Потерянная Мэри - Даниэль Брэйн

на изготовление бумаги и ткани. Почти круглый год, за исключением сезона сбора листьев, Эдмунд Рок мог безмятежно скрываться в этих развалинах, а Монк мог с безопасными промежутками снабжать его едой. Монк приходил сюда, никем не замеченный, а ливни и засуха скрывали его следы. Джекки нервно постучала пальцами по панели, потому что все еще нельзя было отметать патрули.

– Здесь? – неуверенно спросил Кин, притормаживая. – Или нет?

Лэйси протянул руку, чтобы встряхнуть как следует Монка, но Джекки остановила его, и он так и замер, недовольно насупившись. Джекки указала на Фиро, и это было неожиданностью для Кина и Лэйси, зато уравняло их в изрядно утомившем Джекки состязании в остроумии.

Ветер кашлянул в лицо пригоршней пыли. Джекки перебежала на другую сторону дороги, под прикрытие ракау, прошла немного по неширокой дорожке – скорее тропинке, и остановилась. Ракау сплелись над ее головой гибкими молодыми ветками.

– Как у вас так получается… капитан?

Щеки Фиро алели от дерзости, и Джекки не понимала, видит она перед собой призрак Харгрейва, или Фиро схватил судьбу за хвост и незабываемых впечатлений ему хватит лет на пятнадцать, и все, чему он оказался свидетелем, будет переврано, приукрашено и пересказано столько раз, что от постаревшего Фиро с его надоевшей байкой начнут шарахаться.

Джекки предпочитала второй вариант.

– Никто не решает такие задачки слету, капрал. – Она прислонилась спиной к гладкому стволу, и недовольные ракау стряхнули пыль ей на плечи. – Монк спокойно вынул ребенка из тележки и положил его на крыльцо – так же, как оставил и провиант. Никто бы не стал всматриваться, что он там носит, раз подошел к тележке, два… Он сделал так потому, что этот способ уже испытанный. Он так делает много лет.

– Он седитионист? – глаза Фиро расширились. Он мало что понимал – ребенок, Монк, архив, Харгрейв, этот выезд, – никто не посвящал простого капрала в детали, но седитионистами Фиро напугали еще до того, как он, наверное, ходить научился.

Джекки опустила связь между Монком и прочим.

– Не только, капрал. Много хуже. Когда ты многое знаешь и многое видишь, особенно то, что другие стараются скрыть, так легко заиграться и вообразить себя всемогущим.

Она вернулась к транспорту. Там все было спокойно – Монк, скрючившись, притворялся, что дрыхнет, Лэйси точил на него зубы, Кин рассматривал в зеркало заднего вида пожухлые проростки усов.

– На выход, – Джекки коротко стукнула в приспущенное стекло, и Монк вздрогнул. – С дороги склады не видно, Рок не пленник, еда у него есть, ходит где хочет. Идеальное место.

– Уверены, капитан? – озаботился Кин.

– Нет.

Джекки перешла дорогу, махнула рукой Фиро и стала пробираться сквозь заросли. Шелестели листья, стволы образовывали длинный коридор. Здесь даже днем было сумрачно – когда не было бури, сейчас же висела странная, непохожая на песчаную хмарь – испарения от болота, и болотный же запах. Кто-то зажег фонарик, раздался резкий свист, Джекки выхватила пистолет, но это всего лишь летучие мыши сорвались с ветвей и заметались, теряясь от света. Они пищали, хлопали крыльями, негодовали и облюбовывали новые ветки, цепляясь за них крохотными лапками и повисая вниз головой.

Ракау кончились ярдов через тридцать. Джекки рассматривала старые склады. Лет восемьдесят назад на невысоких холмах разместили сколоченные на скорую руку бараки. Долго они не просуществовали – транспортировка была удобной, тогда еще использовали лошадей, но патрули не справлялись с желавшими поживиться. Закон о наказании приняли примерно в те времена, пятнадцать лет государственных работ за кражу провианта назначили тогда же, сроки сохранились до сих пор, и снова Джекки подумала: Монк не мог об этом не знать. В любого сотрудника службы снабжения это вбивали в первые дни работы, значит, он делился с Роком собственной порцией. Кем для этого ничтожества Монка был Эдмунд Рок – небожителем?

Ноги скользили по песку, ветер издевался, то затихая, то налетая. Джекки шла впереди, за ней Фиро, затем – Монк под конвоем Лэйси. Со связанными ремнем ногами Монку идти было сложно, он спотыкался, шаг его был медленный и неширокий, Лэйси бесился и этого не скрывал, Джекки не возражала. Замыкал колонну Кин с оружием на изготовку. Небо рождало невидимое солнце, удивленное, что этот мир встретил еще один день. Облака ночью будто залили кровью и оттерли к утру небрежно, плеснув воды и пройдясь тряпицей.

Склады выглядели безжизненно. Джекки обернулась, увидела, что Лэйси заботливо поправил Монку кляп, решила, что можно было бы и заткнуть ему уши. Но что он слышал, не расскажет уже никому и никогда.

Заходить в такие места было опасно. Склады огородили столбиками с предупредительными лентами, за нарушение границ следовала кара – патрулировали этот район постоянно, но Джекки теперь усомнилась, что кто-то лазил за чем-то сюда. В заброшенных домах искали книги, посуду, вещи, мебель – все, что не успевали вывезти архивисты или служба снабжения, приходившая следом, но здесь искать можно было только повод для государственных работ. Ветер сменился, дул уже не с западной стороны, а с юга, и смрад птичников и животноводческих ферм отбивал прочие запахи.

Это было лучшее убежище из всех, которые Эдмунд Рок мог придумать.

Джекки оглянулась на Лэйси, потом – на Кина. Монк уже два года работал на территории Эндевора, но до того – до того он мог обустроить это гнездо.

– Какой из этих складов? – она обернулась к Монку, и тот замычал. Лэйси, что-то прикинув, указал на дальнее строение. – Проверим.

Джекки показала Лэйси и Кину остаться на месте и вместе с Фиро начала подниматься на холм. Выстрела она не боялась, оружие, которое находили в заброшенных поселениях, не всегда удавалось восстановить даже в мастерских, и тем более это не смог бы сделать седитионист. Не особенно она ожидала и прямого нападения, учитывая возраст Рока и то, что за столько лет в бегах он давно должен был обессилеть.

– Дерьмо, – философски заметил Фиро.

– Да, капрал, – подтвердила Джекки, вспомнив, как сама совершала первые выезды. Их ждал труп двухнедельной давности, и вся группа во главе с Риком Стентоном, тогда еще капитаном, долго бегала в полумиле, не решаясь приблизиться. К тому времени, как Рик осмелел, труп доели падальщики, довольные, что им никто не мешал.– Такая вот наша служба за пределами крепких стен.

– Нет, капитан. Человеческое дерьмо. Им здесь воняет. Понюхайте, – опрометчиво предложил Фиро и опять покраснел, но Джекки, к