Компания «Охотники на монстров». Вендетта - Ларри Коррейя

Эдвард глянул на свои дубинки, потом на меня, как бы говоря: «Ну нахрен». И мы побежали.

Брат меня не слушал, так и стоял с открытым ртом и гитарой в руке, пялясь на двух гигантов.

– Бежим! – Я схватил его за руку и потащил за сцену. С ревом и визгом монстры огромными шагами побежали за нами. За сценой все понимали, что это не спецэффекты, и улепетывали кто куда. Ослепший от огней, я пробежал под рамой со звуковым оборудованием в неотделанный бетонный коридор, споткнулся о какую-то тележку, утягивая Моша за собой. Вместе с нами, где-то в толпе работников сцены и роуди, неслись Гретхен с Эдвардом.

Кулак схватился за пресловутую тележку и покатил ее обратно к сцене. Я не сразу заметил у нее на боку надпись «ОСТОРОЖНО: ПИРОТЕХНИКА». Кулак указал на мою разгрузку. Инстинктивно сообразив, что ему надо, я отцепил зажигательную гранату и передал ему.

– Оуэн, что проис… Стоп, это что, граната? – спросил ничего не понимающий Мош, поднимаясь на ноги. Ну, брат, теперь добро пожаловать на наше шоу.

– Да, и когда чека вырвана, мистер Граната нам более не друг, так что шевели булками.

– Биа, вон они! – заревел красный о́ни, наклонившись и заглянув в коридор. – Нажористые душонки, хе-хе-хе.

Смех его меня здорово нервировал.

В коридоре уже никого, кроме нас, не осталось, но вряд ли Кулак на это внимание обращал. Он выдернул чеку, бросил гранату на тележку, и мы со всей силы толкнули тяжелую пиротехнику к врагу. Тележка покатилась с неожиданной скоростью. У нас было пять секунд до того, как разгорится белый фосфор.

– БЕЖИМ!

Тележка покатилась прямиком к заползающему на четвереньках в коридор Кратосу. Тот впечатал ее в стену, пытаясь протиснуться мимо…

Мы успели забежать за угол прежде, чем ФБ сдетонировал. Фосфорные гранаты не взрываются, как обычные, – сначала шипят, как газировка, а потом во все стороны летит НАПАЛМ, липнущий ко всему и плавящий даже сталь. Кратос взревел: фосфор налип на его шкуру.

– Бежим, бежим! – заорал я.

Пиротехника через секунду рванула, но не так сильно, как я надеялся. Ударная волна прошла над нами, с потолка посыпалась штукатурка.

Я упал на пол, проехав пару метров, быстро перекатился на спину и заглянул за угол, из-за которого мы выскочили. Из коридора валил дым.

– Жжется! – громогласно заныл глупый монстр, вырвавшийся из огненного ада. Он все еще горел, но все равно пробирался за нами. Пламя лизало все вокруг, взбиралось даже на бетонные стены и балки потолка. Завыла пожарная сирена, разбрызгиватели принялись поливать нас холодной водой. Монстр заметался, ослепленный огнем, натыкаясь на обломки оборудования, оставляя вмятины в стенах. И не собирался сдаваться, мать его!

Пространство за сценой выглядело сплошным лабиринтом бетонных стен.

– Как отсюда выбираться?! – крикнул я.

– Сюда! – Мош указал на коридор, полный зеленых шкафчиков с оборудованием. Поняв, что все еще держит гитару за гриф, он с грохотом бросил ее на пол. Жалко! На eBay за нее можно было бы хорошие деньги срубить наверняка!

Мы снова побежали, стараясь оторваться от горящего о́ни, проскочили гримерки, шкафы с оборудованием и стол, уставленный разноцветными закусками, поплывшими под атакой разбрызгивателей.

– Парковка там!

Впереди толпились люди, в основном группи, ждущие вечеринку, судя по тому, как вульгарно были одеты девчонки. Мокрые, напуганные, как и все, они тыкали пальцами куда-то за угол.

– Что вы орете? – спросил Мош, когда мы дошлепали до них, и тут же получил ответ. Что-то маленькое и черное пронеслось сквозь стену воды: Эдвард кубарем пролетел по мокрому полу, но тут же вскочил: о́ни-карга выскочила за ним, размахивая когтями. Не знаю как, но она успела нас обогнать.

Эдвард увернулся от черных когтей, и они проскрежетали по бетонной стене, оставляя длинные борозды. Он резко развернулся и принялся наваливать чудовищу сразу двумя дубинками – бах, бах, бах! Удары были серьезные, судя по звукам, и двигался он невероятно быстро, обрушивая на нее целый ураган атак, но Биа как будто даже не заметила. В ответ она ударила когтистой ногой, разорвав ковер там, где только что стоял Эд.

– Эдвард! Пригнись! – крикнул я, расталкивая группи.

– Все сюда! – крикнул Мош, хватая девчонок и буквально заталкивая их в открытую дверь. К счастью, все Питты быстро привыкают к стрессу. – Быстрее!

Фиолетовая карга пригнулась, проходя под низко свисающими лампами, мигающими под искусственным дождем. На всем этаже вдруг загорелись оранжевые аварийные лампочки. Эдвард нырнул вбок, открывая мне цель. Я помнил, как Биа защищала лицо, и, захватив в голографический прицел ее череп, нажал на спуск. От удара ее голова мотнулась назад, но пуля просто отскочила. Тут же откуда ни возьмись подскочил Кулак и открыл огонь из моего пистолета. Биа оскалилась, подняла край серых лохмотьев, закрывая лицо. Уходя от моих выстрелов, она согнулась и попятилась в коридор, из которого пришла. Кулак перестал стрелять.

– Куда делась? – проворчал он.

Так значит, о́ни умели становиться невидимыми! Вот как они прошли сквозь толпу. Но почему я их видел? Возможно, в том, чтобы быть избранным, все же были своим преимущества.

– Ее голова уязвима, – сказал я Кулаку.

– Гараж там! – крикнул Мош от двери. Вода так и лилась с его острой бородки. Сзади послышался могучий рев – горящий Кратос стремительно приближался. – Валим отсюда!

Спиной вперед я пошел за братом, чувствуя, что фиолетовая тварь может снова появиться в любой момент. Зрители и работники сцены бежали изо всех сил, на полу валялось множество туфель на шпильках. Мы с Мошем, Гретхен, Эдвардом и Кулаком пролетели по низкой рампе, тянувшейся ярдов на пятьдесят, и оказались в гараже. Тут разбрызгиватели не активировались, так что бежать было полегче. Внутри стояло несколько прицепов, трейлеров и разношерстных авто.

– Питт! Доложи обстановку! – раздался голос в моем наушнике.

– Некогда, Грант! – прохрипел я на бегу.

Мы пронеслись мимо колонны, как вдруг кто-то схватил меня за руку и впечатал в бетон так, что чуть воздух из легких не выбил. Я вскинул было дробовик, но тяжелая рука его оттолкнула. Агент Фрэнкс прижал меня к стене ладонью и приложил палец к губам – мол, тихо. Я тут же понял зачем: стена футах в двадцати от рампы разлетелась на куски, мимо пронеслись обломки арматуры. Это Кратос пробился внутрь голыми кулаками и приземлился на пол так, что образовалась десятифутовая вмятина.

Фрэнкс сильнее уперся в меня левой рукой, а правой вскинул короткоствольное ружье