Планета Хаоса - Константин Константинович Костин

После ухода добрых вестников было проведено краткое совещание. Сенатор сразу же избрал своей целью копание могилы, взял лопату и ушел, благо недалеко. Когда через несколько минут я вышел посмотреть, как продвигаются дела (все ж таки сто лет человеку), могилка была уже закончена. Гратон явно зарыл (в фигуральном смысле) свой талант в землю. Как могильщику ему бы цены не было. Могила была хороша, глубиной в рост человека (человека, не Гратона, ему она была еле по пояс), вот только почему-то круглая…

— Гратон, где вы видели могилы такой формы?

Он задумался, явно пытаясь вспомнить. Дожидаться результатов мыслительной деятельности сенатора я не стал. А то ведь вспомнит…

— Как мы поместим в нее гроб? — поинтересовался я.

— А гроб обязателен? — засомневался сенатор.

— Да! Гроб обязателен!! Отдайте лопату, прах вас побери!!

…Никаких сил не хватает…

Обиженный Гратон отправился помогать Ане уложить неживого друга в положенную ему тару. Закончить квадратуру могилы мне удалось только где-то через полчаса. Сенатор явно всю жизнь занимался не своим делом…

Потом перед нами встала другая проблема: перемещение приблудного трупа в яму. Погребальная церемония, ввиду небольшого количества участников, может, была и не очень торжественной, но по крайней мере запоминающейся. Оркестр заменяло громкое пыхтение, роль катафалка играл сам гроб, роль возницы — виновник торжества, роль лошадей — мы, тащившие проклятый ящик по земле. По прибытии на место гроб был аккуратно сброшен на дно могилы и присыпан землей. Поменяв несколько мест (мы никак не могли прийти к общему мнению о том, где он должен находиться) крест все-таки утвердился в ногах. Была прочитана краткая (очень краткая) заупокойная молитва, мы на всякий случай простились с умершим и отправились «домой».

Во дворе избушки меланхолично жевал сено подарочный конь (ну, в том смысле, что крестьянин нам его практически подарил). Мы прошли внутрь, прикрыли массивную дверь, по толщине больше подходившую какому-нибудь противоатомному бункеру. Солнце уже практически зашло, его последние лучи вырывались из-за леса и проникали к нам в окошко, но все реже и реже. Усталые и слегка припачканные землей мы решили, что сейчас самое время ложиться спать, чтобы завтра, с утра пораньше, отправиться в путь по направлению к железной дороге. Вообще-то прямо с утра выехать не получиться, нужно хотя бы узнать, в какую сторону ехать, но это уже подробности, узнаем. Сенатор протяжно зевнул, пробормотал: «Утро вечера мудренее», вытянулся на лавке, заняв ее всю, и уснул, по своему обыкновению мгновенно. Мы с Аной неловко замялись у печки, которая осталась единственным местом, пригодным для ночлега. Избушка была не такой солидной, и комната в ней была одна. В ней находились печь, величиной с полкомнаты, лавка со спящим сенатором и стол, бывшее обиталище беспокойного покойника, если можно так выразиться. Лавка была занята, на столе было неудобно (да, после нашего друга, и неуютно), оставалась печь. Даже полатей, по словам Гратона, обязательной принадлежности каждой уважающей себя крестьянской избы, и тех не было (чем бы они таким не являлись). Принцесса явно хотела оккупировать печь в одиночку, но не решалась так прямо мне это сказать. Мне хотелось полежать минут так триста-четыреста, и выживать Ану с печи тоже не хотелось, не по-рыцарски это как-то, не по-графски…

— Эрих, — тихонько произнесла Ана, опасливо косясь на посапывающего сенатора, — можно мне вас… тебя… вас… попросить… предложить…

Благородно предложить ей спальное место, не дожидаясь, пока она поборет в себе вежливость и прогонит меня оттуда сама, помешал стук в дверь.

Стучали то ли ногой, то ли кувалдой, по крайней мере, грохот разбудил даже Гратона, а это о чем-то говорит…

— Кто? — рявкнул я, подойдя к двери, так, чтобы незваный гость сразу понял, что здесь ему не рады.

— Открой! — прорычал непонятливый пришелец.

Ну, сейчас я ему устрою… Обрадованный тем, что есть на ком сорвать раздражение, вызванное усталостью, я отодвинул засов и резко распахнул дверь… На то, чтобы понять кто стоит за ней, мне понадобилась доля секунды. Ее хватило и на то, чтобы захлопнуть дверь, запереть ее и прижаться к ней спиной. Безумным взглядом я обвел помещение, отыскивая пути к стратегическому отступлению.

— Что случилось? — сел на лавке абсолютно не сонный Гратон.

— Да, — поддакнула недоумевающая Ана.

Окно! Узкое, но при желании протиснуться можно. Уж желания у меня сейчас хоть отбавляй… В дверь громыхнули еще раз.

— Кто там? — забеспокоилась Ана. Сенатор спокойно дожидался, пока я перестану валять дурака и спокойно объясню, что стряслось с нами на этот раз.

— Нам нужно бежать отсюда! — выкрикнул я, перемещаясь к окошку, по пути подхватив Ану и сенатора.

— Да в чем дело? — вырвалась принцесса у самого окна. — Почему мы должны бежать?

— Там, за дверью… — как бы подкрепляя мои слова раздался еще один удар. Несокрушимая дверь затрещала, но пока выдерживала, — там — покойник!

— Наш? — деловым тоном уточнил сенатор.

— Нет! — выкрикнул я. — Какой-то совершенно незнакомый покойник… — после очередного удара дверь треснула вдоль… — и если мы немедленно не уберемся отсюда, у нас появится ощутимый шанс с ним познакомиться!

Больше вопросов не возникало. Первой в окно высадилась принцесса, кувыркнувшаяся на выходе и угодив в кусты. Затем выскользнул, как намыленный удав, Гратон. Приготовился к эвакуации я… Тут раздался последний удар и дверь рухнула, открыв недовольного синерожего покойничка, дескать, почему меня никто не встречает? Объяснять ему положение дел было уже некому: я выскочил в окно когда дверь еще находилась в полете.

Присоединившись к остальным сотоварищам я двинулся быстрым таким шагом как можно подальше от негостеприимного домика. Шаг был быстрый, такой быстрый, что на коне не угонишься.

— Почему он пришел к нам? — пропыхтела Ана на бегу. — Может мы его чем-нибудь обидели?

— Ага, не дали себя съесть, — согласился я, — может, вернемся и исправим ошибку?

— Разве покойники едят людей? — побледнела принцесса.

— Нет, — не вовремя вылез со своей эрудицией сенатор, — они разрывают их на части, завидуя, что те еще живы…

Тут мы остановились, хотя Ана, обрадованная рассказом Гратона, порывалась двинуться дальше. Мы стояли на деревенской площади, освещенной полной луной. Наше положение напомнило мне сцену из «романа ужасов». Все подробности учтены в точности: ночь, яркий свет луны, заброшенный дом у кладбища, в котором неосторожно решила переночевать беспечная компания, несчастная девушка — жертва монстра и главный герой, готовый поразить чудовище своей верной шпагой (мечом, дробовиком, огнеметом, бензопилой… Нужное — подчеркнуть). Для полноты картины не хватало только