Мандалорский фактор - Giena

Один ему был незнаком, хотя и подозрения на его счет имелись, но вот второй уже успел засветиться во многих местах, как наступив на мозоли человека, так и поработав на него. Впрочем, проблема, которую он доставил в последнем своем крупном вояже перечеркивала полезность, выводя на передние ряды другого наемника, более благонадежного. Движение руки и еще больше изображений появилось в воздухе — мандалорец в бою, на собрании, возле хатта, за штурвалом звездолета, даже было изображение без шлема, сделанное с дальнего расстояния, а под всем этим записи об известных делах, что тот успел совершить наемник. И все это мерцание голограмм осветило лицо человека в комнате — вытянутое, с раздвоенным подбородком и острым носом, из-под капюшона выбивались пряди светлых волос, которые уступали место седине. Два мерцающих глаза смотрели из создаваемой тени.

Этот Нгор Марлу умудрился похоронить перспективную марионетку в темных делишках. Не то чтобы очень полезную, но сыграть ее в паре мест, выбивая нужные именно ему комбинации, было нужно для общей картины, создав наколенную ситуацию вокруг неспособности джедаев выполнять возложенный на них долг, как и удачно подвернувшийся Рэднор и, может быть, восстание на Рилоте. Такое прощать было нельзя — ситхская натура Палпатина, совмещавшего с этим еще и имя Дарт Сидиус, просто не позволяла ему пропустить обидно отдавленную ступню. Ничего личного, просто оставлять того, кто уже раз волей Силы сыграл против тебя и может сделать это снова — такая себе затея. Даже в перспективе склонения того на свою сторону.

К счастью и Марлу, и его спутник (данные которого как видел теперь мужчина совпадали с воспитанником, мелькавшим рядом с мандалорцем четвертый год) оказались на планете, где власть Палпатина была столь же сильна, как и на многих других, где обитали сенаторы, прикормленные и прикрытые «заботливым» канцлером.

Не то чтобы ему так хотелось этого, они не были таким уж важными фигурами, так, заигравшиеся царьки, кто как угнетавшие собственный мир, ради того, чтобы набить карман. Просто подвернулись под руку. Да и шли они можно сказать «в комплекте», создав клуб из таких же богатых и тупых.

Сейчас же желания Сидиуса были куда более скудными, более ограниченными чем положено ситху его уровня, все же он был в окружении джедаев. И с каждым днем ему становилось все сложнее контролировать Темную сторону. Благо скоро должен был начаться план, и тогда его скроет водоворот войны и смертей, окончательно ослепивший джедаев, как слепили их смерти десятка себе подобных, когда он пытался сломить Дуку. Хотел одно, а получил три — Дуку, разобщенных мандалорцев, потерявших Мандалора, и подпитку собственных желаний. Тогда он получил заслуженный глоток Тьмы, но сейчас все будет куда масштабнее, сильнее, темнее. И станет легче. Он был в этом уверен, как и во многих других вещах, о которых нужно было похлопотать, чтобы куда более масштабным проектам будущего все было готово.

Палпатин посмотрел на карту планеты. В принципе ее можно было использовать, неплохой массив, достаточная удаленность от развитых систем, достаточно приближенная к другим марионеткам и слабовольный правитель — удачная пешка. Он станет его агентом в этом вшивом клубе «богачей» и вскоре они будут дергаться на крючке либо Палпатина, либо Сидиуса. За столько лет в политике, мужчина научился лавировать двумя своими ипостасями так же ловко, как и финансами и словами.

Щелчок переключателя и перед глазами появились фотографии главных действующих лиц конфликта и краткие сводки по ним. Взгляд сам собой остановился на напоминавшей герцога голограмме. Разум легко уцепился за скользнувшую мысль. Мановение руки и на панели появились новые данные, новые фото. Да, похоже пора испытать кого-то из прихвостней Дуку на предмет скрытности и владения Силы.

Глава 13

— Дела будущего! — издевательски передразнил себя же Амадис, и тут же завыл как раненная собака. — О Сила, о чем я вообще думал тогда!

— Стреляй молча! — огрызнулся закованный в броню какой-то то ли пехотинец, то ли наемник.

— Заткнись мужик, у меня горе! Горе от ума! Я слишком умен для этого мира!

— Я тебе сейчас мозги выбью!

— Ой, да заткнись ты!

— Слушай, щенок, я не!..

Непонятны мужчина внезапно дернулся, взмахнул нелепо руками и упал на дно окопа с рыжеватой дыркой с оплавленными краями на боку шлема. Амадис посмотрел наверх, наслаждаясь феерией лазерных огней, вернул взгляд на труп и почесал висок шлема рукояткой бластера. Вторая рука тем временем дотянулась до выроненного оружия солдата и подтянула его к креплению на поясе.

— Ну, наверное, поэтому и говорят — не высовывайся. И еще — не рой могилу другому, а не то снесет голову. Или нет? — ответа не последовало, окоп давно опустел до половины и никому не было дела до одинокого мандалорца. — Старик, у нас есть план?

— Придерживайся обговоренных маневров. — пришел лаконичный ответ.

Амадис изобразил под шлемом все что думает о приемном отце. «Обговоренные маневры» подразумевали прятаться в окопах, использовать ИИ «Пьяного ястреба» и Зубика на полную, предугадывая прилет возможных снарядов в реальном времени. И ожидание приказов, по возможности выбивая врагов, имеющих хоть какую-то ценность в рядах армии, или занимающихся опасным для повстанцев делом.

Уже пошел четвертый день, как командование повстанцев приняло решение о наступлении по одному направлению с использованием почти трети объединившейся армии. Как это часто бывает — одна значительная нападающая сила столкнулась с другой значительной силой, но контратакующей и обе застопарились. Командование быстро приняло решение и провела рокировку как боевых частей, так и стратегии, переходя на оборонные рельсы.

Амадис не особо разбирался в кухне глобальных сражений, но как он понял врага решили заманить в ловушку. Для этого местом рандеву была выбрана подготовленная долина со скалистыми стенами вокруг, на которых размещался «засадный полк» и «засадная артиллерия». Но толи у врага был хорошие разведчики, толи они просто не повелись, толи просто струсили. В итоге две армии встали друг напротив друг друга, устроив перестрелку в классическом стиле Первой мировой.

Спешно возводились дополнительные укрепления, рылись окопы, раскидывались мины. Враг делал тоже самое, но каждый раз подходил все ближе. И так пока между сторонами не осталось каких-то полтора клика (они же километры) ничейной земли, превратив все ее пространство в бесконечную феерию выстрелов и взрывов.

Амадис двинулся дальше по окопу. Все вокруг буквально тонуло в солдатской обжитости, какую могут придать только ожидающие долгого стояния на месте люди, привыкшие к опасности. Лежанки, выдолбленные в затвердевшей земле, поддоны чтобы не тонуть в грязи, замаскированные беседки, собранные из всего что