Валдасы — солдафоны. Тебе с ними не по пути.

— Да как ты смеешь! — сразу же взвился Габриэль, — Твой род на несколько лет моложе моего. Ты должен оказывать мне уважение!

Они стояли друг напротив друга и воинственно пыхтели. Один в своем белом расстегнутом по всей длине халате, другой — в простыне, накинутой на одно плечо и подвязанной на манер римской туники.

— С большим уважением я сдам тебя в Анте как бунтующего! И вышвырну вон из Больницы, чтобы больше никогда не мозолил глаза Джули.

— Это ей решать, кому мозолить глаза, а кому нет, — с тихой ненавистью ответил Габриэль, — У нас с ней достаточно интимные отношения, чтобы обсуждать их наедине. Она приглянулась мне еще с Земли. И не тебе, младший Комштейн, в них вмешиваться.

Рэй так вспыхнул, что я испугалась за безбашенного Габриэля. К чему он провоцирует его?

Я громко захлопнула дверцу шкафа и в свою очередь крикнула:

— Нет у нас никаких отношений! Гамбри, не ври.

Оборотень даже глазом не моргнул. Выставил грудь колесом и приготовился драться. Его телодвижение не ускользнуло от рассерженного Рэя.

— Пока она тут, можешь забыть обо всех отношениях. Я перевожу тебя в инфекционный бокс до завтрашнего утра. Скажи спасибо, что не выкидываю сразу, а даю возможность попрощаться с барессом.

— Иди ты!.. — выругался Габриэль и в два шага оказался рядом со мной, — Джульетта, подумай. Из нас вышла бы отличная пара. Дай нам шанс. Если отбросить все эти сложности, нам хорошо было вместе. Я помню, как ты смотрела тогда. Сколько страсти было в твоих поцелуях. Ты хотела меня и была готова закрепить наш союз …

Где-то за его спиной потерял терпение и по-звериному зарычал Рэй. В отличие от меня, Габриэль проигнорировал угрозу.

— Тебе показалось, Габриэль. Я была пьяна. Не принимай на свой счет, наша встреча была ошибкой…

— Ты целовалась страстно. Я нравился тебе, я же помню! — возразил мужчина.

Смуглое тело Габриэля приблизилось. Коричневая бархатная кожа резко выделялась на фоне белой простыни и непроизвольно притягивала взгляд. Протянуть бы руку и коснуться!

Нет, нельзя. Он поймет превратно.

А глаза, темные и манящие, как сама ночь?

Они гипнотизируют меня. Манят, обещая блаженство. Просят поверить и забыться. Навсегда.

А его губы? Разве не упоительно было целоваться с ним, запуская пальцы в длинные темные волосы, касающиеся плеч? Я помню, какими шелковистыми и прекрасными они были!

Да, мужчина был красив южной, вызывающей какой-то глубинный трепет красотой. И волновал меня, чисто эстетически.

Я любовалась Габриэлем открыто, не стесняясь. Он предложил мне свой дом, свою постель — я и не ожидала, что мужчина определится так быстро. Почему бы мне, в свою очередь, не посмотреть на то, что он предлагает? Оценить масштабы его щедрости, принять взвешенное решение.

Нет.

Не могу.

Несмотря на внешнее совершенство, рыцарское предложение поселиться у него дома и предыдущую встречу в ресторане, он не задевал ни единой струнки внутри.

Я могла смотреть на него, как на красивую картинку в журнале. И всё. Меня не беспокоил ни его запах, ни его мысли.

— Ты!.. — прорычал совершенно диким голосом Рэй и схватил Габриэля мертвой хваткой за плечо, — Идешь со мной! И забудь дорогу в эту палату!

— Подумай! — еще раз напоследок бросил мне Габриэль и уже у самой двери развернулся и подмигнул, — Я пришлю за тобой парней.

— Только попробуй! — уже спокойнее прорычал Рэй и пихнул того к двери, — Открывай. Прости, Джули, за беспокойство. Сейчас запру этого нахала и вернусь.

Он благосклонно кивнул мне и вышел. И даже не поинтересовался моим мнением, хочу ли я вновь встретиться с ним. Говорить обо всех этих переездах и будущей